Реклама, ООО Фонкор
Норвежец настрелял против ветра
Йоханнес Дале-Шевдал выиграл масс-старт, показав идеальную меткость
Масс-старт, завершивший мужскую биатлонную программу итальянской Олимпиады, принес победу норвежцу. Это не было сюрпризом. Сюрприз — кто именно из норвежцев ее одержал. Йоханнес Дале-Шевдал, который на старте сезона не попадал в основу сборной, которого не включили в состав олимпийской эстафетной четверки, в свои 28 лет пережил звездный час. Его не смог испортить даже суровый альпийский ветер: все равно ни разу не промазал на четырех рубежах, впервые в жизни выиграв золото топового состязания.
Йоханнес Дале-Шевдал на огневом рубеже
Фото: Pawel Kopczynski / Reuters
Йоханнес Дале-Шевдал на огневом рубеже
Фото: Pawel Kopczynski / Reuters
Эта 15-километровая гонка позволила сборной Норвегии установить рекорд по количеству высших наград, добытых страной на одной Олимпиаде. Она принесла ей 17-е итальянское золото. Это на одно больше, чем те же норвежцы завоевали четыре года назад в Пекине. А еще эта гонка превратилась в очередное доказательство того, как зыбки биатлонные расклады. Йоханнес Дале-Шевдал — на самом деле, конечно, знакомая всем, кто следит за одним из важнейших видов в олимпийской программе, фамилия. Выступает давно. В начале десятилетия даже брал медали на чемпионате мира. Считалось когда-то, что может многого добиться. Но ничего особенного в итоге так и не добился, постепенно понизив статус до такого, что и на Кубок мира, в элиту, берут нечасто: нет хороших результатов, нет стабильности. А классных бойцов у норвежцев хоть отбавляй.
На Олимпиаду просочился чуть ли не в последний момент. В начале сезона даже не был в основе сборной — той, что рубится на Кубке мира. Но когда подарили шанс себя показать на нем, провел пару неплохих гонок и все-таки проник в итальянскую заявку. Ставили, впрочем, не на него, а на других — на Стурлу Холма Легрейда, Юхана-Улава Ботна, Ветле Шостада Кристиансена. А Дале-Шевдалу, например, не нашлось местечка в эстафетной четверке. Норвежцы проиграли борьбу за золото французам без него. Но вот на масс-старт, состязание для тридцатки избранных, он все-таки отобрался, а в нем выдал такое представление, что в глазах от удивления могло померкнуть: и откуда все взялось?!
Правда, некоторое время Йоханнес Дале-Шевдал держался так, как по идее ему и полагалось держаться, то есть скромно.
На авансцену, захватив все внимание, после первого рубежа вышел лихой француз Эмильен Жаклен. Снова стрельба с такой скоростью, которую и в вестернах не увидишь. Все пули ложатся в цель. Отрыв. Резвый, как будто пройден не первый, а четвертый рубеж, бег по трассе, который не в силах подхватить даже норвежская бригада во главе с Легрейдом. Любит Жаклен риск — ничего не поделаешь. Хотя наверняка знает, что резвый бег — плохой помощник в стрелковой работе. В общем, на второй лежке француз промазал. Пришлось смириться с потерей роли лидера одиночки, ехать в маленькой группе тех, у кого пока нет штрафных кругов.
А возглавлял ее после ухода со стрельбища Томмазо Джакомель. И итальянские тренеры просто сходили с ума от восторга. Публика — тоже. У Джакомеля, который вообще-то проводил прекрасный сезон, на домашней Олимпиаде, на родной, можно сказать, трассе в Антхольце до этого ничего отчего-то не клеилось. А тут вроде все признаки того, что поймал наконец волну, что готов к подвигам как никогда… Но буквально через пару минут взгляд фиксировал странность. Ну да, алые норвежцы, Жаклен — все в строю. А где же Джакомель?! Так вот же он: еле плетется позади, пропускает одного отстающего за другим. Хватается за грудь.
Фото: Mosa'ab Elshamy / AP
Фото: Mosa'ab Elshamy / AP
Фото: Mosa'ab Elshamy / AP
Фото: Mosa'ab Elshamy / AP
Он, естественно, сошел. А итальянская сборная сообщала о «внезапных болях в боку и области грудной клетки». День вместо олимпийского подиума для Томмазо Джакомеля завершился в кабинете врача.
Между тем Альпы, словно решив, что и такой драмы маловато, к третьему рубежу, к стойке, припасли до поры до времени сохранявшийся в резерве фирменный ветер — порывами, колючий, со снегом в лицо. И пошли промахи.
Для французов эта стрельба вылилась в катастрофу. Жаклен лишился всего. Его товарищ Кентен Фийон-Майе с огромным трудом потом все же добрался до бронзы, по сути исторической бронзы. У Фийона-Майе теперь девять олимпийских медалей в общей сложности. Больше никто из соотечественников не завоевывал ни летом, ни зимой.
Мазали и другие. И только Дале-Шевдал, по-гроссмейстерски переждав порыв перед заключительным выстрелом, отправил в цель все пять пуль. А еще через некоторое время повторил поразительный, учитывая условия, учитывая его репутацию спортсмена, не обладающего достаточной выдержкой, чтобы справиться с давлением именно колоссального уровня, собственно и мешавшую закрепиться в сборной, трюк на четвертом рубеже. Легрейд остался далеко позади, растянув до предела забавную серию. В каждой личной гонке Олимпиады — медаль. Но золотых среди четырех нет. Все время кто-то переходит дорожку.
