Лидер Алжира Хуари Бумедьен: чем занимался в СССР и почему в его смерти винили советских врачей

$
83.87
€
93.77
IMOEX
2429.33
¥
12.56

Чем занимался в СССР алжирский лидер Хуари Бумедьен

Он посадил в тюрьму Героя Советского Союза и воевал советским оружием. С его именем у старшего поколения ассоциируется низкокачественный алкогольный напиток. Советских врачей обвиняли в его смерти. 60 лет назад Советский Союз посетил с первым официальным визитом председатель Революционного совета Алжира Хуари Бумедьен. Всего он побывал в СССР семь раз, в последний — будучи смертельно больным.

Председатель Революционного совета Алжира Хуари Бумедьен (слева) и член Политбюро ЦК КПСС, председатель Совета министров СССР Алексей Косыгин

Военачальник с именем двух святых

Период правления Хуари Бумедьена историки ассоциируют с золотым веком советско-алжирского сотрудничества. С представителями советской страны господин Бумедьен впервые мог столкнуться в 1950-е.

С 1954 по 1962 год в Алжире шла война за независимость от Франции. Борьбу против французского владычества возглавлял Фронт национального освобождения, его боевым крылом была Армия национального освобождения Алжира (АНО).

В 1960 году начальником штаба АНО стал полковник Мохаммед бен Брахим Бухаруба, принявший во время войны новое имя — Хуари Бумедьен. Хуари — в честь имама Сиди Эль-Хуари, покровителя алжирского города Оран, Бумедьен — в честь суфия Абу Мадьяна, покровителя города Тлемсен.

Согласно российским источникам, бороться за независимость алжирцам помогали 337 военных советников и специалистов из СССР.

Во время войны за независимость было сформировано Временное правительство Алжира в изгнании (ВПАР). В 1960–962 годах СССР передал ВПАР $3 млн (примерно соответствует современным $32 млн) наличными. Советские общественные организации поставили в Алжир с февраля 1958 года по март 1962-го свыше 5 тыс. т пшеницы и муки, 184 тыс. банок сгущенного молока, мясных и рыбных консервов, 157,5 т сахара, 90 тыс. м тканей, 13,5 тыс. одеял, а также обувь, швейные и трикотажные изделия, медикаменты и другие товары.

18 марта 1962 года во французском городе Эвиан-ле-Бен были заключены Эвианские соглашения, положившие конец Алжирской войне. Уже 23 марта Советский Союз стал первой страной в мире, установившей дипломатические отношения с Алжиром. 5 июля была провозглашена независимость Народной Алжирской Демократической Республики, НДАР. Впоследствии в советских источниках страну стали называть немного иначе — Алжирская Народная Демократическая Республика, АНДР.

20 сентября 1962 года состоялись безальтернативные выборы в Национальное учредительное собрание. Явка составила 84%, за единый список из 196 кандидатов от Фронта национального освобождения проголосовало 99,6% пришедших на выборы. После выборов премьер-министром страны стал Ахмед бен Белла. Хуари Бумедьен, знакомый с бен Беллой еще со времен совместной учебы в каирском Университете аль-Азхар, занял вторую по значимости должность — министра обороны (в советской прессе того времени его должность называли «министр национальной обороны»). В сентябре 1963 года Ахмед бен Белла стал первым президентом Алжира, Хуари Бумедьен — вице-президентом (в советской прессе его должность именовалась «первый заместитель председателя Совета министров»). При этом Бумедьен сохранил пост министра обороны.

После провозглашения независимости по просьбе правительства Алжира Советский Союз безвозмездно провел операцию по разминированию территории страны. Минные заграждения были установлены вдоль границ с Тунисом и Марокко. В операции, длившейся до июня 1965 года, принимало участие более 100 советских специалистов. Было обезврежено около 1,5 млн мин, разминировано свыше 800 км минно-взрывных полос и очищено 120 тыс. га земли. Несколько советских саперов было ранено, ефрейтор Николай Пяскорский погиб (посмертно удостоен ордена Красного Знамени).

Председатель Президиума Верховного Совета СССР Леонид Брежнев и президент Алжирской Народной Демократической Республики, Герой Советского Союза Ахмед бен Белла (слева направо) на торжественном вечере в Кремле, 1964 год

Визиты министра обороны Хуари Бумедьена в СССР

В сентябре–октябре 1963 года Хуари Бумедьен впервые побывал в Москве с шестидневным визитом. Он возглавлял правительственную делегацию, прибывшую в Советский Союз для переговоров по вопросам экономического и технического сотрудничества.

В день начала визита, 30 сентября, в «Правде» и «Известиях» был опубликован текст беседы президента Алжира Ахмеда бен Беллы с главными редакторами этих газет, побывавшими в Алжире. Главным редактором «Известий» в то время был зять Хрущева Алексей Аджубей, главным редактором «Правды» — советник Хрущева Павел Сатюков. Бен Белла рассказал о недавно принятой конституции, в которой была провозглашена цель: строительство социалистического общества в Алжире.

«Решение Советского правительства предоставить нам кредит в сумме 90 миллионов рублей, или 50 миллиардов старых франков,— это новое проявление братской солидарности народов Советского Союза с алжирским народом»,— отметил алжирский лидер.

50 млрд старых франков, то есть 500 млн новых, соответствовали примерно $100 млн (эквивалент современных $1,06 млрд).

В статье французских историков Ирины Гридан и Гаэль де Буланже «Les relations militaires entre l'Algerie et l'URSS, de l'independance aux annees 1970» («Военные отношения между Алжиром и СССР с момента обретения независимости до 1970-х годов») упоминается секретное советско-алжирское соглашение о сотрудничестве в военной сфере, подписанное в ходе первого визита Хуари Бумедьена в СССР. Советский Союз по этому соглашению предоставил Алжиру кредит на 1,1 млрд франков (новых) на закупку вооружений и подготовку специалистов. С этого началась советская военная помощь Алжиру, продолжавшаяся практически до распада СССР.

После Бумедьена в СССР дважды побывал президент бен Белла — в декабре 1963 года и в апреле–мае 1964-го. В ходе второго визита, 30 апреля 1964 года, Указом Президиума Верховного Совета СССР ему было присвоено звание Героя Советского Союза. В тот же день было объявлено о присуждении бен Белле международной Ленинской премии «За укрепление мира между народами».

Год спустя, в апреле–мае 1965 года, в Советском Союзе побывал во главе правительственной делегации министр обороны Хуари Бумедьен.

Это произошло уже после смещения Никиты Хрущева со всех высших постов. 27 апреля Хуари Бумедьен встретился с новым советским лидером — Первым секретарем ЦК КПСС Леонидом Брежневым. В центре беседы были поставки в Алжир советской военной техники. Хуари Бумедьен отметил, что «советская военная помощь, по мнению алжирского руководства и лично президента бен Беллы, носит решающий характер в защите завоеваний алжирской революции», и «Алжир надеется и впредь в основном на помощь Советского Союза вооружением и кадрами в создании боеспособной армии, которая должна отстоять Алжир от посягательств извне на его революционные завоевания».

Председатель Совета министров СССР Алексей Николаевич Косыгин, Председатель Президиума Верховного Совета СССР Николай Викторович Подгорный, председатель Революционного совета Алжира Хуари Бумедьен (слева направо) во время проводов на аэродроме, 18 декабря 1965 года

Алжирский лидер Хуари Бумедьен (в центре) во время посещения подмосковного авиационного гарнизона и воинской части Московского военного округа

Визит председателя Революционного совета Алжира Хуари Бумедьена в СССР

Вернувшись из Москвы в мае 1965 года, Хуари Бумедьен начал тайные переговоры с руководством армии и высокопоставленными госслужащими о том, чтобы отстранить от власти Ахмеда бен Беллу.

Бескровный военный переворот произошел 19 июня 1965 года. Герой Советского Союза, лауреат Ленинской премии «За укрепление мира между народами» Ахмед бен Белла был арестован. Первые восемь месяцев он провел в тюрьме, а потом его перевели под домашний арест. Вероятно, бен Белла понимал, что заточение может закончиться лишь в связи со смертью. Вопрос был только в том, чьей именно.

Что дальше стало с Ахмедом бен Беллой

Первый президент Алжира сумел пережить второго. На следующий год после смерти Бумедьена, в июле 1979 года, режим содержания бен Беллы под домашним арестом был смягчен. 17 января 1980 года он вышел на свободу. Затем бен Белла выехал во Францию, но в 1983 году был выслан оттуда и поселился в Лозанне (Швейцария). Там он основал партию «Движение за демократию в Алжире» (Mouvement pour la democratie en Algerie, MDA). В сентябре 1990 года вернулся в Алжир, MDA была признана легальной. В декабре 1991-го в первом туре первых в истории Алжира многопартийных парламентских выборов MDA получила 1,97% голосов, второй тур выборов не состоялся из-за военного переворота. В 1997 году партия была запрещена. Ахмед бен Белла скончался 11 апреля 2012 года в городе Алжир, столице Алжира.

Старший научный сотрудник Института всеобщей истории РАН Евгений Осипов в статье «Советско-алжирские отношения в 1962–1971 гг. в контексте соперничества между Москвой и Парижем. По материалам РГАНИ (Российский государственный архив новейшей истории.— “Ъ”) и архива МИД Франции», опубликованной в 2022 году в журнале «Genesis: исторические исследования», отмечает: «После свержения Бен Беллы в результате государственного переворота в 1965 г. и прихода к власти Бумедьена советское руководство заняло выжидательную позицию. Однако, по мере укрепления позиций Бумедьена советско-алжирские отношения также постепенно нормализовались. С 13 по 19 декабря 1965 г. новый президент Алжира находился с официальным визитом в Москве… сохранение социалистической ориентации алжирского руководства и три встречи Бумедьена с Л. И. Брежневым 14, 15 и 16 декабря подчеркнули взаимное желание сторон к полному восстановлению прежнего уровня отношений и разработке новых проектов».

Советский ветеринарный врач Василий Бессмертный проверяет состояние животных на алжирской ферме

Советские и алжирские специалисты у дизельной установки

Строительство Эль-Хаджарского металлургического завода

Советские и алжирские геологи на маршруте

Советский вклад в строительство алжирского социализма

Несмотря на то что в результате переворота 19 июня 1965 года в Алжире были отменена конституция и распущен парламент, серьезных перемен в государственном строительстве по социалистическому образцу не произошло. Уже в первые годы независимости, при бен Белле, были национализированы все принадлежавшие европейским колонистам имения и фермы, а также некоторые промышленные и торговые предприятия.

После прихода к власти Хуари Бумедьена программа национализации продолжилась. В следующем месяце после переворота увеличили платежи, взимаемые с действовавших в стране иностранных нефтяных компаний. В 1967 году были национализированы американские нефтяные компании, в 1971-м — французские.

В мае 1966 года были национализированы иностранные горнодобывающие предприятия и страховые компании, в мае–июле 1968-го — 11 из 12 французских банков, а также 74 иностранные (главным образом французские) промышленные компании.

Французские и другие иностранные специалисты, работавшие на национализированных предприятиях, покидали Алжир. Их место занимали специалисты из СССР, Болгарии и других социалистических стран. В первую очередь — из СССР.

Добыча железной, свинцовой, цинковой руды, металлургия, энергетика, ирригация, водоснабжение — помощь Советского Союза была заметна во всех сферах экономики. На советском оборудовании и с привлечением советских специалистов работала национальная нефтяная компания «Сонатрак». С помощью СССР в Алжире было построено свыше 80 народнохозяйственных объектов, в том числе Эль-Хаджарский металлургический завод близ города Аннаба, самое крупное предприятие такого рода на Африканском континенте. В 1966 году был построен и оборудован с помощью Советского Союза «Госпиталь алжиро-советской дружбы» в Лахдарии. В 1976-м из 2 тыс. врачей, работавших в Алжире, 350 были гражданами СССР. В Алжире, благодаря советской помощи, были созданы новые высшие учебные заведения, советские преподаватели готовили местных специалистов в вузах и учебных центрах профтехобразования, кроме того, алжирские студенты учились в советских вузах.

«Визиты дружбы», поездки представителей различных общественных организации и деятелей культуры СССР в Алжир, были довольно распространенным явлением. «А мотались мы тогда по Алжиру С делегацией ЦК профсоюза» (песня Александра Галича «О том, как Клим Петрович восстал против экономической помощи слаборазвитым странам»).

«Солнцедар» — самый известный советским людям символ дружбы с Алжиром

«Термоядерный удар»

Сейчас в это сложно поверить, но еще в 1960 году Алжир был крупнейшим мировым экспортером вина. А было так.

В 1858 году в Европе появился «страшный зверь» — виноградная филлоксера, корневая тля из отряда полужесткокрылых. В 1863 году вредитель добрался до Франции, до виноградников Лангедока. Распространение филлоксеры во Франции приобрело масштабы национального бедствия. В период с 1871 по 1900 год на территорию современного Алжира переехало около 50 тыс. французских семей, многие из которых занимались виноделием.

Алжирские виноградники первоначально были высажены, чтобы компенсировать снижение качества и количества вин Юга Франции. Но затем масштабы производства стали расти, расти, расти. Алжирских крестьян вытесняли с их земель, чтобы посадить новые виноградники. Алжирское вино со временем стало конкурировать с французским. Чтобы не проиграть в конкурентной борьбе, виноградари Юга Франции сумели добиться принятия в 1935 году системы классификации вин по географическому признаку.

Рост виноделия в Алжире продолжался вплоть до провозглашения независимости в 1962 году.

В 1964-м был подписан договор о поставках алжирского вина во Францию. По условиям договора, Франция обязалась в течение пяти лет закупить в общей сложности 39 млн гектолитров алжирского вина, от 7 до 9 млн гектолитров в год, постепенно снижая объемы поставок. До провозглашения независимости импорт вина с территории Алжира достигал 15 млн гектолитров в год. Но Франция нарушила условия договора. В 1967 и 1968 годах импорт составил в общей сложности 6,2 млн гектолитров вместо согласованных 14 млн. Позиция Франции состояла в том, что она не обязана была закупить именно 39 млн гектолитров, а могла закупать столько, сколько ей потребуется, в пределах этой квоты. Кроме того, в самой Франции эти годы выдались урожайными, а цена алжирского вина была выше, чем итальянского, так как Италия пользовалась правом преференциальной торговли внутри Европейского экономического сообщества. В октябре 1969 года состоялся визит в Алжир министра иностранных дел Франции Мориса Шумана, в ходе которого была достигнута договоренность о закупке Францией 4 млн гектолитров алжирского вина до конца 1969 года. В 1970 году Франция снова перестала закупать вино в Алжире в связи с высоким урожаем собственного винограда.

СССР в этой трудной ситуации пришел на помощь строящему социализм Алжиру. В 1969 году было подписано торговое соглашение сроком на семь лет, по которому Советский Союз согласился ежегодно закупать 5 млн гектолитров алжирского вина по фиксированной цене. На какое-то время СССР стал в этой сфере основным рынком сбыта

Советскому потребителю сухое красное вино из Алжира пришлось не по вкусу. Ситуацию удалось исправить, «доработав» исходный материал. На Геленджикском винзаводе, располагавшемся на территории вошедшего в черту города курортного поселка Солнцедар, стали изготавливать из алжирского сырья крепленое марочное вино «Солнцедар». Затем этот напиток начали выпускать и на других винзаводах.

Жуткое пойло, продававшееся по цене 1 руб. 25 коп. (без стоимости посуды) вошло в советский фольклор. Неизвестный автор сочинил хорошо известную любителям выпить присказку «Термоядерный удар под названьем "Солнцедар"». Герой повести Юза Алешковского «Маскировка. История одной болезни» жаловался: «Приходится на свои брать водяру или же одеколон, керосин, кармазин и "Солнцедар" проклятый».

В записных книжках Венедикта Ерофеева в «хронике величайшего из запоев» в августе–сентябре 1972 года «Солнцедар» отмечен трижды.

Советская городская легенда, упоминаемая в «Ожоге» Василия Аксенова, гласила, что вино из Алжира везут в Советский Союз в тех же танкерах, в которых в Алжир поставляют советскую нефть (на самом деле алжирская нефть, наоборот, экспортировалась в СССР).

Какое вооружение Советский Союз поставлял в Алжир в 1960–1970-е годы

«Советский Союз уже в 1960-х годах поставил Алжиру более 300 танков (Т-34–85, Т-54, Т-55), более 400 БТР-40 и БТР-152, не менее 400 орудий, минометов, реактивных систем залпового огня (РСЗО) и противотанковых самоходных артиллерийских установок (САУ) (ИСУ-122 и ИСУ-152) и два дивизиона зенитных ракетных комплексов (ЗРК) С-75. А также 24 бомбардировщика Ил-28, более 130 истребителей (МиГ-15, МиГ-17, МиГ-21Ф-13), до 30 транспортных самолетов, до 40 вертолетов. А также 6 малых противолодочных кораблей (МПК), 9 ракетных и 12 торпедных катеров, 2 тральщика.

При этом поставки советского оружия в Алжир продолжились и в 1970-е. Были получены не менее 20 пусковых установок тактических ракет "Луна", 330 танков Т-62, более 500 БТР-50 и БТР-60, 48 РСЗО БМ-21, 20 ЗРК "Оса" и 40 "Стрела-1", до 250 ЗСУ, несколько сотен ПЗРК "Стрела-2", 30 штурмовиков Су-7 и 32 Су-20, до 90 истребителей МиГ-21МФ, 65 истребителей-бомбардировщиков МиГ-23, до 30 перехватчиков и разведчиков МиГ-25, до 20 боевых вертолетов Ми-24, до 40 многоцелевых Ми-8 и транспортных Ми-6, 9 ракетных катеров пр. 205У, десантный корабль пр. 771».

(Из статьи Александра Храмчихина «Алжир стремительно вооружается», опубликованной в январе 2023 года в «Независимом военном обозрении»)

«В 1962–1970 годах ПВО страны состояла исключительно из зенитной артиллерии и нескольких РЛС контроля воздушного пространства. Благодаря участию Алжира в "войне на истощение" в Египте в 1967–1970 годы, а затем в "Войне Судного дня" 1973 года, руководство страны приняло решение инвестировать ресурсы в создание современной системы ПВО, взяв за основу советский образец. Начиная с 1975 года напряжение в отношениях между Марокко и Алжиром, перераставшее в военные столкновения, значительно увеличило риск марокканского вторжения в Западную Сахару.

ЗРК С-75 "Двина" появились в стране 1 ноября 1964 года. А первые поставки ЗРК С-125 "Печора" состоялись в 1969 году.

Начиная с 1973 года в Алжир массово стали поступать РЛС П-15 и ЗРК С-75 вместе со станцией наведения ракет СНР-75. Стояла задача обезопасить границу с Марокко на всем ее протяжении».

(Из статьи Акрама Харьефа «Алжир как экспортная витрина для российских систем ПВО», опубликованной в 2018 году в журнале «Новый оборонный заказ. Стратегии»)

В конце 1970-х годов армия Алжира располагала 350 танками и 294 боевыми самолетами — 95% этой техники было советского производства.

В Москву за оружием

Сроки еще трех визитов Хуари Бумедьена в СССР покажутся хорошо знакомыми любому, кто интересовался историей арабо-израильских войн: лето 1967 года и осень 1973-го.

Председатель Революционного совета Алжира прилетал в Москву 12 июня 1967-го, сразу после окончания Шестидневной войны (5–10 июня 1967 года). Он призвал к «более четкому определению» советской позиции по кризису на Ближнем Востоке и большей смелости в принятии ответственности перед арабским миром.

Генеральный секретарь ЦК КПСС Леонид Брежнев и председатель Революционного совета Алжира Хуари Бумедьен во время проводов на Внуковском аэродроме после второго за лето 1967 года визита Бумедьена в СССР

Визит в СССР председателя Революционного совета Алжира Хуари Бумедьена. В аэропорту Внуково гостя встречал председатель Совета министров СССР Алексей Косыгин (в центре слева). Глава советского правительства и высокий гость приветствуют сотрудников посольства Алжира в Москве. 14 июня 1967 года, только что закончилась Шестидневная война

Участие Алжира в Шестидневной войне было не самым активным.

29 мая 1967 года в Объединенную Арабскую Республику (ОАР, союз Сирии и Египта, существовавший с 1958 по 1971 год) был направлен первый контингент алжирских войск — 500 человек. Затем была направлена еще 1 тыс. военнослужащих, а также самолеты — 27 МиГ-17 и, согласно разным источникам, 2 или 3 МиГ-21.

Алжирские подразделения участвовали в боях с израильской армией на Синае и в районе Порт-Саида. Более современные Миг-21 прибыли в ОАР слишком поздно для того, чтобы участвовать в военных действиях.

На конец 1967 года в Алжире, по американским оценкам, находилось 600 советских военных инструкторов, а также 500 гражданских технических специалистов. В СССР прошли обучение около 3 тыс. алжирских офицеров.

В июле того же года в Советский Союз прибыли сразу два арабских лидера — Хуари Бумедьен и президент Иракской Республики Абдель Рахман Ареф.

Корреспондент газеты The New York Times сообщал из Москвы, что генеральный секретарь ЦК КПСС Леонид Брежнев и председатель Совета министров СССР Алексей Косыгин встретили гостей в аэропорту Внуково, «обнялись с полковником Бумедьеном и пожали руку генералу Арефу».

О визите ничего толком не сообщали и советские СМИ.

Война Судного дня длилась с 6 по 25 октября 1973 года. Хуари Бумедьен находился в СССР с дружественным визитом 14–15 октября, в разгар военных действий. Из сообщения ТАСС: «Стороны подтвердили свою решимость всемерно содействовать освобождению всех оккупированных Израилем арабских территорий». Также обсуждались «вопросы дальнейшею развития и укрепления дружбы и разностороннего сотрудничества между Алжиром и Советским Союзом».

«В ходе Октябрьской войны 1973 года Алжир проявил арабскую солидарность — правда, в ограниченном масштабе. Он отправил на египетский фронт из состава своих ВВС 48 боевых самолетов (23 МиГ-17, 13 МиГ-21, 12 Су-7). Из них было потеряно по одному МиГ-21 и Су-7» (Из статьи заместителя директора Института политического и военного анализа Александра Храмчихина «Судный день Израиля», опубликованной в «Новом военном обозрении» 19 октября 2018 года).

В источниках можно найти и другие цифры. «Алжир послал эскадрильи истребителей и бомбардировщиков, бригады солдат и танки. Алжир направил для борьбы с Израилем экспедиционный корпус, включавший 59 самолетов, пехотный полк и бронетанковую бригаду». (Из статьи Сергея Нечаева «Война Судного дня» в газете «Совершенно секретно», опубликованной 7 декабря 2023 года).

Профессор Ян Вальденстрём, первым описавший макроглобулинемию Вальденстрёма, участвовал в лечении Хуари Бумедьена, когда у того диагностировали эту редкую болезнь

Академик Евгений Чазов, в 1967–1986 годах возглавлявший Четвертое главное управление при Минздраве СССР, в своих мемуарах рассказал о том, как проходило лечение алжирского лидера в СССР

Объединенная спецбольница с поликлиникой Четвертого главного управления на Мичуринском проспекте в Москве (в настоящее время — ФГБУ «Объединенная больница с поликлиникой» Управления делами Президента РФ). Здесь проходил лечение Хуари Бумедьен

Военно-транспортный самолет C-5A Galaxy. На таком в Алжир был доставлен компьютеризированный рентгеновский аппарат, который потребовался международной врачебной бригаде, пытавшейся спасти жизнь президенту Алжира

Аниса Бумедьен. Фото сделано в 1975-м, за три года до смерти ее мужа

Редкая болезнь

В начале 1975 года ходили слухи, что генеральный секретарь ЦК КПСС Леонид Брежнев может посетить Алжир. Визит, однако, не состоялся.

10 декабря 1976 года в Алжире после долгого перерыва прошли президентские выборы. В них участвовал один кандидат — Хуари Бумедьен от Фронта национального освобождения, единственной разрешенной в стране партии. Явка составила 97,07%, за Бумедьена отдали голоса 99,46% пришедших на выборы избирателей.

В конце лета 1978 года у Хуари Бумедьена резко ухудшилось здоровье — лихорадка, озноб, недомогание, анемия и кровь в моче. Он опасался обращаться за помощью во Францию или США и предпочел довериться советской медицине.

В сентябре 1978 года председатель Совета министров СССР Алексей Косыгин позвонил начальнику Четвертого главного управления при Минздраве СССР Евгению Чазову и сообщил, что необходимо срочно организовать лечение прибывающего в СССР президента Алжира в Объединенной спецбольнице с поликлиникой Четвертого главного управления на Мичуринском проспекте (в настоящее время — ФГБУ «Объединенная больница с поликлиникой» Управления делами Президента РФ).

Из книги Евгения Чазова «Здоровье и власть. Воспоминания кремлевского врача»: «При первом же осмотре не было сомнений, что речь должна идти об остром инфекционном заболевании, вероятно, вирусной природы. Процесс был тяжелым, если учесть, что он осложнился токсическим гепатитом. На фоне начатого лечения острота и тяжесть болезни на первый взгляд уменьшились, в частности исчезли признаки гепатита. Однако нас настораживала сохраняющаяся слабость, небольшая лихорадка, умеренный лейкоцитоз. И действительно, на этом фоне мы начали фиксировать изменения, характерные для патологии иммунных (защитных) комплексов, проявлявшиеся в так называемой криоглобулинемии. К сожалению, этот раздел медицины еще недостаточно изучен… Здесь нет необходимости обсуждать медицинскую сторону вопроса лечения президента X. Бумедьена. Она сложна не только для обычного читателя, но и для профессионала. Кроме того, спорные аспекты диагноза болезни президента были изложены в медицинских публикациях. К установлению диагноза и определению схемы лечения его болезни были привлечены лучшие советские специалисты. Все обсуждения проходили в присутствии алжирских коллег, да и приехавшая в Москву супруга президента была в курсе всего, что происходило с ним».

Чазов предупредил Косыгина, что пациент может умереть в любой момент. Косыгин отреагировал так: «Было бы нежелательным, чтобы это случилось в Советском Союзе, так как может возникнуть негативная реакция и в Алжире, и во всем арабском мире, где обстановка крайне сложная. Было бы желательно, чтобы лечение продолжалось в Алжире. Если надо, любые советские специалисты, оборудование, медикаменты будут направлены вместе с президентом».

Хуари Бумедьен согласился с тем, что ему нужно вернуться на родину в сопровождении советских специалистов, которые должны продолжить лечение.

В Алжире президент впал в кому, в которой провел 39 дней.

У него был диагностирован редкий тип рака крови — макроглобулинемия Вальденстрёма (болезнь Вальденстрёма), разновидность неходжкинской лимфомы. В результате неконтролируемого роста измененных плазматических клеток, являющихся частью иммунной системы, происходит поражение костного мозга и нарушается работа системы кроветворения. Болезнь названа в честь шведского врача Яна Вальденстрёма, впервые ее описавшего в 1944 году.

Мало о каком больном заботился такой коллектив врачей — более 50 человек из 14 стран мира.

Лечением Бумедьена занимались специалисты из Алжира, Великобритании, Дании, Китая, с Кубы, из Румынии, Советского Союза, США, Туниса, Федеративной Республики Германии, Финляндии, Франции, Чехословакии и Швеции. Кубинские врачи прилетели по собственной инициативе и за свой счет.

В качестве консультанта в Алжир прибыл и сам доктор Ян Вальденстрём, первооткрыватель болезни. Он консультировался по телефону с ведущим американским иммунологом Эдвардом Клаусом Франклином.

Из США на самом большом в мире самолете, стратегическом военно-транспортном C-5A Galaxy, был доставлен 17-тонный компьютеризированный рентгеновский аппарат. С аэродрома на грузовике аппарат доставили в больницу. Но спасти Хуари Бумедьена не удалось. 27 декабря 1978 года алжирское радио сообщило о смерти второго президента страны.

Врач из нью-йоркской больницы Бельвью Фредерик Фейт в интервью газете The New York Times утверждал, что между специалистами из разных стран, занимавшимися лечением Бумедьена, не было серьезных разногласий: «Мы вместе обедали, и врачи ладили друг с другом лучше, чем их страны».

Тем не менее позднее в западной прессе появились утверждения со ссылкой на врачей, пожелавших остаться неизвестными (с большой долей вероятности — французских), что в СССР не сразу был поставлен точный диагноз, советские врачи лечили Бумедьена сильнодействующими препаратами преднизон и имуран, при этом не провели анализ костного мозга и тщательное диагностическое обследование. Евгений Чазов в своих мемуарах опровергает обвинения: «Кстати, несмотря на определенную пропаганду, разжигание страстей, руководители Алжира и многие простые граждане страны понимали, что советские врачи сделали все возможное для спасения жизни их президента. Мы вправе это утверждать потому, что уже после трагического исхода болезни Бумедьена наши профессора и врачи получили официальное приглашение посетить Алжир».

В самом Алжире ходили — и до сих пор множатся — самые разнообразные слухи относительно обстоятельств смерти Хуари Бумедьена.

Кто-то считает, что он умер в СССР, а в Алжир привезли труп. По другой версии, Бумедьен был отравлен литием — при этом не в СССР, а кем-то из его ближнего круга во время визита в Сирию.

Андрей Воробьев (в 1978 году — заведующий клиническим отделом Института биофизики Министерства здравоохранения СССР, заведующий кафедрой гематологии и интенсивной терапии Центрального института усовершенствования врачей, в 1991–1992 годах — министр здравоохранения РФ) в декабре 2012 года в интервью Алле Астаховой из журнала «Итоги» на вопрос о слухах по поводу отравления Бумедьена рассказал следующее: «Для меня это абсолютная тайна. Могу только сказать, что ни до, ни после — никогда в жизни я подобного заболевания не видел. Все началось с того, что он был с визитом в Судане и должен был вернуться в Алжир. Но почувствовал себя плохо и прилетел в Москву. Он приехал к нам с желтухой, с высокой температурой и с диагнозом "рак мочевого пузыря": об этом свидетельствовал рентгеновский снимок, где была видна большая опухоль. Мы сделали рентген еще раз и никакой опухоли не нашли. Но мы не понимали причин внезапно вспыхнувшего токсического гепатита. К тому же была еще одна загадка. У него обнаружили тяжелейшие нарушения свертывания крови — она свертывалась в пробирке при 37 градусах. Меня вызвал к себе Евгений Иванович Чазов: "Андрей, надо лететь с ним! Он не должен умереть здесь. Вези его в Алжир". Я сижу в самолете, жду Бумедьена и вижу в окошке, как он идет по полю с Косыгиным. На улице холод — середина ноября. Говорю алжирскому министру иностранных дел: "Немедленно уберите его с воздуха, он там находиться не может!" Но сделать ничего нельзя. И я уже знаю, что произойдет.

Мы прилетаем в Алжир, Бумедьен успевает поприветствовать народ, а ночью у него происходит обширный инсульт. У меня нет реанимационной бригады, в Алжире нужных специалистов тоже не находят. Тогда мы собираемся и среди ночи залезаем через забор на виллу советского посла, потому что не работает телефон.

В Москву отправляют шифровку. Наутро улетаю в СССР под чужой фамилией, чтобы привезти бригаду реаниматологов. Однако все наши усилия в результате оказываются напрасными. Сделать уже ничего нельзя».

Вдова Бумедьена Аниса (урожденная Эль-Мансали) не сомневается в причинах смерти мужа, она не просила провести эксгумацию и посмертную экспертизу. Еще она утверждает, что Бумедьен просил похоронить его в родном городе Гельма. Но министр иностранных дел Абдель-Азиз Бутефлика (в 1999–2019 годах он был президентом Алжира) принял другое решение — похоронить Бумедьена на кладбище Эль-Алия в пригороде города Алжир.

Любой, кто немного разбирается в истории распада французской колониальной империи, легко догадается, где живет вдова видного борца с французским колониализмом Хуари Бумедьена. Разумеется, во Франции.