Споры об империи
Нехороший город
Хотя Владимир Путин и считается германофилом, Германия была и остается для него, скорее, территорией неудач. В 1990 году, после серии необязательных ошибок при контактах с коренным населением, Владимир Путин был отозван из дома советской культуры в Дрездене и сослан на унизительно низкую (для 38-летнего подполковника КГБ СССР) должность помощника проректора Ленинградского госуниверситета. Советская карьера офицера пошла под откос. Если верить культовой книге "Разговор от первого лица", в те времена, интуитивно дожидаясь места в аппарате Анатолия Собчака, Путин вынужден был даже подрабатывать частным извозом.
16 лет спустя все в том же неизменном Дрездене закончилась, едва начавшись, другая многозвездная карьера — Путина как энергетического императора. Федеральный канцлер ФРГ Ангела Меркель отказалась от услуг "Газпрома" как эксклюзивного поставщика и потребовала от российского партнера практически невозможного — соблюдения Энергетической хартии, предполагающей свободный транзит энергоносителей через территорию России.
Был ли предсказуем такой результат? Бесспорно. Еще в конце 2005 года, когда доктрина России — "энергетической империи" (а фактически "евразийской Нигерии" — сырьевой провинции развитых стран) — была официально провозглашена, многие эксперты указывали на то, что Евросоюз и США никогда не поставят себя в полную зависимость от одного-единственного поставщика энергоресурсов. Напротив, чем громче будут греметь энергоимперские гимны, тем интенсивнее займутся потребители диверсификацией источников сырья. И тем более актуальной станет идея мощного картеля потребителей, способного давить на самодовольную сырьевую провинцию.
Именно это Путин наконец и услышал 12 октября.
Взаимные китайские предупреждения
А ведь на всем протяжении уходящего года Кремль получал внятные отрезвляющие сигналы.
Запад заключил в шерстяные объятия Нурсултана Назарбаева, практически забыв про "Гиффенгейт" (дело о взятках при заключении нефтяных контрактов с иностранными компаниями) и другие небольшие скандалы вокруг казахстанского лидера. Был официально введен в эксплуатацию нефтепровод Баку--Тбилиси--Джейхан. 26 июня комиссар Еврокомиссии по энергетике Андрис Пиебалгс и министры иностранных дел Турции, Болгарии, Румынии, Венгрии и Австрии подписали в Брюсселе документы об осуществлении проекта "Набукко" — нового газопровода, в строительство которого Евросоюз намерен инвестировать $5,8 млрд и который будет подавать в Европу туркменский, казахстанский, азербайджанский и российский газ через территории Грузии и Турции, минуя Россию.
В сентябре "прокремлевский" премьер-министр Украины Виктор Янукович призвал Польшу, Азербайджан и Казахстан с утроенной энергией взяться за достройку нефтепровода Одесса--Броды--Плоцк. Наконец, 9 октября, за два дня до начала судьбоносного германского визита Владимира Путина, в Астане состоялась встреча представителей Евросоюза в Центральной Азии, на которой было заявлено о готовности ЕС поддержать строительство нового транскаспийского трубопровода, призванного качественно расширить доступ европейских потребителей к среднеазиатским энергоносителям.
Но, будто бы убаюканный собственной пропагандой, Кремль не желал замечать очевидного. Взамен Путин пытался отчаянно блефовать, обещая в случае неготовности Запада к затяжному роману с "энергоимперией" перенаправить все сырьевые потоки в Китай. Но на Западе уже научились понимать мотивацию российского президента — там знают, что после 2008 года он собирается жить и процветать вовсе не в Шанхае. А потому путинские "китайские предупреждения" не следует принимать всерьез.
Теперь у российской правящей элиты есть время, чтобы осмыслить правильные ответы на некоторые мучительные и застарелые вопросы. Например, на вопрос "зачем Россия должна субсидировать экономики стран СНГ за счет льготных цен на газ?" ответ теперь ясен: "Затем, чтобы сохранить постсоветские страны в своем поясе влияния, удерживая их от прямых договоренностей по всем ключевым вопросам — энергетическим и неэнергетическим — с США и ЕС". Кремль радостно и весело, воистину не ведая, что творит, добровольно сдал важнейший рычаг влияния — и теперь принужден пожинать плоды.
Стали очевидными для широкой общественности и подлинные результаты "газовых войн" с Украиной, Белоруссией и Молдавией, которые Кремль вел в 2005-2006 годах. Эти войны, столь же яростные, сколь и бессмысленные, напугали Европу и полностью отвратили вчерашних товарищей по СНГ от каких бы то ни было идей о создании энергетического картеля с истерической путинской Россией.
Поражение и победа
Итак, проект "евразийской Нигерии" потерпел крах. Хорошо это или плохо?
Для правящей элиты сегодняшней России — очень плохо. Представители этой элиты рассматривали статус эксклюзивного поставщика газа и некоторых других ресурсов как гарантию личной и имущественной легализации (а стало быть, и неприкосновенности) в евроатлантическом пространстве. Теперь им нужно срочно изобретать новую философию и технологию легализации.
Для России же — очень хорошо. Стремительный провал "энергоимперской" доктрины заставит нашу страну вспомнить, что не сырьем единым она жива. Что у нее есть и ВПК, и наука, и система образования, и уникальная культура. И что развивать в приоритетном порядке надо именно высокотехнологичные отрасли, не полагаясь на белую вечность штокмановских подземельных запасов.
Теперь Россия сможет вернуться к идее другой империи — региональной державы, которая сильна не богоданным природным газом и ржавым газовым краном, а способностью и готовностью создавать для окружающего исторического мира политические, интеллектуальные, моральные образцы. Крушение путинского проекта для России станет мощным стимулом и к демократизации страны, и к радикальной модернизации элит. Потому приветливый четверг 12 октября, когда Ангела Меркель смертельно обидела Владимира Путина в лучших газовых чувствах, по праву может считаться днем российской победы.
Одно только непонятно. Что будет делать президент РФ в последние восемнадцать с половиной месяцев своего правления? Любимая игрушка невозвратно сломана, а изобретать новую нет ни желания, ни сил. Не стоит ли в такой ситуации Владимиру Путину еще раз задуматься о досрочном уходе от власти? Это было бы очень грамотно и по-настоящему красиво.