Долги в составе реорганизованной группы
Досрочное погашение облигаций «Россетей» обсудили в Конституционном суде
Ожесточенный спор о том, всегда ли держатели облигаций могут требовать досрочного их погашения при реорганизации эмитента, вышел на финишную прямую в виде публичных слушаний в Конституционном суде РФ (КС). ПАО «ФСК Россети», в 2022 году объединившее в себе ряд электросетевых компаний, выпускавших облигации, утверждает, что изменения в структуре бизнеса были исключительно позитивными, поэтому инвесторы не могли просить о досрочных выплатах. Держатели облигаций с этим не согласны. Представители госорганов не увидели изъянов в норме закона, но нашли их в позициях сторон.
Фото: Анатолий Жданов, Коммерсантъ
Фото: Анатолий Жданов, Коммерсантъ
22 января в КС прошли слушания по вопросу о проверке положений п. 2 ст. 60 Гражданского кодекса РФ (ГК), позволяющего держателям облигаций требовать досрочного погашения ценных бумаг в случае реорганизации компании-эмитента. На скамье заявителей, как отметил председатель КС Валерий Зорькин, «собралась необычная команда». Дело в том, что жалобы на спорную норму подали сразу два лица с прямо противоположными интересами — «Россети», которые проиграли большинство споров с облигационерами, и Алексей Пономарев, не добившийся досрочной выплаты.
Спекуляции вокруг акселерации
Первыми выступали представители «Россетей», пояснившие, что в рамках внутригрупповой технической реорганизации к ПАО ФСК ЕЭС присоединили головную компанию (ПАО «Россети») вместе с дочерними юрлицами (см. “Ъ” от 22 декабря 2022 года). Юристы «Россетей» настаивали, что реорганизация привела исключительно к положительным последствиям для бизнеса, поэтому нет оснований для того, чтобы требовать досрочного погашения ценных бумаг.
Представители холдинга сочли несправедливым, что сейчас право инвесторов на акселерацию долга является безусловным независимо от последствий реорганизации. В результате, по их словам, суды прибегают не к пресечению точечных злоупотреблений, а к «эффекту ковровой бомбардировки». Мотивация же инвесторов была в том, чтобы «вывести деньги» из облигаций под более выгодную ставку в другие финансовые инструменты, то есть, по сути, закон защищает «спекулятивный интерес», рассуждали юристы холдинга.
Частный инвестор, которому суды ранее отказали в иске к «Россетям», Алексей Пономарев подчеркнул, что считает норму ГК сбалансированной, но ждет от КС ее толкования для формирования единообразной практики. Облигации доступны даже неквалифицированным инвесторам, которые не должны разбираться, к каким последствиям приведет реорганизация эмитента, отметил он. К тому же сама ФСК ЕЭС была доходной компанией, но к ней присоединили в том числе и убыточные юрлица, обратил внимание гражданин.
Инвестор уточнил, что купил облигации на бирже после публичного раскрытия информации о планируемой реорганизации, подчеркнув отсутствие злоупотреблений со своей стороны: «Здесь нет ни инсайда, ни манипулирования рынком, речь идет о свободе экономической деятельности». Также Алексей Пономарев напомнил, что действия «спекулянтов» были наказуемы в советское время, но сейчас торговля на бирже — это уважаемая деятельность. Частные инвесторы развивают российскую экономику и должны иметь надлежащую защиту, сказал он.
Реорганизация требует организации
Представители госорганов отстаивали конституционность регулирования. Полпред Госдумы в КС Юрий Петров обратил внимание, что ГК позволяет эмитенту предоставить инвестору обеспечение (независимую гарантию), что позволило бы избежать досрочного исполнения обязательств по облигациям, но «Россети» не воспользовались такой возможностью. Он добавил, что после реорганизации кредитором стало иное лицо, с которым облигационер, возможно, и не вступал бы в правоотношения.
Глава юридического департамента ЦБ Андрей Медведев подчеркнул, что частные инвесторы важны для фондового рынка, но они априори являются слабой стороной отношений с эмитентом облигаций, поэтому нужна четкая система гарантий их прав. Законодатель, пояснил он, устанавливает «триггерные условия», при наступлении которых инвестор может выйти из правоотношения — это гарантированное законом право. Причем, по его словам, продукты, эмиссионная документация которых допускает применение спорной нормы, считаются на рынке более защищенными и привлекательными. А у эмитента есть возможность до проведения реорганизации взаимодействовать с общим собранием облигационеров, добавил господин Медведев. Представитель Совета федерации в КС Андрей Клишас не нашел в материалах дела сведений о попытках «Россетей» провести встречу с общим собранием.
Строго говоря, замены стороны обязательства не произошло, поскольку реорганизация происходила в форме присоединения, указал врио полпреда правительства РФ в КС Павел Степанов. По его мнению, поскольку от присоединяемого юрлица переходят не только активы, но и пассивы, нужно все же учитывать финансовое положение компании. Представитель Минюста Алина Таманцева заметила, что бизнесу приходится «выбирать из двух зол», и предложила не ограничивать суды в оценке конкретных обстоятельств дела и последствий реорганизации. Сейчас налицо противоречивая судебная практика, в связи с чем не обеспечивается конституционное равноправие, заявила она. Мысль об отсутствии единого подхода в правоприменении подтвердили Юрий Петров и Андрей Клишас. Последний добавил, что «расхождения судебной практики подлежат исправлению в рамках судебного толкования, но не путем признания нормы неконституционной». Закрывая заседание, глава КС уточнил, что о провозглашении решения суда сообщат дополнительно.
Исход этого дела важен для рынка облигаций в целом. Нынешняя практика создает почву для конфликтов и недоверия между сторонами, но введение оговорок и ограничений по досрочному погашению при реорганизации ослабит позиции кредиторов, что в долгосрочной перспективе может снизить привлекательность облигаций, предупреждает аналитик ФГ «Финам» Никита Бороданов. Это уменьшит защиту инвесторов и переложит бремя доказывания рисков на облигационеров, считает основатель Института финансово-инвестиционных технологий Алексей Примак. По его словам, изменения могут упростить реорганизации для эмитентов, но повысить неопределенность для рынка в целом, а «неопределенность — это негативный сигнал для инвестора, который будет заложен в цену». Для баланса интересов, уверены эксперты, необходимы единые подходы и прозрачные правила для обеих сторон.