Коротко

Новости

Подробно

Только для узкого клуба

Журнал "Коммерсантъ Деньги" от , стр. 140

В июле 1802 года главнокомандующий Москвы фельдмаршал граф Иван Салтыков подписал устав первого московского Английского клуба. Клубный взнос составлял весомые по тем временам 25 рублей ассигнациями. В заведение, где не одно десятилетие устраивались шумные балы, а членство считалось пропуском в высший свет, допускали далеко не всех представителей московского бомонда. В том, какие современные столичные заведения можно называть закрытыми в понимании того Английского клуба и как в них попадают простые смертные, разбирался корреспондент "Денег" Александр Воронов.


Пафос за деньги


Число столичных заведений, владельцы которых не скупятся в описании на слова "самый закрытый клуб Москвы", в последнее время увеличивается в геометрической прогрессии. Что ни неделя, появляются очередные слухи об открытии клуба с такой жесточайшей входной политикой, что беспрепятственно попасть туда может разве что Владимир Путин. На поверку клуб оказывается обычным коммерческим заведением. Так, например, случилось с разрекламированным клубом Versus в Оружейном переулке: на его открытие месяц назад собралась внушительная тусовка, которую поджидали довольно унылый подвал с черными стенами, наспех замотанными фольгой, крутые лестницы, на которых гости рисковали сломать себе шею, и коктейли по 1 тыс. руб. Действительно закрытые клубы в Москве можно перечесть по пальцам, их сотрудники напрочь отказываются сообщать какие-либо подробности о гостях, режиме работы и даже адресе. Но есть в столице места, которые исторически принято причислять к закрытым.

В первую очередь к ним относится широко известный в гламурных кругах "DяgileV proжект". Открытый в 2006 году группой единомышленников, за плечами которых аналогичные проекты "Шамбала", "Зима", "Лето" и "Осень", "DяgileV" в саду Эрмитаж быстро завоевал расположение состоятельных бизнесменов. Целевой аудитории понравились красочные шоу с обилием пиротехники, костюмов и танцовщиц, ремиксы на Юрия Антонова, Виктора Цоя и другую музыку их детства, а также общее устройство заведения с обилием возвышающихся над танцполом столиков и лож, из-за чего "DяgileV" походит то ли на театр, то ли на цирк. Уже на открытии клуба стало ясно, что его владельцы не свернут с намеченного пути: из-за вертушек в разгар выступления был снят знаменитый американский диджей Дэвид Моралес, которому уже уплатили гонорар $20 тыс., из-за того что его музыкальные пристрастия расходились с хозяйскими. В заведение заглядывают представители бомонда — например, только на одной вечеринке здесь одновременно побывали бывшая супруга губернатора Чукотки Романа Абрамовича Ирина, композитор Игорь Крутой, совладелец "Норильского никеля" Михаил Прохоров и вездесущая телеведущая Ксения Собчак. Упоминания заслуживают и рядовые посетительницы "DяgileVа", большинство которых обильно используют ботокс и силикон и не прочь познакомиться с состоятельными людьми. По слухам, руководство клуба даже приплачивает по $50 за визит девушкам из модельных агентств только за то, чтобы они радовали глаз гостей заведения. Павел Пичугин, он же Паша FaceControl, жестокий к любым дефектам во внешнем виде гостей привратник "DяgileVа", и вовсе стал героем народного эпоса. Во многом из-за несговорчивости господина Пичугина, допускающего внутрь лишь хорошо знакомых или максимально гламурно выглядящих посетителей, "DяgileV" и приобрел статус закрытого заведения. Среди последних обсуждаемых историй вокруг Паши FaceControl — августовский скандал с гостями с Северного Кавказа, которые после отказа пустить их устроили такую масштабную потасовку с охраной, что совладельцам клуба пришлось решать проблему через знакомых в ФСБ. Но все эти сложности вовсе не значат, что в "DяgileV" невозможно попасть со стороны. Достаточно внести депозит за столик в заведении — в этом случае имена посетителя и его спутников автоматически вносятся в список лиц с беспрепятственным входом. Стоит это, правда, недешево: от $3 тыс. за столик на 4-6 человек до $15 тыс. за "императорскую" ложу на 25-30 гостей с отдельным туалетом. Если депозит не тратится полностью, остатки не возвращаются. Коммерческий директор "DяgileVа" Михаил Козлов говорит, что в клубе также можно купить простые и VIP-карты со скидкой 10% в баре. "Бесплатно даем их только красавицам, а мужикам не даем,— говорит он, но цену просит не называть, поясняя: — Вы не представляете, как внимательно читают ваше издание в налоговой".

Конкуренцию "DяgileVу" составляет "Rай" на территории фабрики "Красный Октябрь". Он открылся в этом году и сумел переманить часть завсегдатаев клуба в саду Эрмитаж. В "Rаю", например, можно застать теннисиста Марата Сафина, нападающего ФК "Локомотив" Дмитрия Сычева, политика Бориса Немцова; свой день рождения здесь праздновал режиссер Люк Бессон. Промоутер "Rая" просит называть его только по имени — Андреас. Он утверждает, что клуб посмотрели все российские миллиардеры из списка журнала Forbes, "за исключением трех-четырех, которые вообще не посещают ночные клубы". Рецепт популярности заведения во многом схож с "DяgileVым": обилие золота и лепнины в интерьере, обнаженные танцовщицы, масштабные цирковые и пиротехнические шоу, простой и понятный диско-хаус в колонках, ложи для VIP-гостей и жестокий фейсконтрольщик, разворачивающий чуть не каждого второго гостя. Завсегдатаи, правда, поговаривают, что часть элементов интерьера сделана как будто на школьных уроках труда из материалов вроде папье-маше, но это не мешает "Rаю" позиционировать себя как закрытое заведение, куда не попасть без связей с влиятельными людьми. Однако и здесь все решают деньги. Андреас признается, что для прохода внутрь достаточно "Пропуска в Rай" (клубная карта стоимостью 30 тыс. руб.— $1,2 тыс.), за 90 тыс. руб. ($3,6 тыс.) можно приобрести "Индульгенцию" для себя и двоих спутников, а 150 тыс. руб. ($6 тыс.) гарантируют карту с бесплатной парковкой, скидками в баре и персональным официантом. Похожая ситуация и с арендой лож, средняя стоимость которой составляет 100 тыс. руб. ($4 тыс.). Для господ, которые не хотят светиться, имеется спецбалкон с отдельным туалетом и приватным входом, который как-то раз был арендован за рекордные $40 тыс. Правда, уточняет Андреас, он старается не пускать в ложи гостей "с неуравновешенной психикой" и "молодежь, подросшую у политиков и чиновников": "Они тратят больше денег, чем взрослые, при этом отпугивают от клубов самих родителей. Мало кому хочется застать в клубе своих детей".

Танцы по спискам


Говоря откровенно, "DяgileV proжект" и "Rай" оставляют ощущение скорее ярмарки тщеславия, чем танцевальных клубов. Для танцев в Москве есть другие заведения, и некоторые из них также именуются закрытыми. В конце 2005 года на территории завода "Арма" за Курским вокзалом открылось место, куда обязан был попасть каждый уважающий себя клабер,— "Газгольдер", совладельцем которого, по слухам, был ресторатор Андрей Кобзон. По сравнению с пафосными заведениями в нем были намного ниже цены в баре, проверенные диджеи вроде Листа и Фиша с самой модной западной музыкой и при этом намного более жесткая входная политика. В работающий только по пятницам "Газгольдер", заведение без вывески над входом, можно было попасть только по спискам, куда, в свою очередь, заносили по рекомендациям совладельцев. В итоге клуб облюбовали журналисты, писатели, актеры, режиссеры и другие творческие личности, заходил пару раз даже Роман Абрамович. Правда, после публикации в одном из журналов о том, что в помещениях "Газгольдера" стоят огромные столы, засыпанные кокаином, арт-директор клуба Богдан Титомир пишущую братию привечать перестал. Ситуация, правда, несколько упростилась осенью прошлого года, когда в "Газгольдере" объявили о переходе на коммерческие рельсы и начале работ по субботам, а также поставили на вход Надежду Ромашину, девушку с богатым опытом фейсконтролера клуба "Цеппелин". Однако к настоящему времени там вновь закрутили гайки. Новый фейсконтролер и пиарщик "Газгольдера" Анна (также просит называть ее только по имени) говорит, что владельцы боятся, что "клуб пропадет", и поэтому возобновляют политику закрытости и ничего не хотят говорить о клубе в принципе. Кому именно перекроют доступ в "Газгольдер", Анна не уточняет — пока он работает в прежнем режиме, прорваться туда еще можно через обычный фейсконтроль.

Другое известное заведение, куда ходят танцевать под соусом закрытости,— "Крыша мира" на верхних этажах Бадаевского пивзавода. Открытый в 2006 году совладельцем "Цеппелина" Виктором Такновым клуб быстро пополнился завсегдатаями того же "Газгольдера" благодаря модной музыке и шикарному виду на район "Москва-Сити" и Москва-реку — на них можно любоваться с крыши пивзавода из белых шатров и из-под стеклянного колпака, накрывающего бар. "Крыша мира" отличается от других заведений верхней ценовой категории тем, что сюда можно прийти хоть в вечернем костюме, хоть в сланцах — охране внешний вид безразличен. Главное, чтобы фамилия гостя была заранее вписана в книгу посетителей, а если нет — деньги охране предлагать бесполезно. В "Крышу" ходят, например, внук Бориса Ельцина Борис, главный редактор журнала Hello! Светлана Бондарчук, глава совета директоров "ОВА-пресс" Полина Дерипаска. О гостях в "Крыше мира" заботятся: кредитные карточки не принимают, но в фойе установлен банкомат; программа клуба, в котором в начале октября с DJ-сетом должен был выступить солист Pet Shop Boys Крис Лоу, нигде не вывешивается, но в день мероприятия всем гостям по списку отправляют SMS. "Мы называем себя не клубом, а обществом творческих людей, закрывшихся от социума. У нас даже официальное название — ООО "Музыкальный клуб",— поясняет арт-директор Гарик, который просит не только не указывать его фамилию, но и не называть его арт-директором.— У нас обстановка семейная, даже официанты без униформы ходят. Нам не важны дресс-код и фейсконтроль, к нам просто приходят комфортные люди". Впрочем, в последнее время завсегдатаи заведения жалуются, что и в закрытую вроде бы для посторонних "Крышу мира" стали проникать случайные люди. Происходит это в основном из-за разросшегося списка посетителей и упрощенной технологии их идентификации — охране достаточно правильно назвать любую фамилию из списка и четыре последние цифры мобильного телефона этого гостя. Гарик в ответ обещает в течение месяца провести "реорганизацию" базы гостей и снабдить охрану наладонными компьютерами.

Наконец, последнее достойное внимания место в этой категории открылось только на прошлой неделе. Ресторан "Мост" предпринимателя Александра Мамута дополнился одноименным клубом. The Most сам по себе реинкарнация существовавшего на этом же месте в начале 2000-х клуба с приставкой "закрытый", однако куда более шикарная по наполнению. Огромные потолки в подвальном помещении, барные стойки из хрусталя, хрустальная люстра по центру танцпола, разводные мостики для танцовщиц, ездящая вверх-вниз диджейская сцена и команда, работавшая над "Цеппелином", во главе с Георгием Петрушиным и Дмитрием Ашманом — вот составляющие успеха The Most. Красоту здесь наводили четыре года, не раз сталкиваясь с неожиданными проблемами, например необходимостью изолировать подземную речку. Если учесть, что в ресторан Александра Мамута уже заглядывали отобедать господин Абрамович и тренер сборной России по футболу Гус Хиддинк, то отчетливо вырисовывается портрет завсегдатая танцполов в The Most. "Все посетители пройдут тщательный отбор, и случайных людей у нас не будет. Попасть можно только по рекомендации владельцев и промоутеров заведения",— обещает господин Ашман. Впрочем, пиарщицы заведения оговариваются, что фейсконтрольщик в клубе все же появится и пройти его будет можно. А господин Ашман заверяет, что при составлении списков для ветеранов того же "Цеппелина", "которые еще хотят и могут ходить в клубы", сделают скидку.

Посиделки по приглашениям


В следующей группе заведений не пляшут, не демонстрируют сверхмодную одежду, не сорят деньгами. Все их посетители — состоявшиеся в бизнесе или политике люди, которым ни к чему что-то друг другу доказывать. Эти места наиболее близки к классическим английским клубам, потому что их владельцы соблюдают клубную систему без всяких исключений. Ветеран этой группы, семейный клуб "Монолит", работает почти 11 лет. Семейный потому, что стать его членом могут только пары — на все мероприятия супругов приглашают вместе. "Монолит" почтили своим присутствием несколько президентов стран ближнего и дальнего зарубежья, королевские особы, не говоря почти обо всей верхушке российской политики и бизнеса. Здесь обсуждают политику и дела, а также устраивают торжественные приемы и обеды почти так же, как и в Английском клубе образца XIX века. К примеру, однажды главе Минпромэнерго Виктору Христенко в "Монолите" вручали награду за успехи в области нефтедобычи — статуэтку в виде нефтяной вышки, сделанную из чистого золота. Одни из самых популярных мероприятий в "Монолите" — регулярные собрания Российского еврейского конгресса (РЕК) под управлением его экс-главы, президента Института Ближнего Востока Евгения Сатановского. Фактически это отдельный бизнес-клуб РЕК, членами которого числятся гендиректор Российской корпорации нанотехнологий Леонид Меламед, исполнительный директор THK-BP Герман Хан, глава совета директоров "Вимм-Билль-Данна" Давид Якобашвили, адвокат Генри Резник. В клубе платят взносы, однако их размер скорее символичен для влиятельных людей — $3-5 тыс. в год, при этом никак иначе, как по рекомендации действующих членов, в него вступить нельзя. На все мероприятия в "Монолите" можно попасть только по именным приглашениям. Тем не менее простые смертные ухитряются попадать и сюда — правда, делают это в основном представители так называемой касты столичных халявщиков, курсирующих по светским мероприятиям в поисках бесплатной еды и выпивки. Да и проникают они мошенническими методами, например с помощью поддельных удостоверений помощников сенаторов или директоров несуществующих телекомпаний.

Любопытно, что "Монолит" остался чуть ли не единственным клубом, где закрытые мероприятия проходят на регулярной основе. Популярностью у фигурантов светской хроники, правда, пользуется "GQ-бар" в гостинице "Балчуг". Туда регулярно заглядывают пропустить по рюмке миллиардеры из списка Forbes, однако это заведение сложно назвать клубом.

До последнего времени закрытым был принадлежащий главе консорциума "Альфа-групп" Михаилу Фридману джаз-бар "Цвет ночи" у Патриарших прудов, однако недавно заведение закрылось физически. Как объяснил "Деньгам" член совета директоров Альфа-банка Александр Гафин, "Цвет ночи" стоимостью $300 тыс. "оказался никому не интересен как тихое, спокойное место". "Наш уровень культуры еще не дорос до стандартов, которые мы предложили. У нас люди, когда хотят развлечься после похода в ресторан, едут в "Rай" или "DяgileV" — там жизнь, бьет по голове дискотечная музыка",— поясняет господин Гафин. На вопрос, почему миллиардер Михаил Фридман не оставил "Цвет ночи" для себя, господин Гафин пояснил: "Когда в клуб ходит 50 человек, он не живет, а нам хочется, чтобы он жил". Александр Гафин пообещал, что "Цвет ночи" откроется в эти выходные, однако это будет совсем другой клуб: "Там будет более современная музыка, ниже цены и туда сможет попасть любой желающий. Это будет место, более похожее на московские клубы, но не такое вульгарное".

И все же в столице есть еще одно заведение, где регулярно собираются влиятельные политики и бизнесмены, правда по очень оригинальному поводу. Речь о так называемом "Маф-клубе", заседания которого проходят преимущественно в ресторане "Долф" в 1-м Смоленском переулке. Здесь на полном серьезе играют в студенческую игру "Мафия" такие члены "Маф-клуба", как глава группы компаний "Тройка Диалог" Рубен Варданян и представитель группы компаний "Ренова" Виктора Вексельберга Андрей Шторх; иногда заглядывает вице-премьер Александр Жуков. Напомним правила игры: в воображаемом городе честные граждане борются с мафией, роли (семь жителей и трое мафиози) распределяются путем раздачи семи красных и трех черных карт, причем игроки друг другу карты не показывают. Игровой процесс состоит из "дня", в течение которого игроки путем опроса пытаются вычислить мафиози, также выдающих себя за добропорядочных жителей, и "ночи", когда все спят (на глаза надевается повязка), а мафиози снимают повязки и голосованием "убивают" кого-либо из "спящих". Всего в московском "Маф-клубе" (филиал есть в Ереване) состоит около 60 членов, однако раскрывать детали работы клуба его руководство категорически отказывается: "Хозяева говорят, что нам пиар не нужен вообще, это же хобби у людей такое". Чтобы в ресторане "Долф" тебе начали раздавать карты и повязки, а также позволили играть с господами Шторхом и Варданяном, хватит $200 в месяц членского взноса, однако за стол могут сесть только те, кого отрекомендовали как минимум двое действующих членов "Маф-клуба". Играют здесь не на деньги, а на чистый интерес, и именно это обстоятельство выгодно отличает этот классический английский клуб от большинства столичных заведений, только пытающихся казаться закрытыми клубами.

Комментарии
Профиль пользователя