Коротко

Новости

Подробно

Двухсерийный сон

"Сны Родиона Раскольникова" режиссера Павла Сафонова

Газета "Коммерсантъ" от , стр. 21

премьера театр

Объединение "Театральное товарищество 814" под руководством Олега Меньшикова представило на сцене театрального центра Владимира Высоцкого "Сны Родиона Раскольникова". Экспериментальный спектакль начался как трагифарс, а закончился как мелодрама. Сны смотрела МАЙЯ Ъ-СТРАВИНСКАЯ.


Из декорации, обтянутой мятой белой бумагой, на сцену, как будто из страниц романа, прорываются актеры. Все похожи один на другого. Родион Раскольников спит в остроге. Когда же он просыпается, рефлектирующий преступник русской литературы номер один в исполнении Ильи Исаева напоминает скорее брутального морпеха. Но именно это несоответствие образу классическому делает Раскольникова не книжным персонажем, а героем, которому век девятнадцатый только снится.

Собственно, вся концепция спектакля Павла Сафонова сконцентрирована во фразе, оброненной Свидригайловым: "Привидения — это, так сказать, клочки и отрывки других миров, их начало". За "другие миры" отвечает Виктор Сухоруков: то он скрипит старушечьим голосом процентщицы, то кровожадно месит тесто, объясняя Раскольникову его же теорию про "тварей дрожащих" и "право имеющих" в качестве Порфирия Петровича, то корчится, изображая Мармеладова на мостовой, то истерично хохочет в дамском наряде Пульхерии Александровны. Все это Виктор Сухоруков проделывает живо, сочно и очень заразительно. Настолько, что три молодых актера так проникаются его энергетикой, что кажутся просто его отражениями. В снах Раскольникова квартира старухи превращается в арену цирка, где убийство сопровождается барабанной дробью. Не успеет барабанщик отставить барабан, как ковер манежа оборачивается лужей крови, а труп старушки превращается в тело умирающего Мармеладова.

Первую часть спектакля можно сравнить с фазой быстрого сна, которая, как известно, ярче и насыщеннее фазы медленного сна. А она неминуемо наступает, когда фарс вдруг сменяется повторением ключевых диалогов романа. Причем основными фигурами становятся Свидригайлов в исполнении Сергея Колтакова и Сонечка Мармеладова, которую играет выпускница Щукинского училища — актриса Вера Строкова. Для нее Раскольников не романтический герой, а просто несчастный человек, достойный жалости и сострадания. В белом платьице с многослойной юбочкой она встает на шар и поднимает вверх ручки пред Раскольниковым, сидящем спиной к зрителям. Сцена, повторяющая композицию картины Пикассо "Девочка на шаре", остается единственным напоминанием о бунтующем цирковом силаче из первой части. Все дальнейшие диалоги уже как будто бы ведет не мучающийся собственной исключительностью, а просто мечтающий о любви несчастный и жалкий Раскольников. Потому и спасение он находит в объятиях нежной Сонечки под лирическую музыку. Финальная сцена больше напоминает кадр из фильма Вима Вендерса "Небо над Берлином": ангел с черными крыльями подыгрывает на трубе обнимающимся Сонечке и Раскольникову. Вот уж действительно, приснится же.


Комментарии
Профиль пользователя