Коротко


Подробно

"За последние пять лет цена на хлеб в России не падала ни разу"

Гендиректор Международной зерновой компании о том, как введение пошлин скажется на продовольственном рынке

Газета "Коммерсантъ" от , стр. 20

В ближайшее время правительство рассмотрит вопрос о повышении экспортной пошлины на пшеницу до 50%. Это, по его мнению, должно привести к снижению цен внутри страны и снизить темпы инфляции. Впрочем, большинство представителей крупного российского бизнеса считает, что рост инфляции вызван иными причинами, а такие меры, принимаемые государством, вредны для экономики. Свои способы борьбы с ростом цен на продовольствие в интервью Ъ предлагает гендиректор Международной зерновой компании (МЗК) ЮРИЙ ОГНЕВ.


— Согласны ли вы с тем, что основная причина повышения темпов инфляции — рост цен на продовольствие?

— Рост цен — это следствие инфляции, а не ее причина. Одна из главных причин инфляции кроется в том, что на данный момент в стране объем денежной массы превосходит товарную массу. То, что правительство проводит политику, направленную на увеличение пенсий и пособий, это правильно. Учителя, служащие, врачи тоже должны получать достойную зарплату. В результате за последнее время на руках у населения появился значительный объем денежных средств. Что повлекло за собой увеличение спроса. А темпы роста производства продуктов питания в России все это время отставали от темпов роста денежной массы. Почему это сказалось именно на еде, я поясню: когда люди начинают больше получать, в первую очередь растет потребление более дорогих продуктов: мяса, сыра, яиц. А потребление дешевых — круп, хлеба, макарон — падает. Люди начинают лучше питаться. И только потом — покупать одежду, квартиры, машины. Ничего странного в том, что инфляция вместо запланированных 8% составит 9-10%. Главное — контролировать, чтобы это не переросло в гиперинфляцию.

— Цена на продовольствие растет не только в России, но и по всему миру, включая страны с более стабильным денежным обращением. Как вы это объясните?

— Я не утверждаю, что избыточная денежная масса — единственная причина инфляции в России, я говорю, что это одна из основных ее причин. Есть и другие причины, в том числе и внешние. В большинстве стран выросли цены на зерно. Причин тому несколько, но основные — низкие переходящие запасы и высокий спрос со стороны производителей биотоплива. В результате мировые цены на зерно преодолели все возможные исторические максимумы. Сейчас в мире наблюдается обратная тенденция. За последние две недели цена упала на $40-50 за тонну. Мы интегрированы в мировое сообщество, и рост мировых цен — еще одна причина, повлиявшая на скачок цен в России.

— На мировом рынке цены на зерно сейчас падают, а в России?

— Пока нет, но это дело времени. Цены в России начнут падать, мы обычно отстаем от мировой тенденции на один-два месяца. Как и с мукой, зерно в цене падает, а аналогичные тенденции в муке появляются с отставанием в один-два месяца, поскольку производители покупают сырье с запасом. Пока запас не будет переработан, новых закупок не будет. Сейчас крестьяне не спешат продавать зерно, а трейдеры остановили закупки и занимаются выполнением действующих контрактов. Вот у МЗК заключен контракт с государственной продовольственной корпорацией Индии, согласно которому до декабря мы должны поставить в эту страну 740 тыс. тонн зерна. Несмотря на введение пошлин, мы его обязаны выполнить. Цена поставки зафиксирована в контракте, как вы понимаете, без учета экспортных пошлин. Введение пошлины не является форс-мажорным обстоятельством, условия контракта пересмотру не подлежат. То есть выполнять свои обязательства перед другими государствами придется себе в убыток.

Мы прилагаем большие усилия для продвижения российского зерна на мировой рынок, и в случае срыва контрактов в дальнейшем ему будет сложно на эти рынки вернуться. Сельхозпроизводители знают, что трейдерам так или иначе придется выполнять обязательства, и не торопятся снижать цену.

— Может, проблема вовсе не в пошлине, а в том, что производители не хотят снижать цены?

— А я их понимаю. Зерновой баланс формируется из внутреннего производства и потребления, экспорта, импорта и переходящих запасов. Вводя экспортную пошлину, которая после последнего падения мировых цен стала фактически запретительной, Минэкономразвития мотивировало это тем, что внутренний рынок получит больше зерна. А дефицита зерна на внутреннем рынке в настоящий момент нет. По данным Минсельхоза, урожай в России в чистом весе составил порядка 80 млн тонн, а экспортный потенциал оценивается ведомством в 12 млн тонн. Если эти излишки не будут вывезены, они будут давить на рынок, что приведет к значительному падению цен. Уже в январе-феврале они снизятся на 1 тыс. рублей за тонну. Исходя из логистических возможностей, более 9,5 млн тонн зерна экспортировать до 1 января 2008 года невозможно, поэтому введенные экспортные пошлины преждевременны.

Если на руках у сельхозтоваропроизводителей в этот период будет порядка 20 млн тонн нереализованного зерна, то их убытки составят 20 млрд рублей. Понятно, что они всеми возможными способами стараются минимизировать свои потери.

— Вы говорите, что в данный момент вводить пошлину бессмысленно и даже болезненно. Может, правительству вообще никаких мер по регулированию рынка принимать не стоит?

— Все, что сейчас предпринимает правительство, я бы назвал пожарными мерами. Рост издержек производителей продовольствия за счет роста цен на газ, удобрения, металл за последние три-четыре года составил 100%. Цены на сельхозтовары такими темпами не росли. Не может быть, чтобы стоимость горючего выросла, а цена на молоко и масло нет.

Под лозунгом борьбы со спекуляцией в регионах много колхозных рынков были закрыты или перепрофилированы. В результате все большую роль в торговле стали играть ритейловые сети. Они не стесняются диктовать свои условия производителям. Достаточно сказать, что в конечной стоимости батона хлеба 25% — стоимость зерна, а 30-40% — торговая наценка. К сожалению, несмотря на неоднократные обращения Минсельхоза, МЭРТ практически не занимался регулированием внутренней торговли. Для регулирования этой деятельности необходимо принятие соответствующего закона.

В качестве пожарной меры МЭРТу, Федеральной антимонопольной службе (ФАС) ничего другого не остается, как договориться с производителями молока, растительного масла и хлеба, а также торговыми сетями о регулировании цен. Только делать это надо тоже с умом. Не за счет товаропроизводителей, а в первую очередь за счет снижения торговых надбавок и наценок. Обозначить определенную шкалу продовольствия и договориться, что цены на эти базисные товары были законом. Наценка должна быть зафиксирована на определенном уровне. Чтобы те же сети не 30-40% накручивали на эти товары, а максимум 10%. И подчеркну, речь идет только о базисных товарах, дешевых сортах хлеба, мяса, молока.

— Как вы оцениваете предложенные изменения в таможенно-тарифное регулирование?

— Изменение пошлин не сможет сдержать рост цен на внутреннем рынке. Цены на хлеб, молоко, мясо не упадут. За последние пять лет цена на хлеб в России не падала ни разу, тогда как колебания цен на зерно доходили до 100%, как в сторону понижения, так и в сторону увеличения.

Впервые за последние 25 лет хлебороб начал зарабатывать деньги, и тут он теряет 20 млрд рублей. Чтобы избежать этих потерь, мы предлагаем аннулировать решение правительства о введении экспортных пошлин на пшеницу. В Национальном проекте развития АПК, в разделе растениеводства четко обозначена сумма субсидий, которую государство выделяет для этого сектора: немногим более 3 млрд рублей. Получается, что, с одной стороны, государство дает, с другой — отбирает.

— Как вы предлагаете бороться с ростом цен?

— Регулирование рынка внутренней торговли и снижение внутренних наценок в сегодняшней ситуации является более эффективной мерой, чем введение экспортно-импортных пошлин. Но эта мера далеко не достаточна, даже если будет введена на год-два. Основное, чему мы должны уделять внимание: направить все усилия на увеличение собственного производства в первую очередь продовольственных товаров. Первый шаг в этом направлении уже сделан в виде нацпроекта по развитию АПК, направленного на ускоренное развитие животноводства и птицеводства. Хотя и в нем есть большое количество проблем. К примеру, в рамках того же нацпроекта, разобраться с денежными потоками. Идет "замыливание" средств со стороны региональных чиновников. Приведу один пример с Ржевской птицефабрикой (Тверская область), которой чиновники без видимых на то оснований отказывают в поддержке. Финансирование должно осуществляться за счет прямых субсидий производителям.

— Но эту меру Россия не может себе позволить, поскольку ограничена правилами вступления в ВТО... Наши переговорщики и так приложили максимум усилий, для того чтобы отстоять те $9 млрд, которые Россия может потратить на эти цели.

— А у ЕС дотационный бюджет на эти цели — $50 млрд. Понимаю всю сложность этого процесса, но при желании всегда можно найти возможность компенсировать бизнесу эти затраты иным способом. К примеру, затраты на строительство дорог, коммуникаций и так далее.

— Для этого есть инвестфонд и институты развития...

— Представьте, что я строю птицефабрику, у меня проект на 1,5 млрд рублей, я под критерии инвестфонда по стоимости основного инвестпроекта не попадаю (инвестфонд рассматривает проекты стоимостью не менее 5 млрд рублей.— Ъ). А то, что при этом у бизнесмена еще значительные средства уйдут на капзатраты — прокладку дорог, строительство очистных сооружений и другой инфраструктуры, никого не волнует. Эти затраты должно брать на себя государство.

И почему только две трети процентной ставки по сельхозкредитам субсидируется с такими капитальными вложениями? Нужно ввести стопроцентную компенсацию кредитных ставок. И не только по мясу в рамках национального проекта, по молоку, маслу, рису и другим базисным товарам.

Кстати, к слову о том, что можно, а чего нельзя делать, вступая в ВТО. Введение экспортных пошлин также противоречит нормам ВТО. Сейчас вопрос об установлении Россией экспортной пошлины на зерно активно обсуждается в Брюсселе. Мы вводим пошлину, сдерживающую экспорт, а они не вводят. Для мирового рынка увеличение Россией пошлин означает поддержку высоких мировых цен и, как следствие, удорожания продуктов.

— Но вы же понимаете, что вступление России в ВТО — процесс не только экономический, но и политический...

— Если невозможно прямое субсидирование, есть другие альтернативные схемы. Например, в США существует схема освобождения от налогов при производстве дополнительного объема сельхозпродукции. А по большому счету, если страны-члены ВТО, например, ЕС, планируют проводить политику сохранения прямого субсидирования до 2014 года, то и наше вступление должно осуществляться на аналогичных условиях. А в случае отказа России в адекватном уровне поддержки отложить наше вступление в ВТО до 2014 года.

Надо принимать глобальные меры, стимулировать собственное производство. Создавать конкурентную среду, чтобы цены не росли. Следить за тем, чтобы рост тарифов естественных монополий не превышал темпов роста инфляции.

Вот еще одна несложная мера. Согласно постановлению Минтранса, зерно в России не относится к категории социально значимых товаров. При этом такие категории товаров, как удобрения, металл, цемент в списках РЖД значатся как "первой необходимости". Ставка тарифа для их перевозки ниже, чем для зерна и муки. Чтобы снизить цены, можно было просто перенести зерно из одного списка в другой, что снизило бы тарифную составляющую в стоимости зерна для потребителей на 25-30%, в зависимости от дальности перевозок.

Снижение цены на продовольственную и фуражную пшеницу — это не только снижение цен на хлебобулочные изделия. Зерновая составляющая ощутима в других пищевых отраслях. Фуражное зерно является основой для кормов в животноводстве и птицеводстве. Корма же составляют 40% в себестоимости производства мяса и молока. От снижения тарифа на перевозки зерна выигрывают сразу все социально значимые категории товаров. То есть это несложные меры, которые можно было бы принять незамедлительно, а видимого эффекта от них не нужно ждать годами.

— Все-таки будут ли эффективны принимаемые сейчас антиинфляционные меры?

— Экспортные и импортные пошлины — неэффективная мера. Она не даст никакого положительного эффекта производителям и в долгосрочной перспективе не снизит цены на продовольствие, а только приведет к еще большему снижению объемов внутреннего производства. Складывается впечатление, что опять проблему пытаются решить за счет села. Государство и регулирующие органы должны более тщательно разбираться в структуре формирования конечной цены производителя — с учетом всех возможных издержек и себестоимости. Экспортные пошлины на зерно не снизят цен на рынке, но уменьшат доход производителей и создадут дополнительную конкуренцию со стороны внешнего рынка. Создается впечатление, что за счет мер, предлагаемых МЭРТом, министерство пытается решить свои проблемы как органа, отвечающего за инфляцию. И сделать это за счет сельхозпроизводителей. А это треть самого низкооплачиваемого населения страны.

Интервью взяли Светлана Ъ-Ментюкова и Алексей Ъ-Шаповалов



Комментарии
Профиль пользователя