То березка, то «Орешник»…

26 февраля президент России Владимир Путин вместе с президентом Белоруссии Александром Лукашенко участвовал в заседании Высшего госсовета Союзного государства Белоруссии и России. О том, как все заждались двух президентов,— специальный корреспондент “Ъ” Андрей Колесников.

Президентов ждали в Большом Кремлевском дворце (БКД) хотя бы к часу дня. Хотя иллюзий, конечно, не было. Впрочем, Александр Лукашенко прилетел в Москву накануне вечером, и дел, которые пришлось бы отложить из-за встречи с Владимиром Путиным, у него здесь не было. Наоборот, встреча с Владимиром Путиным и является по всем признакам главным делом его жизни.

Заседание Высшего госсовета Союзного государства по идее самое пафосное мероприятие в напряженном графике работы этого органа управления сразу двумя странами как одной. Оно проходило в Александровском зале Кремля. Начала члены делегаций ожидали в Георгиевском зале. Слева от входа в Андреевский зал были места для белорусской делегации, справа — для российской. Во главе длинного стола имелись два места для президентов. Напротив было еще одно — для Сергея Глазьева (он госсекретарь Союзного государства). В него предстояло упираться взглядами Владимиру Путину и Александру Лукашенко.

То есть можно было предположить, что Сергей Глазьев, который не делил ни с кем (в отличие от двух президентов) место во главе стола,— самый крутой тут. Но нет, Дмитрий Николаевич Крутой был членом белорусской делегации.

Среди остальных переговорщиков выделялась еще Кочанова Наталья Ивановна. Для нее припасли не только отдельные ручки (такие разносили только для Александра Лукашенко, у которого все именное, и для нее).

Но даже и невероятных толщины и размера альбомы «Союзное государство: интеграция, развитие, доверие» (хоть бы одним глазком взглянуть на зафиксированные в нем достижения, а то каждый раз недоумеваешь, чем это государство так знаменито: ну хоть бы что-нибудь…) достались только трем самым, очевидно, уважаемым переговорщикам с каждой стороны, а ей (как председателю Совета республики Национального собрания Белоруссии, надо полагать) положили, такое впечатление, сразу два (по крайней мере к ее месту их вплотную придвинули).

Между тем про одно достижение, хоть и грядущее, я был в курсе. В апреле должны запустить беспересадочную электричку Смоленск—Витебск. Об этом мне перед заседанием в Малахитовой гостиной Кремля рассказал министр транспорта России Андрей Никитин:

— Да, можно будет сесть в Смоленске да и приехать в Беларусь...

— Ну а главное,— не удержался я,— это наконец-то хоть реальное свидетельство того, что зачем-то существует Союзное государство!

— Это,— подтвердил, я считаю, Андрей Никитин,— свидетельство Союзного государства для людей, для простых людей. У нас в России белорусы, понятно, могут работать без разрешения. А ездить с пересадками им сложно. И вот решили. И мы к тому же сразу интегрируем все билетные системы. То есть у нас белорусы смогут, покупая билет в Смоленске, получить белорусские льготы. А российский гражданин, у которого есть право на российские льготы, получит их, если, допустим, в белорусском Полоцке купит билет. То есть это бесшовная система будет.

— И когда тестовый заезд или, вернее, проезд?

— А вот я думаю, что в начале апреля уже и поедем. И не тестово, а прямо уже сразу все.

— А еще что-то, может, планируете для простых людей? — по-простому поинтересовался я на всякий случай.

Неожиданно оказалось, что да.

— Гражданский беспилотник скоро полетит из Беларуси в Россию,— признался Андрей Никитин.— Это такая интеграция воздушного пространства, системы управления движением. Мы же первые в мире сделали класс H воздушного эшелона для беспилотников. И вот мы его будем с коллегами из Белоруссии тестировать.

— Беспилотники в этих местах все время что-то, увы, тестируют…

— Это другое,— кивнул Андрей Никитин.— К тому же мы с белорусами сделали систему навигационных пломб. То есть товар, который имеет какую-либо особую нагрузку, если он пломбируется у нас, то транзитом без досмотров, если пломба не нарушена, едет в Беларусь. Мы видим, где он, потому что это с системой ГЛОНАСС связано, и понимаем, что его не надо смотреть на каждом углу. Мы это с Беларусью отработали в прошлом году как пилотный проект, а с 11 февраля 2026 года весь ЕАЭС теперь так же работает. Это имеет значение для огромного количества сложных, специальных грузов. Резко все упрощает.

— То есть теперь никто ничего не досматривает.

— Раньше как? Вот ситуация на любом посту: а давайте остановимся и посмотрим, досмотрим, что там у вас… Теперь нет. Пломба работает, она не снята, груз едет.

Через несколько минут через Малахитовую гостиную шел покурить министр иностранных дел Сергей Лавров. Ему преграждали путь, спрашивали, что он думает про усилия европейских лидеров.

— Они же «коалиция желающих»,— пожимал плечами Сергей Лавров.— Есть такое выражение у нас, ну и в английском такое есть выражение,— «выдавать желаемое за действительное». Вот они напоминают людей, которые называются желающими выдавать себя за действительных.

Формулировка претендовала на долгоживучесть.

Что ж, мероприятие должно было вот-вот начаться, члены делегаций собрались, образовались группы по интересам: спикер Совета федерации Валентина Матвиенко стояла со спикером Госдумы Вячеславом Володиным и Борисом Грызловым, послом России в Белоруссии; Сергей Глазьев с Сергеем Лавровым… Вот вошедший председатель правительства России Михаил Мишустин сделал знак рукой, и к нему, кивнув, подошел Юрий Ушаков, но потом выяснилось, что тот хотел подозвать своего помощника, а не помощника президента… Но и Юрия Ушакова он уже не отпустил.

Остальные члены российской делегации (Андрей Никитин, министр финансов Антон Силуанов, министр экономического развития Максим Решетников…), уже истомившись, сидели за столом.

Интересно, что их белорусские коллеги стояли каждый за своим стулом в ожидании своего президента. На этой стороне стола производственная дисциплина была повыше.

И все-таки, несмотря на то что Александр Лукашенко и Владимир Путин, по информации “Ъ”, были уже в БКД, ожидание затягивалось. Они должны были сфотографироваться в Андреевском зале для вечности, но не добрались до него (и уж тем более до нее). Они присели поговорить. И разговор продолжался около часа.

График председателя правительства превратился в президентский.

Наконец два президента показались из-за тяжелых дверей, соединяющих Александровский и Андреевский залы.

Но все-таки Александр Лукашенко что-то сделал с Владимиром Путиным за этот час. Иначе российский президент не прошел бы мимо своего места во главе стола (его коллега в некотором замешательстве остановился у своего) и не направился бы к центру, по дороге кивая коллегам. Что ж, в центре было одно свободное место. И это было место пресс-секретаря президента Дмитрия Пескова. И если бы Владимир Путин довел намеченное до конца, то господину Пескову пришлось бы, видимо, пересесть на единственное свободное, то есть к Александру Лукашенко. И объяснять, что не так сели, было бы некому.

— Вы по привычке?..— осторожно спросил Александр Лукашенко Владимира Путина, когда тот все же вернулся к нему.

— По привычке пошел в середину стола…— вздохнул Владимир Путин.

Такие уж у этих людей привычки.

Председательствующим считался президент Белоруссии.

— В текущей международной ситуации, на фоне напряженной обстановки, прежде всего на западных рубежах, нам жизненно необходимо развивать отношения союзничества и стратегического партнерства между Беларусью и Россией,— отметил он, будучи, как всегда, в самой гуще мировой политики.— Геополитический расклад объективно ставит перед нами задачу быть готовыми совместно реагировать на любые вызовы! Начата практическая реализация договора о гарантиях безопасности в рамках Союзного государства. В декабре заступил на боевое дежурство в Беларуси, как мы с вами и договаривались, ракетный комплекс «Орешник».

Сказать, что на душе сразу стало спокойнее, нельзя.

— Глобальную торговую систему, к сожалению, сегодня блокируют, гнут, ломают под себя путем введения заградительных пошлин, технологических, энергетических блокад, валютного давления, пиратства на логистических маршрутах. Одним странам не разрешают нефть экспортировать, другим — импортировать… Стараются не разрешить…— поправился Александр Лукашенко.— Если лидеров многополярного мира — Китая и России — еще хоть как-то опасаются, то на их союзников оказывается небывалое давление! (Неужели откровенно нацелились на Белоруссию? — А. К.) Только в последние недели возьмите, к примеру: Венесуэла, Куба, Иран...

Да, все идет к тому. Хотя сказано же: на боевое дежурство заступил «Орешник»!

— Поэтому технологический суверенитет, ставка на собственные ресурсы и компетенции, приоритет союзного продукта и защита общего рынка Союзного государства — это те же самые рубежи безопасности, не менее важные, чем военные и внешнеполитические,— справедливо отметил Александр Лукашенко.

Заседание оказалось юбилейным.

— 2 апреля мы отметим тридцатилетие договора об образовании Сообщества Белоруссии и России, который заложил фундамент развития нашего союзного строительства,— сообщил президент Белоруссии.— За эти годы мы прошли огромный путь. Взаимный доступ к рынкам позволил нарастить объем товарооборота за прошедшие годы в восемь раз: с $6,5 млрд в 1996-м до почти $55 млрд по прошлому году…

Впрочем, те 6,5 млрд сейчас и есть примерно те самые 55 млрд…

Александр Лукашенко при этом не стал ничего скрывать:

— На данный момент выполнено только 40% отраслевых мероприятий, 125 из 310… С отставанием от графика идет процесс по относительно небольшому числу поручений — 14, всего 4,5%... (То есть по остальным 95,5% процесс вообще не идет! Да где же оно все-таки, Союзное государство?..— А. К.)

Александр Лукашенко поделился той самой хорошей железнодорожной новостью и добавил:

— Как только вы ввели дополнительные «Ласточки» (еще раньше, к маршруту с пересадкой, видимо.— А. К.), у нас огромное количество, миллионы белорусов поехали в Москву! И сегодня уже их («Ласточек».— А. К.) недостаточно! Владимир Владимирович, должен заметить, мне вчера доложили как раз, наши беглые (так их Александр Лукашенко ласково, любя называет.— А. К.) уже озаботились тем, что белорусы в Европу вообще не едут, все едут на восток! (На запад еще визу надо получить.— А. К.) Меньше, конечно, в Китай, больше — в Москву, в Российскую Федерацию!

Спасибо, обнадежил.

— Вот что значит «идти от земли»,— рассказал Александр Лукашенко.— Мы делаем то, что нужно нашим людям!.. И сегодня мы запланировали рассмотреть вопросы железнодорожного и прочего сообщения между соседними регионами. Это то, что надо. И вот тогда не надо никого уговаривать быть в Союзе или не быть в Союзе!

А просто надо, чтобы одна граница была открыта, а другая закрыта.

— Владимир Владимирович, все ждут, что вы скажете на злобу в связи с этим,— обратился председательствующий к Владимиру Путину.

Однако господин Путин ничего не сказал на злобу. Говорил про обширную позитивную повестку «нашего Союзного государства».

— И я со своей стороны приглашаю членов Высшего государственного совета на рабочий обед,— добавил он после короткого заседания в закрытом режиме.

Впрочем, обед проходил в еще более закрытом режиме, и не все переговорщики удостоились чести.

А на злобу дня давали картофельные крокеты со щукой и икрой осетра, щи с томленой телятиной и копченой сметаной, черную треску с овощным тартаром и киноа или медальоны из говядины с кремом из батата для тех, кто не постится или не в дороге (такие вряд ли были), да морковный пирог с мороженым.

Вот и день прошел.

Андрей Колесников