Мираж арбитража
Как быть, если выбранный контрагентами третейский суд больше не существует
Апелляционный суд перенес разбирательство между российской и турецкой компаниями в Россию, несмотря на оговорку сторон о подсудности их споров Швейцарскому арбитражу. Поскольку указанный в соглашении арбитраж не существует, Швейцария входит в список недружественных стран, а исполнение контракта на поставку товаров тесно связано с РФ, дело признали подпадающим под юрисдикцию российских госсудов. Эксперты полагают, что спор в итоге рассмотрят в России, но предупреждают о будущих сложностях с исполнением этого решения в Турции.
Фото: Алексей Тарханов, Коммерсантъ
Фото: Алексей Тарханов, Коммерсантъ
Тринадцатый арбитражный апелляционный суд счел возможным рассмотреть в РФ иск российского ООО «Озен Иплик» (занимается оптовой продажей галантерейных изделий) к турецкой фабрике Ozen Iplik Sanayi Ve Ticaret Anonim Sirketi (производит промышленные швейные нити) о взыскании $2,6 млн убытков. Спор возник из-за контракта от 1 января 2020 года, по которому турецкая компания обязалась поставить товары, а российская — оплатить их и стимулировать продажи этой продукции в РФ. Хотя в договоре «Озен Иплик» названа официальным представителем турецкой компании на территории России, юридически истец и ответчик не связаны. По данным ЕГРЮЛ, владельцами ООО всегда были граждане РФ, сейчас компания принадлежит Денису Адаменко.
Главный вопрос заключался в том, в чьей юрисдикции находится спор. В контракте есть третейская оговорка о передаче споров в Международный арбитражный суд при Торгово-промышленной палате Швейцарии. Из-за этого Арбитражный суд Санкт-Петербурга в качестве первой инстанции в сентябре 2025 года отказался рассматривать дело и вернул иск без рассмотрения, признав спор неподведомственным российским госсудам.
Апелляция к РФ
«Озен Иплик» обжаловала возврат в апелляции и добилась успеха. В опубликованном 12 января постановлении отмечается, что не существует арбитражного учреждения с таким названием, которое указано в соглашении сторон. На дату заключения контракта действовал центр с похожим названием — Арбитражный институт торговых палат Швейцарии (SCAI). Но в 2021 году в результате реформы SCAI был преобразован в Швейцарский арбитражный центр (Swiss Arbitration Centre, SAC), а прежнее учреждение перестало существовать. В связи с этим апелляция решила, что подсудность споров по контракту не установлена.
К тому же Швейцария поддержала санкции против России и включена в перечень недружественных государств, поэтому возможности российского истца по защите прав в этой стране существенно ограничены и спор может быть перенесен в РФ по «закону Лугового», отметил суд. Помимо этого, по ст. 247 АПК РФ экономический спор может быть рассмотрен российским госсудом, если отношения сторон спора имеют «тесную связь с территорией России». По мнению апелляции, совокупность обстоятельств свидетельствует о наличии такой связи. С учетом вышеизложенного спор подлежит рассмотрению арбитражным судом Санкт-Петербурга и Ленобласти по месту нахождения истца, решила апелляция. Для этого дело направлено в первую инстанцию.
Преемственность против тесной связи
Прекращение существования арбитражного института не означает, что оговорка автоматически стала недействительной, отмечает управляющий партнер в России АБ Nordic Star Анна Заброцкая. По ее словам, ключевой вопрос — сохранилась ли возможность разрешить спор в согласованном сторонами формате. Юрист практики Международного коммерческого арбитража АБ КИАП Динара Ибрагимова уточняет, что судьба оговорок с несуществующим институтом во многом зависит от подхода юрисдикции к их толкованию. По ее словам, российская практика тяготеет к формальному подходу и суд может признать оговорку неисполнимой.
Нужно выяснить, что именно произошло с учреждением и закрепил ли его правопреемник в регламенте готовность администрировать споры по ранее заключенным оговоркам, добавляет партнер Briefcase Law Office Григорий Волков. Швейцарские арбитражные правила 2021 года прямо указывают на то, что оговорки на SCAI сохраняют силу и споры рассматривает SAC как правопреемник, уточняет Динара Ибрагимова. В таком случае обычно заключать новое арбитражное соглашение не требуется, говорит партнер юрфирмы Lidings Степан Гузей.
6975 споров
с участием иностранных лиц рассмотрели российские арбитражные суды в первой половине 2025 года.
Ситуацию усложняет неточная формулировка в оговорке с «Озен Иплик», указывает Григорий Волков: название арбитражного центра в контракте отличается от наименования SCAI. Во избежание споров об идентификации института юрист советует использовать рекомендованные типовые оговорки. Если оговорка недействительна, применяются правила общей международной подсудности. Она обычно строится на принципе тесной связи спора с территорией определенного государства и места нахождения ответчика, поясняет госпожа Ибрагимова.
Степан Гузей полагает, что дело все же будет рассмотрено в России, в том числе учитывая ссылки апелляции на «закон Лугового». В этом случае встанет вопрос об исполнении такого российского решения в Турции. Поскольку между странами нет двустороннего договора о признании судебных решений, суды будут исходить из принципа взаимности, говорит Анна Заброцкая. Госпожа Ибрагимова рассказывает, что в практике есть случаи признания решений российских судов в Турции и турецких судов в РФ. Вместе с тем, по словам юристов, наличие третейской оговорки и применение «закона Лугового» усложнит ситуацию и шансы на исполнение станут менее предсказуемыми.