На прошлой неделе завершилась поездка вице-президента России Александра
Руцкого по маршруту Малайзия — Новая Зеландия — Сингапур. В ходе этой
поездки, во время визита в Малайзию, был составлен контракт на сумму $500 млн
на поставку самолетов МиГ-29. Составлен, но не подписан — малайзийское
правительство решает, какой самолет — российский или американские F-16 и
F-18 — предпочесть.
В качестве продавца в контракте назван производитель "МиГов" — Московское
авиационное производственное объединение (МАПО). Посредник —
"Оборонэкспорт", внешнеторговое объединение МВЭС России. Таким образом,
окончилась продолжавшаяся больше года борьба российских экспортеров за право
поставки "МиГов" в Малайзию.
По мнению ряда экспертов, последствия этой борьбы могут оказаться весьма
серьезными, поскольку уже не в первый раз конкуренция меду российскими
экспортерами приводит к тому, что цены снижаются, и российский экспорт
становится менее эффективным. Не исключено, что история с "МиГами" станет
очередным — и очень веским! — аргументом в пользу ужесточения условий
российского экспорта. В частности, за счет сокращения числа спецэкспортеров.
В борьбу за малайзийский рынок военной авиации Россия вступила полтора года
назад. Правительство Малайзии искало новый основной боевой самолет для своих
ВВС, и в октябре 1991 года подписало меморандум о взаимопонимании с
корпорацией McDonnell Douglas — производителем самолетов F-16 и F-18. Но в
декабре в российской печати появились сообщения о том, что Малайзия достигла
соглашения с Россией о поставке МиГ-29.
Вести переговоры с малайзийской стороной российское правительство
уполномочило МАПО и "Оборонэкспорт". Однако перспектива заключения крупной
сделки привлекла и многих других российских экспортеров. Желающих торговать
"МиГами" оказалась так много, что Малайзия, по сути, стала местом
паломничества юридических и физических лиц российского происхождения,
вступающих по этому поводу в переговоры на различных уровнях. Всего, по
данным МВЭС, в Малайзии побывало восемнадцать посредников, в том числе
внешнеторговое объединение объединение МВЭС "Спецвнештехника", выступавшее от
имени испытательной базы МАПО — Луховицкого машиностроительного завода
(ЛМЗ), и фирма "Московит" — в лице ее президента Иосифа Кобзона.
Производителя самолетов (МАПО) толкала на внешний рынок нужда — в 1992 году
госзаказ оборонным отраслям сократился на 67%. А появление конкурентов из
числа внешнеторговых фирм МВЭС стало возможным благодаря решению бывшего
министра внешних экономических связей Петра Авена — он ликвидировал прежнюю
ведомственную специализацию этих фирм, дав им таким образом параллельные
функции.
МАПО и "Оборонэкспорт" проводили переговоры официально, имея на это санкцию
российского правительства, а вот все остальные таких санкций не имели и
надеялись, что если они успешно проведут переговоры, то им затем удастся
получить поддержку правительства. Поскольку монополии МВЭС на торговлю
оружием уже не существует, такая задача в принципе выполнима. (Например, в
июле 1992 года директор ЛМЗ Севастьян Тектониди после проведения переговоров
с неким английским посредником распоряжением правительства России получил
доверенность на заключение контракта по продаже Ирану скопившихся на заводе
60 самолетов МиГ-29. Правда, посредник потом куда-то исчез.) В случае с
Малайзией ситуация для самодеятельных экспортеров "МиГов" упрощается тем, что
в этой стране десятки компаний имеют сертификаты министерства финансов,
позволяющие заниматься вопросами закупки военной техники без привязки к
конкретным сделкам.
Очень скоро российские государственные чиновники, не привыкшие соревноваться
на международных рынках оружия с соотечественниками, столкнулись с проблемой:
что делать с конкурентами? Наиболее упорным конкурентом МАПО и
"Оборонэкспорта" стал ЛМЗ. В связи с этим интересно отметить, что корыстных
целей ни МАПО — производитель "МиГов", ни ЛМЗ, на аэродроме которого "МиГи"
стояли, в этой борьбе не преследовали: деньги, добытые усилиями одной из
сторон после отчислений государству в любом случае были бы распределены
одинаково: треть получал ЛМЗ, две трети — МАПО, которое потом самостоятельно
рассчитывалось с поставщиками.
Генеральный директор МАПО Владимир Кузьмин обратился в Межведомственную
комиссию Совета безопасности России по борьбе с преступностью и коррупцией:
"Начиная с мая 1992 г. директор ЛМЗ Тектониди с помощью своего посредника —
местной фирмы UM Industries — грубо вмешивается в процесс переговоров,
представляя себя исключительным продавцом МиГ-29, причем на условиях,
совершенно неприемлемых для правительства Малайзии, которое подчеркивает, что
оптимальным вариантом явилось бы подписание контракта непосредственно с
производителем и МВЭС России. Наше мнение по этому вопросу разделяют МВЭС
России, Министерство безопасности, служба внешней разведки."
В октябре 1992 года Георгий Хижа, вице-премьер России, председатель
Государственной комиссии по военно-техническому сотрудничеству (ГВТС —
создана в 1992 как правительственный орган, контролирующий процесс торговли
оружия в интересах государства), сделал попытку отстранить ЛМЗ и Тектониди от
малайзийской сделки. В распоряжении правительства #1879-Р от 19 октября 1992
года говорится: "Установить, что проведение переговоров и подготовка
предложений по экспорту этих самолетов (МиГ-29. — Ъ), а также подписание на
основании решений Правительства РФ соответствующих контрактных документов,
осуществляется исключительно Московским авиационным производственным
объединением и МВЭС России."
Несмотря на это распоряжение в середине ноября в Луховицах побывали
представители UM Industries — фирмы, помогающей ЛМЗ вести борьбу за
малайзийский рынок.
Декабрьские переговоры МАПО и "Оборонэкспорта" в Малайзии, которые состоялись
во время транслировавшегося на весь мир VII съезда народных депутатов России,
сделку не продвинули. Малайзийская сторона, обеспокоенная политической
нестабильностью в России, выдвинула дополнительные условия: обеспечить
производство запасных частей и ремонтную базу для "МиГов" на месте.
В феврале 1993 года в борьбу за контракт вновь активно вступили фирмы из США.
Во время визита в Малайзию представители General Dynamics и McDonnell Douglas
объявили о существенном снижении цен на свою продукцию: F-16 и F-18 они
предложили соответственно по $24 и $30 млн. Позиции России сильно
пошатнулись: $24 млн — это цена МиГ-29.
И тут приступили к боевым действиям российские конкуренты. Последнее слово в
поддержку Тектониди в его борьбе за новые рынки оружия сказала газета "День".
Накануне визита Руцкого в Малайзию патриотическое издание опубликовало
документы, "порочащие" руководителей МАПО и "Оборонэкспорта", которые
собирались вместе с Руцким решать в Малайзии судьбу полумиллиардного
контракта. 16 февраля, через неделю после первой публикации, Тектониди был
выведен из игры — по крайней мере на время. Генеральный директор МАПО
Кузьмин подписал приказ об его увольнении "за несанкционированный выход на
внешний рынок." По факту появления публикаций в газете "День" была создана
комиссия ГРУ. А руководимой Руцким делегации было дано указание правительства
и президента форсировать подписание сделки.
Членами официальной делегации были: генеральный директор МАПО Владимир
Кузьмин, председатель внешнеторговой фирмы "Оборонэкспорт" Сергей
Караогланов, начальник управления по военно-техническому сотрудничеству МВЭС
Миронов. Перед Малайзией руководители МАПО и "Оборонэкспорта" посетили Индию,
где, в частности, рассмотрели возможности организации производства в
обеспечение меморандума о техническом обеспечении и обслуживании новой
российской авиатехники, подписанного в январе 1993 года Малайзией и Индией,
имеющей на вооружении "МиГи".
Для прорыва на малайзийский рынок были использованы все имеющиеся
возможности. Руцкой обещал устроить тренировочные программы для летчиков и
производство отдельных запчастей к "МиГам" на месте; сотрудничество в
аэрокосмической промышленности и в области переработки пальмового масла;
продать суда на воздушной подушке, быстроходные катера, тяжелые тракторы, на
$770 млн оружия (включая экспонировавшиеся в Абу-Даби сверхсовременные
зенитно-ракетные комплексы). А самое главное, в случае успеха сделки с
"МиГами" было обещано ежегодно импортировать из Малайзии в Россию 1 млн т
пальмового масла на $400 млн. Для Малайзии — крупнейшего в мире экспортера
пальмового масла, которая после развала крупнейшего потребителя этого масла
— СССР — была вынуждена предоставить государственные кредиты на закупку
масла Алжиру и Пакистану (и собирается предложить таковые Бангладеш, Судану и
Зимбабве), получить взамен пальмового масла "МиГи", конечно, чрезвычайно
соблазнительно.
Тем не менее исход переговоров еще не предрешен. И не исключено, что все
усилия российской стороны могут оказаться тщетными. По мнению западных
экспертов, малайзийцы продолжают вести переговоры по "МиГам" по одной простой
причине: чтобы вынудить американцев еще сбавить цены на F-16 (и в этом, как
мы уже убедились, преуспели).
При этом аргументы американцев в пользу своих самолетов достаточно весомы и
во многом не уступают пальмовому маслу. F-16 находятся на вооружении ряда
соседних с Малайзией стран — членов ASEAN. Это позволяет проводить
совместные учения и упрощает организацию техобслуживания. Особую актуальность
этот аргумент приобрел после приуроченного к визиту Руцкого в Малайзию
решения ВВС Таиланда отказаться от МиГ-29, которые Россия предлагала в обмен
на таиландский ширпотреб. Кроме того, на министерство обороны Малайзии
оказывает давление одна из правящих партий, выступающая против покупки
военной техники у России, где "политическая жизнь и экономика находятся в
беспорядке".
Теперь же, после новых предложений Руцкого, американцы решили любой ценой
оттянуть подписание контракта Малайзии с Россией. Нашелся и еще один аргумент
— показатель часовой эффективности использования самолета: затраты на час
использования F-16 или F-18 ниже, чем у "МиГов".
На сегодня ситуация такова. До 25 марта российская сторона должна представить
расчеты соответствующего показателя по "МиГам". После чего правительство
Малайзии будет думать — решение, возможно, будет принято к июню.
Каким будет это решение, предсказать трудно. Возможно, сделка состоится, и
Малайзия приобретет "МиГи". А может быть, предпочтение все же будет отдано
американским самолетам.
История с "МиГами" — вне зависимости от того, удастся России выйти на
малайзийский рынок военной авиации или нет — весьма показательна: во многом
она стала отражением общей ситуации в российском экспорте. Борьба между
многочисленными продавцами "МиГов" привела к затягиванию переговорного
процесса. В результате малайзийская сторона получила возможность выдвигать
наиболее выгодные для себя условия сделки, а американские фирмы — находить
все более изощренные аргументы в борьбе с российским конкурентом. Россия же
только теряла время.
Увеличение числа спецэкспортеров приводит к конкуренции между ними,
вследствие чего снижаются цены поставок, и экспорт теряет свою эффективность.
И не исключено, что не раз звучавшие в последнее время заявления о
необходимости сокращения числа спецэкспортеров (об этом, в частности, говорил
Виктор Черномырдин) станут реальностью. Вполне возможно также, что
спецэкспортеры будут в основном представлены внешнеторговыми фирмами крупных
отраслевых корпораций. Меры по усилению контроля за экспортом уже принимаются
— смотрите документы на стр. 26-28.
АЛЛА Ъ-ГЛЕБОВА, НАТАЛЬЯ Ъ-АРХАНГЕЛЬСКАЯ