Блохбастер

В прокат выходит фильм Владимира Беседина «Левша», в котором тульский умелец из сказа Лескова волею авторов не только перемещается из времен Николая I в эпоху Александра III, но и принимает деятельное участие в борьбе с британскими шпионами. Изумлялась увиденному Юлия Шагельман.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Если кого-то удивит, как из небольшого рассказа можно сделать «приключенческий экшен» продолжительностью без малого два часа, то ему следует знать, что из всего «Левши» здесь осталось только прозвище героя, а также фраза про чистку ружей кирпичом, помещенная в другой контекст. Экранный «Левша», полный — хочется верить, что сознательных,— анахронизмов, отталкивается скорее от снятой Бесединым короткометражки «Майор Гром» (2021), положившей начало одноименной франшизе, которую ставил уже другой режиссер. А также от «Шерлока Холмса» Гая Ричи (2009) — оттуда даже «позаимствованы» некоторые визуальные решения, что довольно иронично, учитывая, что именно британцы выступают в фильме главными антагонистами.

Итак, на дворе 1885 год. Россия, если верить торжественному закадровому голосу, идет вперед, но этому всячески мешает Британия, готовящая провокацию на границе с Афганистаном. Однако главной ареной противостояния в фильме становится Санкт-Петербург, увешанный бело-сине-красным триколором в честь предстоящего открытия первой в стране электростанции. Узнав, что в столицу просочились британские шпионы, государь Александр III (Артур Иванов) собирает Совет министров — происходит это в здании, подозрительно напоминающем Казанский собор.

Первая же сцена фильма сбивает зрителя с ног безудержным экшеном. Два агента российской разведки сражаются с британским шпионом в маске и роковом черном плаще под надрывную аранжировку темы лебедя из балета Чайковского, а все в том же Казанском соборе балерина танцует для царя и придворных.

Прорвавшись на представление, один из агентов сообщает, что шпиона они упустили, но перехватили у него важные документы, и немедленно погибает. Документы исчезают, и вспомнят о них только к финалу.

Наутро молодой офицер полиции Петр Огарев (Федор Федотов) идет представляться императору, но до этого он устроит драку в порту, чтобы захватить партию контрабандного оружия, присланную проклятыми англосаксами (ящики подписаны «British Military», чтобы никто не перепутал). В итоге перед Александром III он предстает в грязных ботинках, но демократичный царь сразу видит в нем перспективного сотрудника. Когда на стол совещаний с потолка падает непонятное устройство в форме блохи, именно Петра направляют в Тулу разыскать мастера Левшу (Юрий Колокольников) — единственного, кто может понять, что это такое.

Герой, в честь которого назван фильм, появляется на экране вусмерть пьяным (причиной тому личная драма), с ампутированной левой рукой, которую он заменил многофункциональным протезом, и в окружении механизмов, придумывая которые реквизиторы явно оторвались по полной. Среди них, например, говорящий робот, напоминающий гибрид C-3PO из «Звездных войн» и ВАЛЛ-И, а также часы с кукушкой, подносящей Левше стопочку. В беседе с Огаревым мастер и вспоминает свои слова про то, что «ружья кирпичом не чистют», из-за которых его выгнали с работы.

Ехать в Петербург искать шпионов он, конечно, не хочет, но Петр его, естественно, уговаривает. Далее в программе: новые изобретения Левши, погони по Петербургу на лошадях, автомобилях и пешком, разоблачение коррупционеров в правительстве, поединки в почему-то все еще не достроенном Исаакиевском соборе и любовная линия Петра с барышней из хорошей семьи (Леонела Мантулова), которой папа не разрешил стать пианисткой, поскольку приличным девицам это не подобает, зато устроил секретаршей в Министерство внутренних дел. Все это мельтешит на экране, иногда замедляясь в беспощадном рапиде, под очень громкий и неимоверно пафосный саундтрек (композитор Роман Селиверстов).

При всем тщательно нагнетаемом величии все в фильме, начиная с актерской игры и далеко не заканчивая костюмами, особенно женскими, выглядит смехотворно. Картина, по идее, должна внушать зрителю патриотические чувства и гордость за отечественные технологии, но по ее окончании так и хочется сказать: «Сдается мне, джентльмены, это была комедия».

Юлия Шагельман