Точное время — деньги
Нужно ли взимать с бизнеса плату за синхронизацию с эталонными сигналами атомных часов
Власти хотят собирать деньги с бизнеса за доступ к точному времени. Речь идет в том числе о банках, IT-компаниях и операторах связи. Взимать плату будут за синхронизацию с эталонными сигналами атомных часов, говорится в тексте законопроекта, разработанного Минпромторгом. Сейчас Росстандарт оказывает эту услугу на безвозмездной основе. Доступ к точному времени критически важен, например, для систем электронного документооборота и проведения транзакций. Отсутствие синхронизации повлияет на стабильность работы компаний. Собранные средства Минпромторг планирует направлять на поддержку деятельности Росстандарта. В случае одобрения проекта Госдумой, нововведение вступит в силу 1 марта 2027 года.
Фото: Антон Великжанин, Коммерсантъ
Фото: Антон Великжанин, Коммерсантъ
В итоге бизнес переложит издержки на конечных потребителей, считает глава ассоциации «Финансовые инновации» Роман Прохоров: «Это оказывает влияние на все компании, которые используют программное обеспечение, и является одним из факторов борьбы с вирусными атаками.
В частности, к точному времени привязаны системы криптозащиты. Наша экономика движется в сторону цифровизации, и здесь решили собирать за нее деньги. С 2025 года для банков по ряду операций был введен НДС. Несколько странно, когда государство свои инфраструктурные задачи начинает перекладывать на рыночных игроков, фактически пользуясь своим монопольным функционалом. А альтернативной системы поддержания сигналов точного времени пока нет. Как это вообще отразится на стоимости трансакций? Если говорить о банках и предприятиях, то можно все привязать к объему активов. Вряд ли стоимость банковских услуг сильно поменяется, но по копейке все это складывается в общую сумму, которую оплачивает конечный потребитель».
Государственный эталон точного времени находится во Всероссийском научно-исследовательском институте физико-технических и радиотехнических измерений (ВНИИФТРИ). Впрочем, есть и частные альтернативы, на которые многие компании, вероятно, и перейдут, предполагает IT-эксперт Алексей Учакин: «Не вижу смысла выделять в какую-то платную услугу данные с серверов точного времени конкретно в России.
Любой технически подкованный специалист может поставить GPS-приемник и сделать себе сервер точного времени, который не будет зависеть от какой-то внешней инфраструктуры.
Другой вариант: можно просто найти публичные серверы точного времени и синхронизироаться с ними. Но если хочется "заморочиться", то можно поставить инфраструктуру, которая стоит очень дешево, и пользоваться ей самому, синхронизировать точное время со спутников и так далее. Понятно, что ряд компаний обязаны синхронизироваться исключительно с доверенными источниками точного времени. Никаких других причин использовать платные серверы точного времени я не вижу, а если по какой-то причине бизнес заставят это делать, то дополнительные деньги отразятся в стоимости абсолютно всех IT-сервисов».
Размер сбора за доступ к точному времени власти пока не раскрывают. “Ъ FM” направил запрос и ждет ответа от Минпромторга и Росстандарта. Есть риск, что пользоваться платным государственным эталоном заставят всех, рассуждает телеком-аналитик, автор проекта AВloud 62 Алексей Бойко: «Есть не очень приятный аспект. Инициатива предусматривает создание единого национального оператора. То есть мы опять видим централизацию, а это всегда вызывает вопросы. Например, а как будет с конкуренцией? Есть централизация, значит, никто не будет стараться оказывать услуги качественно, поддерживать их невысокую стоимость. Если сейчас есть какие-то альтернативы на рынке, то предусматривается, что это должен быть национальный оператор.
Но это и точка уязвимости, потому что, если что-то случится с этим национальным оператором, отавтоматически пострадают все, кто пользуются его услугами».
25 февраля премьер-министр Михаил Мишустин рассказал, что президент, члены правительства и Центробанк обсуждали новые способы пополнения федерального бюджета. По итогам января дефицит достиг триллиона 720 млрд руб. Это вдвое больше, чем запланировано на весь год.