Спорт назначения

Завершающиеся 22 февраля XXV зимние Олимпийские игры, судя по всему, будут для российского спорта последними, что пройдут в международной изоляции. Выйти из нее есть хорошие шансы уже в этом году. И выход этот создаст интригу, в частности, с судьбой некоторых интересных проектов, появившихся в российском большом спорте в санкционный период.

Когда-нибудь Олимпиаду 2026 года, которая проходит в Милане и Кортина-д’Ампеццо, в России, возможно, будут вспоминать как-то по-особенному — как ту, что состоялась ровно 70 лет назад в той же Италии. В 1956 году именно в Кортина-д’Ампеццо состоялся зимний олимпийский дебют СССР, проба сил. Кстати, весьма успешная — первое место в общем зачете с 16 медалями, из которых 7 — золотых. Настоящий прорыв. На нынешней Олимпиаде у российской команды показатели намного скромнее, но оно и понятно: страна представлена всего чертовой дюжиной спортсменов, где в основном молодежь без опыта. Зато вполне вероятно, что эти Игры закроют для российского спорта мрачную эпоху, начавшуюся с лавины санкций весной 2022 года, из-за которых он оказался в международной изоляции.

Признаков, что наш спорт из нее выходит, в последнее время появилось множество. Процесс «реинтеграции» России анонсировал после летней Олимпиады в Париже в 2024 году новый министр спорта РФ и глава Олимпийского комитета России Михаил Дегтярев. Казалось, что процесс будет идти тяжело — из-за не отличающейся гибкостью позиции головных международных структур, из-за укоренившегося в российском спортивном сообществе подхода к необходимости участвовать в соревнованиях в нейтральном статусе — без флага и гимна, с массой ограничений — как к чему-то скорее позорному, чем почетному. Но выяснилось, что подход можно оперативно менять на противоположный, а международные федерации так же оперативно способны ответить на открытость взаимностью. На чемпионатах мира в 2025 году по фехтованию, водным видам спорта, дзюдо, спортивной гимнастике российские сборные выступали в составах, предельно близких к боевым. С федерациями зимними, гораздо более упрямыми, пришлось судиться в Спортивном арбитражном суде (CAS). И тот встал на сторону России, отменив абсолютный запрет на ее допуск. В противном случае итальянский вариант нашей команды был бы еще более скромным.

Дальше — больше. Как правило, жесткий в отношении России при прежнем президенте Томасе Бахе Международный олимпийский комитет при сменившей его Кирсти Ковентри смягчил риторику и свои рекомендации. Те, что касались восстановления полноценного статуса российских спортсменов младших возрастов и запрета чинить им и кому бы то ни было препятствия к выступлению на зарубежных состязаниях, уже активно выполняются. Флаг и гимн молодым россиянам успели вернуть несколько федераций, а Польшу и Эстонию лишили права проводить юниорский и взрослый чемпионаты Европы по тяжелой атлетике и фехтованию из-за отказов в выдаче нашим спортсменам въездных виз, перенеся турниры в Албанию и Францию. Федерации, отвечающие за дзюдо и тхэквондо, вообще отменили все санкции, не дожидаясь рекомендаций. Президент Международной федерации футбола (FIFA), безумно осторожный в этом смысле, Джанни Инфантино открыто признал вредность санкций. А в своей программной речи перед стартом Олимпийских игр Кирсти Ковентри провозгласила спорт «нейтральной площадкой», доступной для всех спортсменов вне зависимости от геополитической конъюнктуры и действий правительств. Слово «Россия» она не произносила, но все ведущие эксперты интерпретировали ее формулировки как четкий сигнал: уже на следующей Олимпиаде — летней в Лос-Анджелесе в 2028 году — Россия будет соревноваться без каких-либо лимитов и оговорок.

Для Михаила Дегтярева эти события и сигналы — безусловный внешнеполитический успех, который на самом деле очень хорошо сочетается с успехами, достигнутыми на фронте внутреннем. После того как российская спортивная отрасль столкнулась с необходимостью существовать в «изоляционном режиме», возникло ощущение, что она, на неопределенный срок лишенная возможности приносить стране всегда считавшиеся ценнейшими имиджевыми бонусами награды, выпала из списка несомненных государственных приоритетов. По крайней мере, бюджет Министерства спорта при предшественнике Михаила Дегтярева Олеге Матыцине сократился. Но смена подхода к месту России, каким бы ни был статус ее спортсменов, в мировом спортивном движении четко совпала с ростом средств, выделяемых из федерального бюджета на реализацию госпрограммы «Спорт России». Причем эти суммы — более 70 млрд руб. ежегодно — далеко не все расходы на спорт. Есть региональные бюджеты, частные инвестиции, а еще созданный Российский спортивный фонд (РСФ), председателем наблюдательного совета которого стал тот же Михаил Дегтярев. В РСФ будут аккумулироваться отчисления на развитие спорта от букмекеров (в этом году они составляют 2,25% от суммы ставок, с 2028 года вырастут до 2,5%). Раньше все они шли напрямую в спортивные федерации, теперь отчисления от ставок на зарубежные состязания (а это не менее четырех пятых от общего объема) идут в РСФ. Таким образом, фонд может распоряжаться ежегодно суммами в 30 млрд руб. и даже больше.

Но все упомянутые достижения не отменяют вызовы, вставшие перед реинтегрирующимся сегментом. Речь как о массовом спорте — например, о создании спортивной инфраструктуры и обеспечении занятий спортом населения на новых территориях, так и о спорте высоких достижений. Последние годы весь российский спортивный ландшафт вынужденно подстраивался под «изоляционные» реалии, в которых нет международных турниров, следовательно, надо было создавать им национальные «альтернативы».

В каких-то видах вышло неплохо. Футбольные клубы и футбольные болельщики благодарят Российский футбольный союз за реформированный формат Кубка России, благодаря которому он впервые стал полноценным конкурентом чемпионата: высокий интерес, большие призовые — более 1,5 млрд руб. в сумме, более 100 млн руб. победителю. Неплохие кубковые форматы родились в волейболе и баскетболе. На телевидении отмечают взлетевшие рейтинги трансляций этапов биатлонного Кубка России, хотя прежде все внимание приковывал Кубок мира. А поклонникам художественной гимнастики явно нравится формат серии «Небесная грация» с ее отличающимся от международного судейством и трактовкой элементов. Теперь возникает интрига: какая судьба ждет эти проекты, как они смогут сохранить актуальность после полноценного возвращения России на международную арену.