То, что партийная номенклатура в Болгарии, как в любой бывшей соцстране, не может не быть связана с номенклатурой спецслужб, то, что у многих руководителей из "бывших" зачастую фантастические биографии, в которых годы учебы в спецшколе стыдливо заменены каким-нибудь химическим институтом, объяснять никому, жившему в стране победившего социализма, не нужно. Почему же тогда люстрационный закон в Болгарии принимается спустя годы?
Потому что сегодня он никому уже не сможет реально помешать — зато является демонстрацией чистоты намерений правящего большинства. Оппозиция напрасно утверждала, что посткоммунисты не решатся на люстрацию. Решились, хотя и внесли перед окончательным голосованием поправки, по сути, еще в большей степени обеспечивающие безопасность тем, кто мог бы опасаться последствий принятия люстрационного законодательства. Представитель большинства Татьяна Дончева назвала параграф, четко разделяющий ответственность за сотрудничество с госбезопасностью как таковой и другими спецслужбами социалистического государства, "маленькой ложечкой дегтя в бочке меда". Но это не просто маленькая ложечка — это ложечка, сделанная опытным ювелиром.
Так всегда бывает при люстрациях сверху. Когда общество действительно понимает аморальность коммунистической номенклатуры и ее непрофессионализм в новых условиях жизни, оно отправляет бывших руководителей заниматься бизнесом и творчеством немедленно. Но когда осознание вредоносности спецслужб становится темой для долгой общественной дискуссии, люстрация оказывается либо пропагандистским шагом, либо средством в борьбе политических сил. В Польше инициировавшие новые люстрационные разбирательства правые сразу же столкнулись с неожиданной неприятностью — одной из первых жертв кампании стала вице-премьер и министр финансов страны, ближайшая соратница братьев Качинских Зита Гилевска. И когда суд оправдал бывшего вице-премьера — но исключительно за недостатком доказательств, как отреагировал президент Польши? Он обвинил суд в предвзятости и намекнул на происхождение судьи — дочери бывшего главного редактора газеты польских коммунистов "Трибуна люду". Таким образом, президент Качинский доказал, что люстрация, когда она используется с целью ослабления оппонентов, может быть хорошая и плохая. Хорошая — это когда агентами спецслужб оказываются оппоненты правящей партии. И плохая — когда в сотрудничестве с госбезопасностью подозревают твоих собственных товарищей.
Тут все сразу ясно: это козни врагов, это они составили подложные списки и донесения, заранее готовясь опорочить самых чистых и честных представителей политической элиты. Почти не сомневаюсь, что в Болгарии может произойти что-то похожее: когда в сотрудничестве с "сигурностью" будет замечен кто-нибудь из яростных сторонников люстрационных законов, он просто скажет, разве вы не понимаете, что это — подделка?
С такого рода доказательствами непричастности приходится сталкиваться постоянно. В Варшаве, Белграде, Софии, Киеве — везде, где "хорошие" агенты охотятся на "плохих".