Аятолла убит, а победы нет
Политолог Андрей Кортунов о рисках продолжения иранской операции для президента США
Начало операции США и Израиля против Ирана означает молчаливое признание неудачи союзников в 12-дневной войне лета прошлого года. Если пришлось все начинать заново, это значит, что июньские победные реляции были преждевременными.
Андрей Кортунов
Фото: Александр Миридонов, Коммерсантъ
Андрей Кортунов
Фото: Александр Миридонов, Коммерсантъ
Для Вашингтона Тегеран всегда был неудобным противником. США проморгали исламскую революцию 1979 года, не смогли тогда предотвратить захват своего посольства в Тегеране, потерпели унизительное поражение в попытках освободить американских заложников, не добились поражения Ирана в его восьмилетней войне с Ираком, не преуспели в усилиях по остановке иранской ядерной программы.
Есть разные версии того, что могло подтолкнуть Трампа пойти на самую масштабную в истории попытку нанести Исламской Республике нокаутирующий удар.
Судя по всему, здесь сошлись несколько факторов: давление со стороны израильского премьера Нетаньяху, эйфория от операции по захвату венесуэльского президента Мадуро, а также сигналы от эмигрантских лидеров иранской оппозиции, мечтающих о триумфальном возвращении на давно покинутую историческую родину. В итоге Трамп пошел на самый большой риск с момента возвращения в Белый дом.
Если в июне прошлого года критерием победы в Вашингтоне называли полную остановку ядерной программы, чего добиться так и не удалось, то теперь ставки куда выше.
На этот раз речь уже не идет исключительно о ядерных возможностях Тегерана или о его баллистическом потенциале.
Даже нужные США и Израилю изменения в региональной политике Ирана уже не устроят Вашингтон. Судя по всему, на этот раз союзники взяли курс на смену иранского политического режима.
Именно об этом говорит убийство верховного лидера Али Хаменеи, стоявшего на вершине пирамиды власти.
Насколько осуществима такая цель? В Венесуэле Трамп ограничился устранением президента, но оставил политическую систему чавизма в неприкосновенности. В случае с Ираном власти Исламской Республики в состоянии использовать фактор внешней агрессии для консолидации общества вокруг политического руководства страны.
Однако даже если каким-то чудом американо-израильские усилия приведут к падению режима, последствия такого сценария едва ли полностью просчитаны в Вашингтоне. Такое развитие событий с большой вероятностью привело бы к распаду иранской государственности, а это, в свою очередь, запустило бы цепную реакцию острых кризисов в соседних государствах — и не только в Турции и Ираке, но даже в Саудовской Аравии и ОАЭ.
Так что хороших вариантов для Трампа не просматривается. Продолжение эскалации и возможные жертвы среди американских военных в ходе иранских ударов по американским базам могут дорого обойтись республиканцам на выборах в Конгресс в ноябре.
Неизбежная дестабилизация глобальных энергетических и финансовых рынков, подъем радикального шиизма, ухудшение политического фона для переговоров с Москвой и Пекином тоже не сулят ничего хорошего.
У Дональда Трампа нет привычки признавать свои ошибки.
Но лучший вариант для него — свернуть военную операцию, отойти от своих максималистских установок на «окончательное решение иранского вопроса» и возобновить переговорный процесс с Тегераном. Огромный ущерб этому процессу уже нанесен, но еще не поздно попытаться его минимизировать.
Фотогалерея
Операция Израиля и США в Иране
Фото: Fatemeh Bahrami / Anadolu / Getty Images
Фото: Leo Correa / AP
Фото: Majid Asgaripour / WANA / Reuters
Фото: Socia Media / Reuters
Фото: Majid Asgaripour / WANA / Reuters
Фото: Leo Correa / AP
Фото: Reuters / Rami Shlush
Фото: Majid Asgaripour / WANA / Reuters
Фото: Ohad Zwigenberg / AP
Фото: Gideon Markovitz / Anadolu / Getty Images
Фото: Leo Correa / AP
Фото: Mohmmed Salem / Reuters
Фото: Stringer / Reuters
Фото: Leo Correa / AP
Фото: Majid Asgaripour / WANA / Reuters
Фото: Hassan Ammar / AP
Фото: Reuters
Фото: Toby Melville / Reuters
Фото: ISNA / AP
Фото: Ohad Zwigenberg / AP
Фото: Mohammed Salem / Reuters
Фото: Vahid Salemi / AP
Фото: Oded Balilty / AP
Фото: Johannes Christo / Reuters
Фото: Hadi Mizban / AP
Фото: Amr Alfiky / Reuters
Фото: Mukhtar Khan / AP
Фото: Majid Asgaripour / WANA / Reuters
Фото: Hiro Komae / AP
Фото: Hamad I Mohammed / Reuters
Фото: Ammar Awad / Reuters
Фото: Muhammad Farooq / AP