Мода на вино: как это делали великие

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Есть бородатый анекдот из жизни животных, который кончается словами: не важно, какая тема диссертации, — важно, кто твой научный руководитель. Надо сказать, правило работает далеко не только в сфере науки. Эта несложная мысль пришла ко мне, когда я решил рассказать о нескольких случаях создания моды на вино, а такая мода существует, похоже, все те восемь тысячелетий, что человечество занимается виноделием.

В I веке до н. э. древние римляне предпочитали греческое вино, и подороже. Политики, время от времени устраивавшие всенародные увеселения с угощениями, соревновались, кто богаче накормит сограждан, и не без основания ожидали от угощавшихся политической поддержки. Масштабнее всего выступил великий Гай Юлий Цезарь, который, одолев всех своих неприятелей, справил один за другим сразу четыре триумфа и устроил по этому поводу общественные пиры, сопровождавшиеся обильными возлияниями. Эти пиры запомнились римлянам тем, что впервые в истории на них подавалось четыре сорта вина одновременно: хорошо известные престижные и дорогие фалернское, хиосское и лесбосское, а кроме них — мало кому знакомое вино из Сицилии, производившееся в городе, который сегодня называется Мессиной. Последнее так понравилось римлянам, что моментально вошло в моду.

Интересно, а для чего Цезарь, незадолго до того захвативший буквально несметную военную добычу, решил поэкспериментировать с малоизвестным вином? Его и с Сицилией-то мало что связывало. Это любопытная загадка, которая ведет нас прямиком к тайным пружинам римской политики, потому что, похоже, здесь замешан еще один знаменитый римлянин — Цицерон.

Великий оратор долгие годы был принципиальным противником великого полководца. Однако, когда Цезарь получил всю полноту власти, осторожный Цицерон стал размышлять, как бы ему наладить отношения с диктатором. Не поэтому ли подрядчиком по поставке вина на празднества Цезаря стал старинный друг Цицерона по имени Квинт Лепта? Не потому ли выбор пал именно на сицилийское вино, ведь именно там Цицерон пользовался особенным уважением с тех пор, как однажды блистательно защитил интересы островитян в римском суде? Да, похоже, все говорит о том, что Цицерон придумал, как изящно, формально оставаясь в стороне, оказать Цезарю небольшую приятную услугу, расширив ассортимент вин для раздачи народу, да еще и так удачно: вскоре после этого римляне практически откажутся от привозных греческих вин в пользу «отечественного производителя».

Сицилии в ее истории дважды повезло на такую нежданную рекламу своих вин. Правда, второго звездного промоутера пришлось ждать довольно долго, ведь им стал легендарный адмирал Горацио Нельсон. В 1800 году, когда восходила звезда Наполеона Бонапарта, английский флот деятельно бороздил Средиземное море, наводя ужас на французов и их союзников. Надо заметить, что по старинной традиции английским матросам дважды в день полагалась порция грога — рома, разбавленного водой и приправленного лимоном, — для поднятия духа и профилактики цинги. Считалось, что, если английских моряков оставить без грога, они утратят жизненные ориентиры, а флот — дееспособность: мало что бывает крепче, нежели морская традиция, тем более на британском корабле.

На Средиземном море ром не производят, поэтому Нельсону не оставалась ничего другого, как только пополнить запасы спиртного из местного ассортимента напитков. Бросив якорь у западной оконечности Сицилии, адмирал принялся наводить справки, и тут ему повезло встретиться с соотечественником — виноделом Джоном Вудхаусом, который не первый год экспериментировал с местным виноградом, пытаясь создать крепленое вино (он добавлял бренди), похожее на херес. Назывался его продукт по имени города, где и находилась винодельня, — Марсала. Сладкое крепкое вино настолько пришлось по душе адмиралу, что тот распорядился закупить практически все запасы винодела — пятьсот бочек по одному шиллингу и пяти пенсам за галлон. «Это вино достойно трапезы самого привередливого лорда»,— говаривал Нельсон.

Матросам понравился выбор их командира, и марсала надолго превратилась в неотъемлемую часть рациона на английском флоте. А всебританскую популярность она приобрела в 1805 году после Трафальгарского сражения, в котором эскадра Нельсона наголову разбила превосходящие силы соединенного франко-испанского флота и захватила большую часть неприятельских кораблей. Правда, сам Нельсон в этой битве был смертельно ранен и не мог присоединиться к своим морякам, которым по случаю разгрома противника раздали всю ту же марсалу. Когда англичане узнали о блистательной победе, именно марсала стала ее символом. Все, от лордов до обычных овцеводов, солидаризировались с героями Трафальгара, поднимая бокалы с крепленым сицилийским вином. Тем временем тело Нельсона держало путь в Лондон, будучи заспиртованным в бочке бренди. С тех пор среди грубоватых английских моряков —людей со специфическим чувством юмора — бытует выражение «отпить у адмирала», что означает продырявить бочку с алкоголем и отхлебнуть из нее.

Предчувствую, что многие любители вина поморщатся со словами: «Ну разве крепленое сладкое вино достойно места в доме?» Нет, подумают они, настоящее вино бывает только естественной крепости и, уж конечно, только сухим. Сладкие вина, это, знаете ли, для… А для кого? Что может быть мужественнее и благороднее самого настоящего рыцаря с лицом, навсегда загоревшим под знойным солнцем Палестины, и мечом, зазубренным в сражениях? А знаете, что именно пили эти, без сомнения, достойные мужи? Возможно, вы будете удивлены, но и по сей день можно попробовать вино, которое они предпочитали. Оно — самое древнее из непрерывно производимых и известных по своему названию. Это — кипрская коммандария, изюмное десертное вино.

Рецепт приготовления коммандарии, очевидно, гораздо древнее названия и уходит корнями в античность. Древние греки обожали вино, сделанное из винограда, подвяленного под жарким солнцем прямо на лозе, а то и специально собранного и заизюмленного, — в нем куда больше концентрация сахара. Судя по всему, именно этим вином легендарный Ричард Львиное Сердце угощал гостей на собственной свадьбе, которую справлял на Кипре, довольно случайно завоеванном им по пути в Святую землю. И его недруг, французский король Филипп Август, по преданию устроивший первую в мире дегустацию семидесяти сортов вина одновременно, отдал пальму первенства — титул «Папа всех вин» — именно сладкому кипрскому.

Названием на этикетке вино обязано ордену крестоносцев-госпитальеров, который в конце XIII века был вынужден покинуть Палестину и обосноваться на Кипре. На острове крестоносцы построили замок и учредили командорство: своего рода штаб и опорный пункт ордена. Именно по этому слову и стало называться вино, производимое как для нужд братьев-рыцарей, так и на продажу.

Не поразительно ли, что сегодня мы можем узнать вкус любимых напитков Ричарда Львиное Сердце и Горацио Нельсона? Перед нами, по сути, настоящая машина времени в бутылке. Сейчас в моду вошли вина, приготовленные совсем в другом стиле. Интересно, надолго ли? Как демонстрируют примеры великих, создавать и менять моду на вино способны даже случайности!

Александр Горский