Коротко


Подробно

Показания Ахмеда Закаева по делу Александра Литвиненко

В распоряжении Ъ оказалась стенограмма интервью, которое Ахмед Закаев в конце марта дал представителям Генпрокуратуры, расследующим убийство бывшего офицера ФСБ Александра Литвиненко в Лондоне. Представляем стенограмму в том виде, в котором она поступила в редакцию.


КАССЕТА №1

Детектив Роудз: Сегодня 30 марта 2007 г., и время сейчас 12.57. Это интервью записывается на пленку, меня зовут детектив Роудз, я работаю в отделе по противодействию терроризму. Детектив Велс также из этого отдела. Напротив меня сидит - пожалуйста, представьтесь.

Ахмед Закаев: Ахмед Закаев.

Р.: Спасибо. Кроме этого, присутствует переводчик, господин Фаик, и третий человек - пожалуйста, будьте добры, имя и фамилия?

Андрей Майоров: Андрей Майоров, заместитель начальника управления по расследованию особо важных дел генеральной прокуратуры России.

Р.: Цель сегодняшней встречи - задать вам, Ахмед, некоторые вопросы в связи со смертью Александра Литвиненко. Эти вопросы мы задаем от имени и по поручению русских властей, которые ведут свое расследование по этому поводу. Прежде чем начать, нам нужно поговорить о некоторых вещах. Первое: то, что вы сюда пришли по своей воле. Если можно, подтвердите это мне.

АЗ.: Я абсолютно добровольно изъявил желание сотрудничать по расследованию убийства моего друга Александра Литвиненко.

Р.: Вы свободны уйти в любое время. Я хочу задать вам некоторые вопросы, если вы согласны ответить на них. Я буду задавать, естественно, вопросы, на которые хотела бы получить ответы русская сторона. Эти вопросы относятся к некоторым личностям. Естественно, если вы мне скажете, что вы не знаете эту личность, тогда мне нет смысла задавать дальнейшие вопросы по этому поводу. Я пройду через эти вопросы, и я попрошу нашего русского гостя, если можно, не вмешиваться, пока мы закончим эту беседу. Я выключу пленку, и, если есть вопросы, тогда мы начнем запись вторую с вашими вопросами.

АЗ.: Да, понятно.

Р.: Чтобы вам было ясно, господин Закаев, что вы не находитесь здесь под арестом или содержанием. Как мы сказали, вы здесь по своей воле и как свидетель. Ахмед, первый вопрос относится к Вам лично и немножко к вашей истории: где вы работаете и на какой позиции?

АЗ.: Я, Ахмед Закаев, министр иностранных дел Чеченской республики, временно нахожусь в Великобритании. После установления судом Великобритании о моем незаконном преследовании российскими властями правительство Великобритании предоставило мне политическое убежище, и в данное время нахожусь в Великобритании и работаю.

Р.: Если можно, укажите точно адрес вашего офиса здесь, в Лондоне.

АЗ.: Не хотел бы это комментировать.

Р.: Вы являетесь членом правления, акционером любого предприятия в этой стране?

АЗ.: Нет.

Р.: Это включает, естественно, любые совместные предприятия как в Англии, так и за рубежом.

АЗ.: Нет.

Р.: Ваша деятельность когда-либо включала в себя распространение вредных или отравляющих материалов или веществ, включая полоний-210?

АЗ.: Нет, никакого отношения никогда не имел до смерти Александра Литвиненко. После его смерти, как было установлено, в моей машине были установлены следы полония, и она находилась под расследованием Скотланд-Ярда. Именно заднее сиденье, на котором сидел Александр Литвиненко в тот злополучный день. Это первый раз за всю мою жизнь я соприкоснулся с полонием-210.

Р.: Когда, где и при каких обстоятельствах вы познакомились с Александром Литвиненко?

АЗ.: Первый раз я заочно узнал Александра Литвиненко в 1996 г. в апреле месяце. 22 апреля был убит первый президент Чеченской республики Джохар Дудаев по указанию высшего российского руководства. 25 мая 1996 г. его вдова, жена Джохара Дудаева решила покинуть Россию и выехать в Турцию. Она была задержана российскими властями и находилась под следствием. В последующем, с 25 по 28 она находилась в руках российских спецслужб. 28 во время встречи в Кремле президент России Ельцин, Борис Николаевич, дал нам слово и обещал, что он ее освободит. Он это слово сдержал, она была освобождена, и я встречался с ней, с Аллой, в Чеченской республике, и она мне сказала о молодом офицере, который вел допрос с ней под именем Александра Волкова, а в последующем выяснилось, что это был Александр Литвиненко.

Потом второй раз, в 1998 г., я видел Александра Литвиненко по телевидению, когда он и группа других офицеров ФСБ выступили с заявлением, что руководство ФСБ создало управление по убийству неугодных для власти лиц. И они выступили с заявлением, что первый заказ они получили на убийство Бориса Березовского, секретаря совета безопасности России. После этого, третий раз я соприкоснулся с Александром Литвиненко, это уже после 1999 г., когда были взорваны дома. Александр Литвиненко выступил опять с заявлением - он в своей книге это и написал - что эти дома были взорваны при участии российских спецслужб.

После неудачной попытки взрыва дома в Рязани его аргументы были очень убедительными, и он написал книгу об этих взрывах для нас, для чеченского руководства, которое было втянуто уже во вторую войну. Было очень важно, потому что официально российское руководство началом второй войны объявило взрывом домов в Волгодонске, Буйнакске. И в 2002 г. весной я встречался с Александром Литвиненко уже здесь, в Лондоне, и после этого мы практически все время мы продолжали контакты и сотрудничали вместе. Я также являюсь председателем государственной комиссии по расследованию военных преступлений, совершенных на территории Чечни российскими оккупационными войсками. И Александр Литвиненко мною был введен в состав этой комиссии. Я являюсь председателем этой комиссии. И мы очень продуктивно работали с Сашей, он нам помог очень сильно.

Он обладал очень огромной информацией. Практически с помощью Александра Литвиненко мы установили лиц, непосредственно руководивших операциями в Чеченской республике. Эти операции и преступления, совершенные российскими карательными органами на территории Чечни, международными правозащитными организациями квалифицируются как преступления против человечности. И конечно, работа Саши в этой комиссии была просто незаменима. И он работал также в наших информационных агентствах. Он публиковал статьи, списки российских военных и руководителей российских военных спецслужб, кто замешаны в этих преступлениях. Практически до последних дней его жизни мы работали именно в этом направлении.

Р.: Какие отношения вас связывали с Александром Литвиненко перед его смертью?

АЗ.: Вот рабочие отношения, о которых я сказал выше, и личные дружеские отношения. Он был вхож в мой дом, он был любимцем моих внуков, и все члены моей семьи его любили, уважали и очень ценили.

Р.: Может быть, вы ответили на этот вопрос, но я должен задать его еще раз. У вас были с Александром Литвиненко какие-то деловые отношения?

АЗ.: Нет. Кроме вот тех, которые я перечислил выше, у меня никаких других деловых отношений с ним не было, если речь идет об экономическом бизнесе.

Р.: Когда, где и при каких обстоятельствах вы встречались с Александром Литвиненко в октябре и ноябре 2006 г.?

АЗ.: Я в октябре месяце регулярно встречался с Александром, я не могу сказать, у меня дома, на работе, в городе. Если речь идет о 1 ноября, дне отравления Александра Литвинненко, то в этот день я его забирал из города. Я был после обеда в городе, мы с ним созвонились и после обеда поехали домой. Мы вместе приехали домой, я его высадил у себя дома, поставил машину, и все. 2 числа, он в этот вечер должен был зайти, но он в этот вечер не пришел.

На второй день утром у меня были свои дела в городе, день и вечер я был занят. Ночью, когда я ложился спать, это было где-то около 12 часов, когда я приехал домой, жена мне сказала, что Александр Литвиненко чувствует себя плохо, что Марина ей сказала, что он чувствует себя плохо. 3 числа я уже узнал, что Саша отравлен, что была "скорая помощь", и второй раз уже вечером после обеда "скорая помощь" его увезла в больницу. Когда его забирали, я его видел, мы с ним жили напротив. Я понял, что Саша серьезно болен, и Марина поехала со "скорой помощью" в больницу. Мы договорились, что она мне позвонит и скажет, где адрес, куда его повезли, и что я потом поеду в госпиталь. Но Марина не позвонила, она приехала вечером домой, и сказала, что сегодня к нему все равно не пустят, что врачи установили отравление. Как они выразились, первое заключение было "пищевое отравление". 4 ноября я посетил его в Барнет госпитале и практически с 4 числа я каждый день находился рядом с ним уже в госпитале до конца его жизни.

Р.: Я хочу вернуться к тому же периоду октября-ноября. У меня есть вопросы, которые, возможно, окажутся затруднительными для вас. Какие вопросы вы обсуждали в этот период, когда вы встречались с Литвиненко?

АЗ.: 1 ноября, когда он мне позвонил, я находился в своем колледже по обучению английского языка. Саша мне сказал, что он сегодня получит информацию о том, кто стоит за убийством Анны Политковской. Вы знаете, что после 7 октября, когда была убита Анна Политковская, это для нас был просто шок, потому что она была для нас очень близким и хорошим другом. Мы встречались буквально за месяц до ее смерти. И после ее смерти Саша пытался использовать все свои контакты и связи в силовых структурах России.

Практически вот этот период, октябрь месяц, после смерти Анны Политковской вся наша деятельность заключалась в работе, в попытке узнать, кто убил и кто заказал Анну Политковскую. И после 1 числа, после этого звонка, я был в городе, и мы созвонились, и когда мы ехали вместе обратно домой 1 ноября, с Сашей были какие-то бумаги, которые он получил, с его слов, от Марио Скарамеллы. И в этих бумагах как бы была одна из возможных версий убийства Анны Политковской. Я с самого начала поставил под сомнение эту версию. Я Саше сказал об этом. В последующем, как уже я потом узнал, это действительно, на мой взгляд, был повод для встречи с Сашей. Ничего серьезного в этих документах не было. Как в последующем уже выяснилось, там целая цепь людей была задействована по совершению убийства, отравлению Александра Литвиненко. И в этот вечер, и уже на второй день мы обсуждали эти вопросы. И после 4 числа, когда я в госпитале находился рядом с Сашей, мы обсуждали уже вопросы того, кто стоял за отравлением Александра Литвиненко.

У меня лично и у Саши самого не было никаких сомнений уже 4 числа, что он действительно отравлен. Первая версия, пока я не узнал, что Саша встречался помимо Скарамеллы с Луговым и с Ковтуном, я думал, что в отравлении мог быть замешан только Скарамелла. Но когда и узнал, что в этот день он встречался еще с Луговым, Ковтуном и еще с одним человеком, у меня не было никаких сомнений, как и у него самого, что именно эти люди и отравили Александра Литвиненко. И мы обсуждали вот эти вопросы, как, когда началась подготовка этой операции по убийству Литвиненко. Конечно, мы не предполагали в первые особенно дни, что Саша умрет. Конечно, никто не мог предположить, что он отравлен полонием-210. Любой другой тяжелый металл, мы думали, что врачи спасут его.

Р.: Ахмед, я хочу еще раз поговорить о том же периоде: октябрь, начало ноября и ваших встречах с Александром Литвиненко, Во время ваших встреч до и после вы обменялись какими-либо документами?

АЗ.: Вот эти бумаги, о которых я говорил, которые передал Скарамелла, в машине Саша передал их одному из моих помощников. И вот в дороге он и читал их. Они были на английском языке. Мой помощник читал их вслух. Но эти документы, опять-таки, они остались у Саши, ни я, ни мой помощник их не брали. И никакие другие документы я не видел, мы не обменивались никакими документами.

Р.: У вас были какие-либо конфликты или несогласия с Александром Литвиненко?

АЗ.: Нет, не было.

Р.: Вы знали что-то о том, чем занимается Александр Литвиненко после того, как он покинул Россию?

АЗ.: Я конкретно знал о том, чем он занимается со мной в этой комиссии по Чечне. О каких-то делах он говорил, если считал нужным. Если вы спросите конкретно, что вас интересует, я вам отвечу.

Р.: Следующий вопрос. Что вы знаете или что вы можете нам сказать об этом, может быть, вы считаете, вы хотите что-то еще сказать.

АЗ.: По поводу?

Р.: Это в отношении какой работой он занимался после того, как он покинул Россию.

АЗ.: Я рассказал том, что я знаю точно, чем он занимался. Других я просто не знаю. Я знаю, что он работал у Бориса Березовского.

Р.: Александр Литвиненко был членом, руководителем, акционером какой-либо организации, предприятия в пределах Англии?

АЗ.: Я действительно не знаю.

Р.: Вы знаете адреса, имена его деловых партнеров и друзей и коллег?

АЗ.: Нет, не знаю.

Р.: Вы знаете, где Александр Литвиненко служил до того, как он уехал в Англию?

АЗ.: Знаю.

Р.: Что вы знаете об этом?

АЗ.: Что он офицер ФСБ.

Р.: Откуда вы это знаете?

АЗ.: Я уже раньше говорил об этом, но могу повторить.

Р.: Если вы согласны, с тем что вы сказали…

АЗ.: С тем, что сказал? Я считаю, что этого достаточно.

Р.: Деятельность Александра Литвиненко включала распространение и использование радиоактивных материалов, включая полоний-210?

АЗ.: Нет.

Р.: Мы переходим к вопросу о других лицах, Луговом и Ковтуне. Вы их знаете?

АЗ.: Одного знаю, Лугового. Я один раз с ним встречался, и об этом мне напомнил Александр Литвиненко, когда я был в госпитале. Когда Саша мне сказал, что он встречался с Луговым и с Ковтуном, я спросил, кто они такие. Саша мне сказал: "Одного ты знаешь - это Луговой, ты с ним встречался на юбилее Бориса Березовского, мы сидели за одним столом”. И когда я увидел его пресс-конференцию, фотографии, по телевидению, я узнал его, я его видел один раз.

Р.: Еще пара вопросов, связанных с Луговым и Ковтуном. Мы сейчас сделаем перерыв и потом продолжим.



Тэги:

Обсудить: (0)

Материалы по теме:

Комментировать

Наглядно

валютный прогноз

обсуждение