«Возможно, эта чувствительность досталась вам от дедушки»
Анна Кулецкая — о генах, которые передали нам по наследству мурашки
Фото: Евгений Гурко, Коммерсантъ
Фото: Евгений Гурко, Коммерсантъ
Летний теплый вечер, вы пришли на концерт Бетховена. Для одного эта музыка — просто приятный фон, для другого — почти религиозное переживание, которое заставляет сердце биться чаще, душу сжиматься от невыносимой легкости бытия, а кожу — покрываться мурашками. Что делает нас такими разными, казалось бы, в обычной человеческой способности чувствовать прекрасное? Ученые из Нидерландов выяснили, что ответ хранится в наших генах.
Предыдущие исследования показали, что мурашки, которые вызывает музыка, живопись или литература, рождаются благодаря тем же нейронам, которые участвуют в обработке биологических стимулов — к примеру, любимой еды или приятных ощущений. Но у всех эта реакция разная: кому-то достаточно послушать песню из детства и почувствовать эстетический озноб, а кто-то остается хладнокровным.
Ученые провели эксперимент и выяснили, что примерно треть вариаций в склонности к сильным ощущениям от прекрасного досталась нам по наследству. Любопытно, что часть этих генетических механизмов была общей для музыки, поэзии и живописи и к тому же связана с такими чертами личности, как открытость новому опыту. Но были и генетические влияния, которые срабатывали избирательно: одни отвечали за острую реакцию на песни, другие — на картины. У природы свои рецепты, как заставить нас реагировать на искусство. Но если вы вдруг расплачетесь в картинной галерее, возможно, эта чувствительность досталась вам от дедушки.