Безалаберные лентяи, весельчаки и выпивохи и вместе с тем пронырливые бестии — все эти эпитеты применимы как к ирландцам, так и к русским, менталитет очень схож. Схожи и проблемы в бизнесе, которые этим менталитетом обусловлены.
Особенности национального бизнеса
До конца 80-х Ирландия была самой бедной страной в Европе. За какие-то несколько лет население Ирландии уменьшилось вдвое — из 6 млн осталось 3 млн (сейчас 4,2 млн), остальные уехали на заработки. Самым страшным был 1987 год, когда Ирландия буквально обанкротилась,— нужно было предпринимать нечто кардинальное. И тогда Ирландия стала большой офшорной зоной с налоговой нагрузкой в 10%. Кроме того, бизнес иностранных компаний на пять лет вообще освобождался от налогов. Плюс правительство зачастую дотировало аренду недвижимости под крупные проекты (это даже привело к скандалу в Еврокомиссии: Ирландию пытались обвинить в недобросовестной конкуренции).
Сегодня свой офис в Дублине имеют все мировые гиганты, в том числе Intel, Shell, IBM, Microsoft, Oracle, eBay. К тому же производящиеся в Ирландии американские товары получали статус made in Europe, а значит, их не касались разного рода защитные товарные ограничения, устанавливаемые ЕС. Сейчас налог поднялся до 12,5%, но он по-прежнему самый низкий в Европе. Однако причина экономического успеха не только в льготном налогообложении.
Дело в том, что в самой Ирландии жила и живет меньшая часть мировой популяции ирландцев, насчитывающей около 50 млн человек. Большинство из них проживает в Соединенных Штатах, составляя там очень влиятельную группу населения (существует даже шутка, что каждому новому претенденту на пост президента США для начала необходимо найти у себя ирландские корни). В период кризиса правительство страны направило в США сотни эмиссаров, которые просили помочь родине, и не просто ссудить денег, а вложить их в ирландскую экономику на весьма выгодных условиях.
Третий момент — Ирландия стала активно продавать себя как туристическую державу. Говорят, что в конце 80-х по лондонскому метро ходили старички в зеленых сюртуках и раздавали листовки: "Добро пожаловать в Ирландию — страну вашей мечты". Страна и правда очень красивая, своеобычная, погода хорошая, и с туризмом действительно все в порядке.
— В случае с Ирландией сказалось сразу несколько факторов. Например, именно в те годы произошел технологический всплеск в Силиконовой долине, и гигантам этого рынка потребовался свой форпост в Европе. А тут — льготы, налоги, кроме того, географически Ирландия — удобная перевалочная база между США и Европой, не зря все экспресс-почтовые компании имеют тут свои офисы. Именно в Ирландии совершают посадку самолеты, летящие транзитом. В общем, все оценили еще и ее удобное местоположение, которое само по себе начало приносить Ирландии деньги,— рассказывает Андрей Попов, торговый атташе российского посольства в Ирландии.
В 90-х начался строительный бум, стала дорожать недвижимость — это тоже привлекало инвесторов. Правда, в 2006 году цены перестали расти и даже упали на 6%. Кроме того, объединившаяся Европа стала поддерживать финансами своего на тот момент еще неблагополучного члена.
В общем, ирландская экономика набрала обороты как-то сама собой, никаких трудовых подвигов ирландцы вроде как не совершали, более того, в деловых отношениях по-прежнему сильно проявляется плохо совместимая с европейским бизнесом ментальность, упомянутая выше.
(Кстати, недавно Кембриджский институт молекулярной генетики обнаружил родство пиктов, самых древних известных кельтов, и народов Древней Руси. Передача, сделанная об этом на интернет-ТВ-канале Russian Hour Александра Коробко, наделала шуму в Шотландии. Ирландцы же, как и шотландцы, входят в кельтскую группу народов.)
Важную роль в Ирландии по-прежнему играют неформальные связи, большая часть дел делается по знакомству. Говорят, местная полиция Garda уже много лет заправляется на самой дорогой АЗС в Дублине, которая, по слухам, принадлежит местной мафии. В прессе не раз об этом писали, но ничего не изменилось.
Никто не любит суетиться зря. Если большого куша не светит, ирландцы пальцем о палец не ударят. Но рискнуть они готовы — было бы за что. Именно ирландцы вывозили металлолом с театра боевых действий на Фолклендах, и именно они в 1991 году первыми сориентировались и открыли Duty Free в главных аэропортах России.
Александр Вакий, владелец сети магазинов "Распутин", компании Maxela (торговля продуктами питания), паба "Балтика", свой первый капитал заработал, открыв в центре Дублина русскую дискотеку "Фламинго".
— Помещение,— рассказывает Александр,— было большое, но плохое. Через пару лет, когда наш успех стал очевиден владельцу этого здания (как их тут называют — лендлорду), я предложил отремонтировать зал в счет нашей ренты. Смета была примерно на {euro}50 тыс., но дело бы окупилось: зарабатывать на продаже того же спиртного лендлорд стал бы больше, хорошее помещение привлекает публику, к тому же не только в субботу, когда мы проводим дискотеку. Но он отказался. Пусть все идет так, как идет,— главный ирландский принцип. В итоге я все-таки уговорил его сделать ремонт на паритетных началах. Впрочем, денег он так и не дал, рассчитались арендой, как мы сразу и предлагали.
Кроме того, ирландцы — довольно безалаберный народ. Не редкость, когда иммиграционные документы просто пропадают в недрах соответствующего ведомства. Отдельная тема — уровень профессионализма.
Андрей Щербаков открыл компанию Kamilia Ireland в 2005 году. Самый успешный бизнес компании — бухгалтерский аутсорсинг (два других направления — MLM-сеть косметики из продуктов Мертвого моря, а также ремонт домов) — приносит ей около {euro}500 тыс. в год. 20 бухгалтеров Kamilia обслуживают 200 фирм, половина из них ирландские — это тоже показатель успеха наряду с размерами бизнеса: обычно ирландцы не работают с чужаками.
— Местные бухгалтеры не умеют работать,— говорит Андрей.— Владелец бизнеса думает, что все в порядке, а спустя три года узнает, что его бухгалтер ни разу ни налогов не платил, ни соответствующим образом не отчитывался. То есть вообще ничего не делал. А мы как раз умеем и делаем хорошо. Многие клиенты попали к нам, расставшись с нерадивым местным бухгалтером. Местные налоговики закрывали глаза на многие нарушения и не применяли санкций, если бизнесмен оправдывал непорядок в делах бухгалтерской некомпетентностью. Но большинство теперь пытается навести порядок, ведь налоговый контроль будет усилен.
С 2008 года Евросоюз прекратит прямые ежегодные выплаты Ирландии, а это {euro}3 млрд в год, так что налоговики теперь будут действовать жестче, а значит, спрос на качественную бухгалтерию будет расти.
Еда и танцы
Применительно к Ирландии правильнее говорить не о русском, а о русскоязычном бизнесе: интересы выходцев из России, Украины, Белоруссии, русских из Латвии, Литвы и Эстонии тесно переплетены.
Ирландия всегда привлекала переселенцев, поскольку, будучи англоязычной (а значит, простой для адаптации), она была менее насыщена иммигрантами, чем, например, Великобритания,— устроиться здесь было проще. В начале 90-х в Ирландию потянулись переселенцы из бывшего СССР. Кто-то приезжал как турист и просил политического убежища. Кто-то — по рабочей визе. Некоторые проникали в Ирландию и вовсе нелегально, в том числе в трюмах рыболовецких судов, в фурах, переправляемых на баржах. Добирались также через Великобританию, благо граница (равно, как и контроль) между Северной Ирландией и Ирландией фактически отсутствует, можно просто приехать на машине, без всякой визы. Так поступали в основном те, кто уже просил убежище в Великобритании, но получил отказ. Такой отказ в одной из стран Евросоюза автоматически означает отказ и во всех остальных, в частности в Ирландии. Но эта проблема решалась просто "утерей" паспорта: иммиграционным властям назывались другие имена и фамилии.
Дела о предоставлении политического убежища в Ирландии могли тянуться годами. Гражданам, получившим статус беженца, полагалось вполне сносное пособие (до 100 ирландских фунтов в неделю, когда еще не ввели евро) плюс оплата жилья — в обмен на формальный отказ работать где бы то ни было до решения вопроса. Но большинство, конечно, работали: разносили пиццу, мыли посуду, убирали дома и т. д. Многие получали еще пособие на ребенка, которое выплачивается до его 19-летия, сейчас это {euro}150 в месяц. В прошлом закон устанавливал, что любой, кто рожден на ирландской земле, автоматически получает гражданство, сейчас эта норма работает, только если оба родителя легально прожили на территории Ирландии не менее трех лет.
И раньше, и сегодня популярный способ попасть в Ирландию — учебная виза. В 90-х годах в рамках программы по экономическому возрождению Ирландии правительство содействовало превращению Дублина в студенческий город. Обычно приезжают учить язык, но есть и программы специального образования, в том числе финансового.
Именно таким образом в Дублин попал выходец из Грузии Михаил Моцонишвили, ныне владелец небольшого грузинского ресторана "Никола" (в честь грузинского художника из песни "Миллион алых роз"). Он приехал в Дублин учиться, но параллельно вложил имевшиеся деньги в аренду дома, стал пересдавать его жильцам, потом арендовал еще один дом — так постепенно и заработал деньги на собственный ресторан. Сейчас Моцонишвили налаживает поставки в Ирландию грузинского вина, ориентируясь прежде всего на выходцев из бывших советских республик.
А вот что рассказывает о своем бизнес-пути упомянутый выше Александр Вакий.
— Работа плотника (эту профессию я освоил еще в Великобритании) меня не устраивала. Я постоянно думал, как бы заработать. И однажды увидел магазин "Гастроном", это был 1999 год. Там были в основном товары от крупной немецкой оптовой компании, специализирующейся на "ностальгических" продуктах. Я заходил несколько дней — покупают. При том что у магазина было не самое удачное местоположение, место непроходное. У меня с приятелем тогда был небольшой русскоязычный видеопрокат, но были мысли и о продовольственном магазине. В итоге в 2000-м мы открыли "Славянскую лавку" в центре Дублина. Мне как-то всегда везло с помещениями, можно сказать, это мое конкурентное преимущество. Помню, совладелец "Гастронома" Сергей Совчак приходил, неодобрительно на нас смотрел, типа мы вторглись на их с Владимиром Емецом территорию. Потом они закрылись.
Отдельная история — о дискотеке "Фламинго".
— Как-то я был в Лондоне и наблюдал, с каким успехом мой приятель Андрей Фомин проводит русские дискотеки. Решил с партнером в Дублине такую же организовать. Но нас опередили какие-то молдаване, их "Русская дискотека" собирала около 70 человек. Мы кинулись искать помещение, а пока искали, два парня — белорус и украинец — сделали очень успешный проект на 250 человек. Но мне опять повезло с помещением: в самом центре, на О`Коннол-стрит, на 400 человек. На дискотеке мы и заработали деньги на свой первый серьезный продуктовый магазин.
У Владимира Емеца сейчас пекарня Dubline Duona ("Дублинский хлеб" по-латвийски, выпекает до 10 тыс. булок в день), Сергей Совчак — владелец магазина "ностальгических" продуктов "Казак". Всего в Ирландии примерно 150 "русских" магазинов. "Польских" — 600.
Надо сказать, конкуренция на продовольственном рынке обостряется. Сейчас в Дублине на первые позиции выдвинулась компания Lithuanica, созданная литовцами. Но доход этот бизнес приносит стабильный. Единственный ограничитель — количество русскоязычных в Ирландии, их около 80 тыс., включая выходцев из Прибалтики, Украины и Белоруссии. Выходцев из России около 30 тыс.
Русский дом
Алексей Золотухин, музыкант из Ростова-на-Дону, известный многим по группе "Театр менестрелей", не только великолепно играл на банджо, губной гармошке и переводил ирландские песни на русский, но и занимался финансовыми операциями, на чем и погорел в 1998 году. Впрочем, параллельно еще с 1992 года Золотухин занимался дизайном — рекламные макеты для газет помогали пережить трудное время. Но в конце концов Алексей уехал в любимую Ирландию — как турист — и попросил убежища. Сейчас Золотухин по-прежнему частенько берет в руки банджо, но на жизнь зарабатывает именно дизайном — делает те же рекламные макеты. В Ирландии у него с партнером есть компания Baltic Graphic.
— Так сложилось,— говорит Алексей,— что все мои первые клиенты были литовцами, их ко мне приводил партнер-литовец. Потом заинтересовались и местные компании. Дизайнерские услуги всегда востребованы. Не скажу, что мы лидеры, но на ногах стоим крепко.
Сергей Шевчук, эпидемиолог из Львова, приехал в Ирландию еще в 1997 году, попросил убежища и стал таксистом. Заработки позволили ему приобрести дом за €300 тыс. в пригороде Дублина. Сергей уверен: на извозе легко можно зарабатывать и сегодня, если все правильно сделать.
— Мне даже обидно, что здесь в такси кто угодно — и чернокожие, и арабы, и индусы, а русскоязычных мало,— говорит Сергей Шевчук.— Они просто редко друг с другом общаются и не могут делиться опытом, а другие национальные диаспоры на этом строят бизнес-экспансию. Чтобы как-то помочь таким людям, я сделал сайт nasnetaxi.com — по сути, благотворительный. Там по пунктам изложено все, что нужно сделать, чтобы стать успешным таксистом.
О разобщенности как о главной проблеме русскоязычной диаспоры говорит и Сергей Тарутин, в прошлом крупный российский предприниматель (один из основателей Московской биржи цветных металлов и Московской расчетной палаты). В Дублин он уехал потому, что надоели нестабильность и нервотрепка. В Ирландии он чем только не занимался, даже в ресторанном бизнесе себя попробовал (ресторан "Царь Иван"). Теперь он неформальный глава русскоязычной диаспоры Дублина и владелец компании Rusinfo Production, куда входят русскоязычная "Наша газета" (€500 тыс. в год на рекламе и подписке), газеты Ietuvis на литовском и SVeikS на латышском, а также компания World Media Distributions (оборот €800 тыс. в год), занимающаяся дистрибуцией прессы.
— Меня недавно приятель-ирландец озадачил: почему, говорит, ваших в Дублине нету? — говорит Сергей Тарутин.— Как, говорю, нету, ты просто их не замечаешь. Наша проблема — в отсутствии консолидации, мы как бы растворяемся в толпе, а в итоге страдаем от этого сами. У тех же нигерийцев, индусов здесь сильные диаспоры, которые поддерживают их права во всем. Местные, может, и не любят, когда в паб вваливается толпа нигерийцев, но хотя бы уже воспринимает их как часть своего социума. А наших просто не видно. Давно были мысли провести мероприятие консолидирующего характера, и вот решились на крупное событие — фестиваль русской культуры "Русская Масленица". Он состоится 8 марта на Городской площади Дублина — с блинами, катаниями на лошадях и прочим весельем. Думаю, не меньше 5 тыс. соберем. Это наш совместный проект с посольствами России, Украины, Литвы, Польши, правительством Москвы, авиакомпанией "Сибирь" и другими организаторами. Даже бюджет уже сформировали — €60 тыс. А на 26 апреля запланирована Всеирландская конференция соотечественников, опять же при поддержке посольства России.
Сам Сергей, кстати, поддерживает русскую диаспору уже давно. Например, он арендует три этажа на О`Коннол-стрит, 55 (это центральная улица Дублина) и отдает часть помещений русским фирмам совершенно безвозмездно. На здании даже табличка висит — "Русский дом". Здесь располагаются компания Алексея Смирнова Alex Consulting Trading as Unistaff Recruitment (аутсорсинг в области строительства: наем строительной рабочей силы и предоставление ее заказчику), юридическая компания Unistaff Support Service Татьяны Коваленко и Ильи Королева, еще несколько русских фирм, в том числе книжный магазин и бюро переводов. Сергей говорит, что к такой благотворительности его побудила идея русской консолидации.
В газете у Сергея Тарутина работает российский актер Григорий Желудов, который скоро будет сниматься сразу в двух местных сериалах. Сейчас Желудов заведует у Тарутина рекламой, хотя, когда пришел просить работу, не имел об этой сфере ни малейшего понятия.
В 200 метрах от О`Коннол-стрит, 55, напротив кинотеатра Ambassador, предприниматель Александр Егоров тоже удачно арендовал три этажа (деньги на это он зарабатывал, собирая мебель). В своей прошлой жизни он занимался компьютерным управлением авиатранспортом, а в Дублине открыл интернет-центр SpiderNet. Здесь же организован переговорный пункт, который даже дешевле, чем международные карточки IP-телефонии. Кроме того, есть зал игровых компьютеров, их восемь, каждый обошелся в €2,5 тыс. А еще Александр планирует оборудовать верхний этаж под гостиничные номера, подыскивает домик для домашнего недорого отеля (по его словам, эта ниша свободна) и намерен открыть русские бани. Пока вопрос упирается в помещение, его в Дублине найти сложно. Причем принято платить аренду за много лет вперед, а также выкупать право аренды помещения у лендлорда или предыдущего арендатора. Эти расходы порой сопоставимы с затратами на саму аренду.
В интернет-центре Александра русская речь тоже слышна частенько, но его бизнес ориентирован на иммигрантов вообще — именно им в первую очередь необходимы недорогие международная связь, временный доступ в интернет и место для игр.
Правильное поведение
Три года назад Олеся Мыльникова открыла в центре Дублина, в двух шагах от знаменитой Графтон-стрит (аналог Старого Арбата) Olesya Bar. Олеся задумала сделать винное кафе в европейском стиле и, похоже, угадала.
— Здесь много пабов и ресторанов,— говорит Олеся.— Но ни одного винного бара не было, а в Европе этот формат популярен. В винном баре значительно больший выбор вин, которые можно заказывать по бокалам. Например, у нас — 130 позиций, а в лучшем по вину ресторане Дублина — не более 40. Да и по сравнению с рестораном атмосфера более демократичная — без пафоса, но стильно.
Олеся угадала и с музыкой. У нее регулярно играет очень хороший белорусский саксофонист Антон Петельчиц, такого качества живой джаз в Дублине нечасто услышишь. И теперь по вечерам в Olesya Bar попасть без записи невозможно. После нашей встречи Олеся отправилась к риэлтеру, который ищет помещение под второй такой же бар.
Бизнес супругов Бабуриных — Александра и Елены — прозаичен: магазин итальянской обуви "Джулия Россини" в престижном торговом центре Black Rock. Однако Александр — очень сильный шахматист, он и в Ирландию уезжал, чтобы профессионально играть в местной команде. И до сих пор именно шахматы, а не магазин приносят Бабуриным доход, которого хватает на жизнь. У Александра есть шахматная школа, он владелец ресурса chesstoday.net с платным доступом (600 подписчиков), да и в соревнованиях продолжает участвовать.
Что касается магазина, то пока все уходит в оборот — от €10 тыс. в неделю за вычетом аренды, зарплаты, налогов и заказов новой обуви почти ничего и не остается. Бабурины купили бизнес у семьи итальянцев, которая заказывала обувь на фабриках Италии, и по-прежнему уверены в успехе предприятия.
— В большинстве местных магазинов выбор обуви очень ограничен и примерно одинаков,— говорит Александр.— Конечно, ирландцам сложно воспринять что-то новое, традиционность мешает, однако наши продажи растут, и в этой нише мы одни. Сейчас ищем помещение под открытие второй точки — в центре города, а если дела пойдут, может, и франшизой будем торговать.
Татьяна Суханова как раз владеет франшизой крупнейшего ирландского туроператора SkyTours на направлении "Восточная Европа".
— Франшиза мне обходится в 50% с оборота,— говорит Татьяна,— но оно того стоит: я не плачу ни аренду, ни за рекламу, а поскольку туристов становится все больше, перспективы самые радужные. К тому же все больше выходцев из бывшего СССР здесь легализуются, а значит, тоже начинают путешествовать.
Выходцы из бывшего СССР чем только в Ирландии не зарабатывают. Некоторые начинают с работы на грибных фермах, кто-то открыл автосервис, кто-то — парикмахерскую, цветочный магазин, кто-то занимается целительством — всего не перечислишь. Но все это малый бизнес. Покупка "Русским алюминием" комбината Alumina (переработка бокситов) — просто очередное инфраструктурное приобретение; рабочие, наверное, и не заметили, что владелец предприятия сменился.
Да и товарооборот с Россией невелик: порядка €550 млн в год. Причем до 90% приходится на поставки в Россию: мясо, рыба, текстиль, даже французские булки, оказывается, выпекают в Ирландии и везут в Россию в замороженном виде. Из России идут удобрения, металлы, лес.
Однако ирландский бизнес только в прошлом году инвестировал в Россию €2 млрд, общий объем вложений составил €4,4 млрд (строительство, сети супермаркетов, гостиничный бизнес). И не исключено, что значительная часть этих денег ирландская только на бумаге, так же как инвестиции, поступающие с Кипра.
Так каковы перспективы у русского бизнеса в Ирландии? С этим вопросом я обратился к Константину Гурджиеву, главному редактору ирландского экономического еженедельника Business & Finance и профессору финансов в Trinity College.
— Географическое положение и законодательство Ирландии позволили создать здесь мировой лизинговый центр по продаже пассажирских самолетов и различных судов. Большая часть самолетов или судов, которые закупаются российскими компаниями по лизинговым схемам, проходят через Ирландию. Я думаю, если выйти на этот рынок с большими инвестициями, то можно занять значительную часть. Также, мне кажется, были бы перспективными инвестиции в области биотехнологий и биофармацевтических исследований, правительство всячески это поддерживает, и у России есть здесь интересные наработки. В нескольких отраслях международных финансовых услуг Дублин опережает Лондон, и правительство очень заинтересовано в приходе новых финансовых компаний.
С 2008 года Европа прекращает прямое финансирование Ирландии, но целевое финансирование инфраструктурных проектов (дорог, терминалов в аэропортах и т. д.) продолжится, и здесь российские компании, будь они порасторопнее, могли бы получить часть пирога. Взять хоть проект ветки метро в Дублине.
— Уверен, наши метростроевцы могли бы претендовать на победу в конкурсе, но они очень неповоротливы,— говорит Сергей Тарутин.— Я лично доводил до сведения ресинской компании "Ингеоком", что сейчас как раз выбирают исполнителя, но ее ответ меня удивил. "Ингеоком" попросила предоставить более подробную информацию. И это в тот момент, когда другие компании обивали пороги Ireland Development Agency, курирующего проект!
Своей нерасторопностью россияне подчас напоминают самих ирландцев, так же как и склонностью от души повеселиться. Атмосфера ирландских пабов с их живой музыкой близка русской душе. К тому же разного рода малоизвестные коллективы играют настолько зажигательно и профессионально, что у меня появилась идея "поставки" их в Москву — провала здесь быть не может.