Телекино c Михаилом Трофименковым

       
Событие недели — "Спасение" (Safe, 1995) Тода Хейнса, фильм, названный так словно в издевку: надежд ни на какое спасение режиссер не оставляет (15 апреля, Культура, 23.20, ****). Хейнса любят знатоки рока — за биографию несуществующей рок-звезды "Velvet Goldmine" (1998), а синефилы — за стилизацию под "пылающие" мелодрамы 1950-х "Вдали от рая" (2002). То, что происходит в "Спасении", сугубо реалистично, даже гиперреалистично, и абсолютно загадочно. Сам Хейнс определил жанр как "фильм ужасов души", хотя речь идет о страданиях тела: режиссер дотошно описывает симптомы болезни, но увиливает от того, чтобы поставить диагноз. Жизнь благополучной и озабоченной лишь тем, как заменить канапе в гостиной на другое, более соответствующее обоям, калифорнийской домохозяйки мало-помалу летит в тартарары. Можно подумать, что в нее, как в фильмах Дэвида Кроненберга, вселился инопланетный агрессор или обрушились "семь казней египетских". Мигрени, одышка, приступ невесть откуда взявшейся астмы, аллергии — одна за другой. Отказ от секса, ночи, проведенные напротив телевизора, или убитые блужданием вокруг дома в суперзащищенном квартале Лос-Анджелеса: как зверь в клетке. Врач определяет "аллергию на молоко", но это потому, что против такой аллергии нет лекарств, а диагноз поставить надо. Уход от цивилизации оборачивается пленом в лагере некоего гуру-врача. В душераздирающей сцене героиня (едва ли не лучшая роль Джулиан Мур) смотрится в зеркало и объясняется в любви своему отражению. Потрясающая формула виктимности: бедолага чувствует себя жертвой всего и ничего сразу, как, безусловно, чувствует себя множество людей на земле, таящих свои страдания от окружающих или подыскивающих им банальные объяснения. Зато совершенно неубедительны страдания героини Дины Корзун в "Сорока оттенках грусти" (Forty Shades of Blue, 2005) Айры Сакса, почему-то получивших Гран-при знаменитого фестиваля независимого кино в Сандэнсе (14 апреля, Первый канал, 2.40, *). Женщина, обозначенная, как иммигрантка из России, хотя эта подробность и остается совершенно бессмысленной, орнаментальной финтифлюшкой, никак не обыгрываясь в фильме, страдает от бесчувственности мужа, скотины и потаскуна, что слабо сочетается с его профессией дирижера. Ее страдания, выражающиеся в распитии спиртных напитков со случайными мужиками и флирте с пасынком, столь же неопрятны и неинтересны, как припадки ярости у мужа, оскорбляющего своих музыкантов. Режиссер сам подставился, намекнув названием на богатую психологическую палитру фильма. Лучше бы назвал его: "Сорок оттенков скуки". Впрочем, проблемам героинь обоих американских фильмов может только позавидовать 12-летняя девочка, носящая мужское имя Усама ("Усама", Osama, 2003). Это первый фильм, снятый в Афганистане после талибов на единственную в стране 35-мм-камеру (17 апреля, Культура, 23.55, ***). Оно и понятно: режиссер фильма, выпускник ВГИКа Сиддик Барман был министром кино и до талибов, и после, в промежутке побывав советником лютого полевого командира Ахмеда Шаха Масуда. Но свое служебное положение он использует талантливо, за что и получил каннскую "Золотую камеру" за лучший дебют. В разрушенном Кабуле, где демонстрации женщин разгоняют водометами, старые похабники предпочитают мальчиков девочкам, а журналистов забивают камнями, маленькая героиня вынуждена выдавать себя за мальчика, чтобы устроиться на работу в пекарню. Дядя и отец погибли на войне, а женщинам талибы запрещают работать. Проблемы начинаются, когда ее загоняют на молитву в мечеть, а затем в какую-то религиозно-военную школу: она не знает элементарных мужских жестов, например, как правильно замотать тюрбан.

Картина дня

Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...