премьера театр
Одно из главных событий нынешнего парижского театрального сезона — новый спектакль легендарного "Театра Солнца" и его основательницы Арианы Мнушкиной. На растянувшиеся на два вечера "Мимолетности" из жизни большого количества совершенно разных и не связанных друг с другом персонажей смотрел РОМАН Ъ-ДОЛЖАНСКИЙ.
Ариана Мнушкина, безусловно, принадлежит к числу немногих живых икон мировой сцены, стоя в одном ряду с Питером Бруком, Львом Додиным, etc. Она из тех считанных безусловных авторитетов, усталые упреки в адрес которых и обвинения в старомодности лишь подчеркивают их уникальное место в истории современного театра. Ариана Мнушкина — из тех неисправимых романтиков, которые до сих пор верят в то, что свой один и единственный театральный дом нужно строить всю жизнь. Она по-прежнему верна уникальному для Франции (да и для всего мира) методу коллективного сочинения спектаклей вместе со своими актерами и никогда не называет себя постановщиком. Она же — из постаревших, но неисправимых детей 68-го года, которым есть дело до всех униженных и оскорбленных в мире. Она готова поехать в лагерь африканских беженцев, в Тибет или в Афганистан, отказаться от гастролей в России, потому что идет война в Чечне, неустанно воевать с правительством за права бастующих работников французской культуры.
Но ей есть дело и до каждого зрителя в отдельности. Ежевечерне она сама встречает публику у дверей "Театра Солнца", квартирующего на окраине Париже, в одном из ангаров бывшего склада боеприпасов. Сама отрывает контроль, здоровается, внимательно смотрит вам в глаза, а перед началом лично рассаживает страждущих безбилетников и просит выключить мобильники. Страждущих всегда немало. Да и обладатели билетов приезжают в Венсенский лес загодя. Во-первых, надо занять в зале места, во-вторых — поесть: здесь очень вкусно кормят, и перед началом спектакля половина площади театра становится столовой. Кормят, разумеется, не бесплатно, но ощущение, что пришел именно в гости к Ариане Мнушкиной, не покидает. Она и встретит, и вроде как накормит, а еще и спектакль покажет.
Новая постановка сейчас идет в два вечера, а, судя по программке, будет еще и третья часть. Может быть, именно в третьей части судьбы всех многочисленных героев окончательно свяжутся и переплетутся. Сейчас большинство эпизодов — именно что мимолетности, бытовые эпизоды из жизни разных людей. Ариана Мнушкина смешивает времена и заглядывает в дома людей разного достатка. Некоторые сцены и пересказать-то сложно, настолько произвольно выхвачены они из жизни.
Вот к престарелым отцу и матери бьется в дверь их сын, отношения с которым, видимо, порваны из-за какой-то нам неведомой драмы,— и они не открывают ему, страдая. Вот женщина укладывает спать свою маленькую дочку. Вот приходит на прием к врачу карикатурная полоумная старушка: доктор, видимо, диагностирует у нее что-то серьезное, а пациентка уверена, что она беременна. Вот встречаются вечером на кухне муж и жена — она занята готовкой, он вернулся с работы, они ужинают, ни слова не говоря друг другу, мужчина вдруг падает головой на стол, не то обморок, не то и похуже что-то, а она продолжает есть суп как ни в чем не бывало. Вот в квартиру к молодому американскому транссексуалу, ставшему женщиной и перебравшемуся в Париж, случайно попадает соседская девочка — и странная женщина кормит ее тортом и укладывает спать.
Из бедных квартир мы вдруг переносимся в богатую: хозяйке дома должны сообщить, что погиб ее сын, остальные дети по очереди узнают об этом, а мать, ничего не зная, по привычке шпыняет горничную. И лишь один из сюжетов уже сейчас соединяется в сравнительно длинную историю — про еврейскую девочку, еще в войну потерявшую родителей и обретшую приемную мать. Так что в спектакле узнаешь и середину прошлого века, и наши дни, и времена между ними. Можно только гадать, сколь мощный заряд социального критицизма собиралась забить Ариана Мнушкина в свои "Мимолетности". Но выдающуюся свою театральную ценность этот спектакль "Театра Солнца" обретает благодаря тому не о чем конкретно, а как именно он сделан.
Дело в том, что всех своих героев госпожа Мнушкина поселила на небольшие круглые движущиеся платформы. Режиссер обнажает технический прием в самом начале: на одном из этих поставленных на ролики "блюдечек" рабочие сцены оборудуют комнату для первого эпизода. А все последующие эпизоды выезжают на игровую площадку на других таких же повозках — они не только катятся туда-обратно по коридору между двумя зрительскими трибунами, но и вращаются вокруг своей оси: каждую из платформ вручную толкают и крутят два человека.
Легко обозначить словами, что имела в виду режиссер: каждый живет в своем микрокосмосе, на отдельных планетах, которые одиноко и бессмысленно блуждают по своим орбитам. Шагнуть с платформы на пол — целое драматическое событие. Но чем с более дотошным натурализмом воспроизведены на медленно вращающихся островках жизни детали бедного, а хоть бы даже и богатого человеческого быта и чем более подробно, заботливо и достоверно (иногда, впрочем, слегка утрированно) воспроизводят актеры Арианы Мнушкиной поведение своих персонажей, тем более точным и умным кажется это отстраняющее героев от нас непрерывное движение. И почти все действие идет под накатывающую волнами живую музыку композитора Жан-Жака Леметра — меланхолическую и знающую о судьбах героев гораздо больше, чем они могут предположить. Разбитые на два вечера шесть часов сценического действия оказываются единым потоком, исполненным не только неповторимой, щемящей театральной поэзии, но и насмешливой иронии. "Мимолетности" напоминают нескончаемый цирковой аттракцион человеческого бытия — ведь не случайно по "Театру Солнца" развешаны гирлянды тусклых разноцветных лампочек, так что игровой коридор своей миндалевидной формой напоминает о цирковой арене, а шторы на торцевых воротах-выходах распахиваются точь-в-точь как кулисы между цирковыми номерами.