Дело Дрейфуса живет

Руководители российских предприятий международного зернотрейдера Louis Dreyfus пытаются взыскать с его ликвидируемых структур задолженность по зарплате. Впоследствии они могут получить контроль над оставшимися в России активами компании стоимостью 2 млрд руб., не исключают собеседники «Ъ». Найти сторонних интересантов на этот бизнес в условиях снижения экспорта зерна сейчас непросто.

Топ-менеджеры российского подразделения Louis Dreyfus (LD) Амалия Шедько и Алексей Ткаченко в июне—июле 2025 года обратились с исками о взыскании заработной платы к его дочерним структурам — ООО «Русская элеваторная компания» («РусЭлКо»), «Агропорт "Устье Дона"», «Компания Луис Дрейфус Восток» и АО «Зерно». Их заявления зарегистрировали Советский районный суд Ростова-на-Дону и Георгиевский городской суд Ставропольского края, следует из картотеки дел. Иск госпожи Шедько удовлетворен в июле. Дело господина Ткаченко на рассмотрении. Амалия Шедько и представители LD на “Ъ” оперативно не ответили. Связаться с Алексеем Ткаченко не удалось.

Российские активы LD планировалось передать новым собственникам. Осенью продажу 100% долей в «РусЭлКо» одобрил президент РФ Владимир Путин. На балансе компании было 12 элеваторов в Ставропольском крае, Воронежской, Ростовской и Волгоградской областях, рассчитанных на хранение суммарно 2 млн тонн зерна. Потенциальным покупателем актива собеседники “Ъ” на аграрном рынке называли корпорацию «Био-Тон». Но сделка не состоялась, уточняют они. В «Био-Тоне» информацию не комментируют. Инвестбанкир Илья Шумов оценивает текущую стоимость бизнеса LD в России в 2 млрд руб.

7 августа ООО «Компания Луис Дрейфус Восток» и «РусЭлКо» сообщили о намерении ликвидировать компании. Руководитель группы по банкротству Vegas Lex Валерия Тихонова называет решение логичным, если у собственника нет желания или возможностей продолжать бизнес своими силами. Если выплатить долги не удастся, то речь пойдет о банкротстве, поясняет она. Амалия Шедько и Алексей Ткаченко действительно не единственные потенциальные кредиторы «РусЭлКо». В апреле иск о взыскании с нее 45,9 млн руб. в Арбитражный суд Москвы подало АО «Благодарненский элеватор», «дочка» «РусЭлКо».

Партнер бюро «Астериск» Федор Закабуня поясняет, что при ликвидации «дочки» иностранного юрлица, как и в случае с российской компанией, без торгов может быть продано только имущество дешевле 100 тыс. руб., все остальное — только в рамках конкурсной процедуры. Вторым возможным сценарием госпожа Тихонова называет внесение всего имущества в уставный капитал специально созданного АО, которое затем будет продано.

Старший юрист адвокатского бюро Nordic Star Герман Азаров говорит, что при продаже недвижимости специальное разрешение действительно не потребуется. Но выплаты в пользу собственников из «недружественных» стран могут составлять не более 10 млн руб. в месяц и осуществляться на спецсчета.

Юрист White Stone Виктор Машинский поясняет, что задолженность по зарплате относится к реестровым платежам, если возникла до даты начала процедуры банкротства. Признание ее такой, по словам эксперта, позволит менеджменту контролировать процедуру банкротства при отсутствии других кредиторов. Партнер фирмы «Рустам Курмаев и партнеры» Олег Пермяков не исключает, что менеджмент и другие кредиторы компании смогут заключить прямые договоры о передаче имущества по отступному соглашению, избежав торгов. Но такая сделка может быть в итоге оспорена, не исключает он.

Впрочем, найти на российский бизнес LD сторонних интересантов может быть непросто. Спрос на активы по хранению и перевалке в моменте снизился: первое полугодие было не слишком удачным для трейдеров, говорит Илья Шумов. В июле—августе 2025 года экспорт российской пшеницы за рубеж сократился на 35–40% год к году (см. “Ъ” от 11 августа).