Включив ливанскую "революцию кедров" в список примеров победного шествия демократии и западных ценностей, отвоевывающих у авторитаризма все новые государства, президент США Джордж Буш явно поторопил события. Как бы ни разрешился кризис в этой стране, ясно, что тон в ливанской политике будут задавать владеющие стратегической инициативой "Хезболла" и "Амаль". То есть радикальные шииты, отличающиеся антизападничеством и весьма своеобразными взглядами на демократию. Примерно такими, как у ревнителя "исламской демократии" иранского президента Ахмади-Нежада.
Для Джорджа Буша это новость хуже некуда. В чем-то даже хуже, чем сообщения из Ирака, где продолжают гибнуть американцы и терпит фиаско правительство национального единства, а также новости из Палестины, где в политике правят бал духовные близнецы-братья "Хезболлы" из группировки "Хамас". То, что в Ираке и Палестине ничего не клеится с демократическими реформами в соответствии с американской концепцией Большого Ближнего Востока, не является таким же чувствительным ударом для Вашингтона, как события в Ливане. В конце концов и постсаддамовский Ирак, и выстроенная покойным Ясиром Арафатом авторитарно-клановая Палестина были и остаются бесконечно далекими от западных либеральных ценностей. А значит, винить в том, что на этой почве не растут демократические саженцы, сколько ее ни поливай, особо и некого. Но Ливан — совсем другое дело. В свое время претендовавший на роль "ближневосточной Швейцарии" космополитичный Ливан в огромном арабском мире был и пока остается исключением из многих правил, островком относительного либерализма и свободомыслия. Ливан пережил кровопролитную гражданскую войну, после которой без малого 20 последних лет жил как на пороховой бочке, пытаясь уравновесить интересы всех национальных и религиозных общин. При этом вплоть до прошлого года "гарантом порядка" выступали сирийские войска. Однако такие черты арабской политической культуры, как пожизненный президент, бессменная партия власти и передача высшего государственного поста по наследству, здесь просто немыслимы. Зато нормальные выборы — это по-ливански. Неудивительно, что маленький Ливан играл огромную роль в геополитических планах США на Ближнем Востоке — и как фактор сдерживания экспансии Сирии и Ирана в регионе, и как плацдарм для распространения тех самых ценностей, торжество которых на Ближнем Востоке взялся утверждать Джордж Буш. Чтобы этот процесс пошел быстрее, и была задумана "революция кедров".
И вот сегодня исчерпанность ливанской "революции кедров" как политического проекта ставит крест на концепции Большого Ближнего Востока. Однако это еще не все. Утрата Ливана станет для США чем-то сродни случившейся без малого 30 лет назад утраты Ирана, где исламская революция во главе с аятоллой Хомейни смела прозападный режим шаха, после чего Тегеран утратил репутацию "Парижа Востока". Международными последствиями той победы стало стремительное распространение в мире и регионе идей радикального ислама. Между тем сегодня на роль ливанского Хомейни спешно выдвигается шейх Насралла. И остановить этот процесс, судя по всему, невозможно.