«Игровая индустрия потеряет эффект снежного кома»

В последние несколько лет мы привыкли слышать о дефиците кадров на IT-рынке: зарплатные ожидания перегреты, а компании испытывают нехватку middle- и senior-специалистов. Но более интересная ситуация складывается в смежной отрасли, где требуются как IT-, так и творческие компетенции — в геймдеве, считает глава Организации развития видеоигровой индустрии (РВИ) Василий Овчинников. Усугубляющиеся кадровые проблемы отрасли напрямую связаны с ее быстрым ростом, а ключ к решению этих проблем — синхронизация подходов в подготовке кадров между государством, вузами и отраслью.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Сегодня уже трудно спорить с тем, что российская видеоигровая индустрия переживает взрывной рост. По данным исследования онлайн-школы XYZ, по итогам 2024 года российские геймеры потратили на игры 173 млрд руб.— на 7,5% больше предыдущего года. По другим оценкам, объем видеоигрового рынка России в 2024 году достиг 200 млрд руб. За этим ростом стоит два фактора.

Первый — масштабная грантовая поддержка индустрии, которая в ближайшие годы будет только нарастать. Так, например, в 2025–2027 годах Институт развития интернета планирует выделить на поддержку отечественных игровых проектов порядка 3,4 млрд руб. До 2022 года о таких объемах финансирования не шло речи. Результаты мы видим уже сейчас — число молодых команд разработчиков, как и новых проектов, которые либо вышли, либо готовятся выйти на рынок, постоянно растет.

Второй — меры господдержки для IT-компаний: с 2023 года продукты российских игровых студий начали включать в реестр отечественного программного обеспечения, что открыло доступ к ряду льгот, в том числе и к льготным ставкам по НДС. Эти факторы создают фундамент для роста. Так, Strategy Partners прогнозирует, что при базовом сценарии развития отрасли к 2030 году объем рынка видеоигр в РФ вырастет до 257 млрд руб. (CAGR +5%), а при оптимистичном — до 327 млрд руб. (CAGR +10%).

Однако именно на фоне этого успеха обнажилась ключевая проблема, которая сегодня сдерживает потенциал отрасли. Основным ограничителем стал не недостаток капитала, амбициозных идей или государственной поддержки. Критическим фактором, определяющим потолок наших возможностей, является острый и усугубляющийся дефицит квалифицированных кадров.

Ярким примером этого тренда стал зарплатный разрыв между джуниорами и мидл-специалистами. В геймдеве зарплата при переходе на вторую или третью ступень карьерной лестницы, от Junior до Senior, вырастает не в полтора-два раза, как в классическом IT, а в три, а то и в четыре раза. Такой скачок не признак здорового карьерного роста, а симптом системного сбоя. Компании не могут эффективно выращивать специалистов среднего звена из новичков и вместо этого вынуждены покупать их на открытом рынке, переманивая друг у друга. Это запускает порочный круг «каннибализации» кадрового рынка, где краткосрочная потребность закрыть вакансию на проекте превалирует над долгосрочной стратегией развития персонала. В долгосрочной ситуации развитие тренда приведет к усилению «зарплатной гонки» в геймдеве и постоянной миграции ключевых специалистов из одной компании в другую. В итоге это затормозит запуск крупных проектов в геймдеве, цикл разработки которых составляет три-четыре года, и практически остановит развитие всей отрасли. По сути, игровая индустрия потеряет эффект снежного кома. Оздоровление возможно только через синергию трех инструментов.

Первый — системная работа с образовательными стандартами. Государство должно разработать и внедрить федеральные образовательные стандарты для ключевых геймдев-профессий: геймдизайнеров, технических художников, нарративных дизайнеров, продюсеров игр. Это позволит унифицировать и поднять планку качества подготовки, создав единый понятийный аппарат для индустрии.

Важно понимать: геймдев — это не просто программирование с графикой. Это междисциплинарная область, где пересекаются технологии, искусство, психология, экономика и маркетинг. Без четкого понимания этой специфики на уровне образовательных стандартов мы продолжим готовить либо чистых программистов, либо художников, которым потребуются годы на переквалификацию уже внутри студий.

Второй инструмент — системные инвестиции в образование со стороны отраслевых лидеров. Ведущие студии должны активнее запускать собственные корпоративные университеты и акселераторы. Но главное — программы оплачиваемых стажировок, где джуниоры получают не только знания, но и реальный опыт работы над коммерческими проектами. Сегодня многие студии рассматривают джуниоров как обузу — их нужно долго обучать, а отдача неочевидна. Но это недальновидный подход. Инвестиции в выращивание кадров окупаются через два-три года, а затем дают компании конкурентное преимущество в виде лояльных, хорошо подготовленных специалистов.

В этом ключе хорошо работает связка отраслевых лидеров и бутиковых геймдев-школ. На российском рынке существует ряд таких проектов, которые занимают уникальную нишу, предлагая программы дополнительного образования, по уровню и интенсивности сопоставимые с высшим. Например, школа Retry. Эта школа выделяется своим уникальным подходом к обучению, представляя собой образовательную RPG-платформу. Процесс освоения 3D-графики геймифицирован и построен на RPG-механиках.

Третий элемент — фундаментальный сдвиг в сторону практико-ориентированного обучения в вузах. Учебные программы должны разрабатываться совместно с образовательными учреждениями и ведущими студиями. Ведущие разработчики, геймдизайнеры и художники должны привлекаться в качестве приглашенных лекторов, руководителей курсовых и дипломных работ.

При этом важно не просто добавить пару «практических» дисциплин, а перестроить всю логику обучения. Студенты должны с первого курса работать над реальными проектами, пусть и небольшими. К выпуску у них должно быть готовое портфолио из трех-пяти законченных игр разного масштаба.

Особое внимание следует уделить soft skills — навыкам командной работы, управления проектами, коммуникации с заказчиками. В геймдеве, где проекты длятся годами и требуют координации десятков специалистов разного профиля, эти компетенции не менее важны, чем технические.

Нужны и финансовые стимулы для такой кооперации. Государство могло бы софинансировать создание совместных образовательных программ, предоставлять налоговые льготы компаниям, активно участвующим в подготовке кадров.

Без комплексных мер нынешняя ситуация будет только усугубляться. Рост государственного финансирования создаст еще больше проектов, которым потребуются кадры. А поскольку готовых специалистов по-прежнему будет мало, спираль переманивания раскрутится еще сильнее. В результате мы получим инфляцию зарплат, которая сделает российские игровые проекты неконкурентоспособными на мировом рынке. А ведь именно экспортный потенциал — один из ключевых аргументов в пользу государственной поддержки геймдева.