Дональд Трамп на службе демократов

Падение рейтингов Дональда Трампа все меньше выглядит личной проблемой президента и все больше — угрозой для всей Республиканской партии. Неоднозначные меры в области экономики, жесткость миграционной политики, скандалы вокруг «файлов Эпштейна» и просто необдуманные высказывания и поступки президента США отталкивают не только от него, но и от всей Республиканской партии ту часть электората, которую Трамп сумел привлечь на выборах в 2024 году. Среди однопартийцев президента растет тревога по поводу исхода промежуточных выборов в ноябре, а сенаторы-республиканцы уже открыто предупреждают: политика президента может стоить им потери контроля над обеими палатами Конгресса.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Самые сильные козыри политики Трампа в предвыборной гонке — экономика и миграция — теперь, похоже, ставят под угрозу все институциональные преимущества, которые республиканцы получили после его победы в 2024 году. Как отмечает The Hill, если до сих пор республиканцы боялись потерять только Палату представителей, то теперь возникла угроза потери контроля и над верхней палатой Конгресса.

Исторически правящая партия почти всегда лишается большинства в Палате представителей на промежуточных выборах, теряя в ней в среднем 20–25 мест.

И лишь в двух-трех избирательных циклах за последние десятилетия ей удавалось избежать серьезных потерь. На этом фоне тот факт, что после победы Трампа на президентских выборах в 2024 году республиканцы первоначально опережали в рейтингах демократов примерно на два процентных пункта (п. п.), давал им шанс отстоять весь Конгресс в 2026 году и говорил о возможном сломе многолетнего тренда. Тем более что демократы находились тогда в исторически наихудшей форме: по опросам конца 2024 — начала 2025 года одобрение Демократической партии держалось на уровне 30–33%, а неодобрение превышало 60%, и в ряде замеров демократы уступали республиканцам по уровню доверия в экономике и безопасности на 5–8 п. п.

В то время Трамп максимально расширил свой электорат, прежде всего за счет молодежи (особенно молодых мужчин), латиноамериканцев и части мужчин-афроамериканцев. По итогам опросов, избирателей в первую очередь привлекали его позиции по вопросам экономики и миграции, приверженность традиционным ценностям, а во внешней политике — обещания «закончить войны».

Доля поддержки Трампа среди избирателей до 30 лет по экзит-полам и AP VoteCast в 2024 году составляла 42–45% (против 36% в 2020 году). Прирост был в основном обеспечен за счет поддержки среди молодежи. При этом молодые люди из «поколения Z» фактически стали одной из новых опор его платформы.

В формировании этой базы важную роль сыграл погибший впоследствии активист Чарли Кирк и его сеть Turning Point USA, фактически ставшая основой кампании Трампа среди студентов и молодых мужчин. По оценке Harvard Institute of Politics, а также ABC News, за счет мобилизации Чарли Кирком «новых правых» в кампусах, через TikTok- и подкаст-инфраструктуру президент победил во многих колеблющихся штатах, склоняющихся к демократам.

Трамп также заметно усилил свои позиции среди латиноамериканцев (ему отдали голоса примерно 45% из них), что дало прирост в этой категории порядка 10–13 п. п. по сравнению с 2020 годом. За него проголосовали также 21% мужчин-афроамериканцев, то есть в два раза больше, чем на прошлых выборах. Но в 2025–2026 годах одобрение президентского курса в области экономики, миграции и внешней политики устремилось вниз.

Сейчас средний рейтинг одобрения Трампа составляет около 43–44% при 54% неодобрения; по экономике отдельные опросы (AP-NORC и др.) дают лишь 30–35% поддержки, причем это минимум за оба его срока.

Недавний опрос Harvard CAPS/Harris показал, что 51% избирателей считают, что Трамп справляется с обязанностями президента даже хуже, чем бывший президент Джо Байден. Опрос CNN/SSRS, опубликованный в середине января, показал, что 55% американцев полагают, что политика Трампа ухудшила экономическое положение в стране, и лишь 32 % заявили, что при Трампе экономика улучшилась.

Среди республиканцев экономическая, миграционная и внешняя политика пока остаются одним из ключевых источников лояльности ядерного электората к президенту, но в широком смысле (особенно среди независимых избирателей) именно сочетание жесткой миграционной повестки с экономическими проблемами формирует негативный тренд. Уже в 2025–2026 годах Harvard Youth Poll фиксирует, что молодежь снова склоняется в сторону демократов и независимых кандидатов. Резкое сокращение популярности Трампа наблюдается и среди этнических групп — латиноамериканцев и афроамериканцев.

Дополнительным ударом по имиджу президента стали новые эпизоды в рамках «дела Эпштейна», вернувшие в публичную повестку вопросы о безнаказанности, аморальности и лицемерии элит, а также масштабные протесты против жесткой миграционной политики и убийства двух активистов в Миннесоте.

Последний крупный скандал вокруг Трампа произошел после того, как он разместил в своей соцсети Truth Social сгенерированное искусственным интеллектом видео, изображающее Барака Обаму и его супругу в виде обезьян. Это вызвало мощную волну негодования в обществе: многие восприняли это как откровенно расистскую выходку, совершенно недопустимую в принципе и особенно возмутительную в отношении бывшей президентской четы. От этого поступка Трампа публично дистанцировалась даже часть умеренных республиканцев.

Опрошенные the Hill сенаторы прямо говорят, что общественная реакция на политику и выходки Трампа способны вызвать волну, которая не только сметет большинство республиканцев в Палате представителей, но и ударит по их однопартийцам в Сенате.

Один из республиканских сенаторов, присутствовавших на закрытом брифинге Национального республиканского сенатского комитета, признался The Hill: уровень неопределенности перед промежуточными выборами «очень, очень высокий».

«Черной меткой» Трампу и Республиканской партии стали внеочередные выборы в сенат Техаса 31 января, проходившие в северном округе штата, где в течение десятилетий доминировали республиканцы. Там демократ Тейлор Ремет выиграл выборы с перевесом в 14 пунктов, в то время как Трамп в 2024 году победил в этом округе с преимуществом в 17 пунктов.

Сенаторы-республиканцы с тревогой говорят: если бы это было единичное поражение в «глухомани», его можно было бы списать на какие-то местные факторы. Но техасский эпизод не единственный среди неожиданных электоральных побед демократов: одержав верх на губернаторских и местных выборах в Нью-Джерси и Виргинии, они показали, что опасения республиканцев по поводу исхода промежуточных выборов в ноябре далеко не лишены основания.

Впрочем, формально расклад сил в Сенате все еще выглядит неплохо для республиканцев. Сейчас у них там 53 места, и вместе с голосом вице-президента Джей Ди Вэнса это дает надежный контроль над верхней палатой: демократы должны прибавить как минимум четыре мандата, чтобы его перехватить. Только одна действующая сенатор-республиканец Сюзанн Коллинз идет на выборы в штате Мэн, голосовавшем за Байдена и Харрис; остальные ключевые фигуры вроде Джона Хьюстеда (Огайо), Дэна Салливана (Аляска), Джона Корнина (Техас) и Эшли Муди (Флорида) идут на выборы там, где Трамп побеждал весьма уверенно.

Но именно этот контраст — «карта за нас, а настроения против» — и тревожит сенаторов. The Hill цитирует сенатора-республиканца, который говорит о классическом «эффекте шестого года (президентства.— “Ъ” )»: вторые промежуточные выборы второго срока обычно становятся «кровавыми» для партии президента, как это было, когда демократы отобрали Сенат у Джорджа Буша-младшего в 2006 году, а республиканцы — девять мест у демократов при Обаме в 2014-м.

При этом внутри республиканской фракции в Сенате все чаще звучит мысль, что непопулярность Трампа «проливается» на сенатских кандидатов, делая их уязвимыми даже в лояльных штатах, что подтверждают и нынешние рейтинги.

Так, опрос Morning Consult показал, что идущие на выборы республиканские фавориты Сюзанн Коллинз из штата Мэн и Дэн Салливан с Аляски имеют 54-процентный и 47-процентный рейтинги неодобрения соответственно. Таким образом, шансы демократов как минимум в этих двух гонках заметно повышаются.

Лидер республиканцев в Сенате Джон Тюн публично старается сохранять уверенный тон, но в его высказываниях явно сквозит нервозность. Он признает, что техасские выборы — это сигнал, который должен «заставить нас повысить уровень игры» и «лучше объяснять избирателям наши достижения».

Екатерина Мур, Вашингтон