Коротко

Новости

Подробно

Самая режиссерская страна мира

Литовские спектакли "Балтийского дома"

Журнал "Коммерсантъ Weekend" от , стр. 34

Причины успеха ищет Роман Должанский

В советские годы в театральной среде бродила шутка про международное "разделение труда" в братских прибалтийских республиках. Считалось, что в Эстонии — самые сильные актеры, в Латвии — лучшие сценографы, а Литва "отвечает" за воспитание режиссерских кадров. С тех пор шутка почти потеряла актуальность: эстонских актеров мы теперь не видим, латышские сценографы в Москве работают редко. Но вот что касается литовской режиссуры, то никакие исторические потрясения не властны — Литва продолжает с завидной регулярностью поставлять на свой внутренний и международный театральный рынок режиссерские таланты первой величины. В пересчете на душу населения небольшая балтийская страна наверняка окажется самой режиссерской страной мира.


Имя великого Эймунтаса Някрошюса знают даже те, кто вообще не ходит в театр. Те, кто театром все-таки интересуется, наверняка назовет Оскараса Коршуноваса (благо он, как и Някрошюс, работал в московских театрах), Римаса Туминаса, Ионаса Вайткуса, Гинтараса Варнаса. Петербургский театр-фестиваль "Балтийский дом" собирается добавить к этому списку еще одно имя — Цезариса Граужиниса. Во всяком случае, нынешний московский фестиваль "Балтийского дома" имеет ярко выраженный "литовский акцент": питерцы собираются представить нам два спектакля Граужиниса, "Песнь песней" Някрошюса и "Царя Эдипа" Коршуноваса, успевшего уже с большим успехом прокатиться по престижным европейским фестивалям.


Декабрьские вечера с литовским театром заставят еще раз задаться трудным и завистливым вопросом, чем же вызвана такая урожайность режиссерских талантов. Ну, ведь не только тем, что Литва и исторически, и географически "зажата" между двумя великими театральными культурами мира — русской и польской, а потому находится под сильнейшим влиянием обеих (многие из литовских режиссеров учились ремеслу в Москве). Вон, Белоруссия мается в тех же самых тисках, но ничего подобного литовскому феномену в ней не наблюдается.


Феномен не объяснить и плодотворным противодействием католической церкви театру. Известно же, что чем строже моральные уложения религии, тем более изощренными оказываются попытки искусства обрести свободу и заявить о правах человека на собственное, "режиссерское" видение мира. Но есть ведь католические страны, где театр слаб и бледен.


Относительная либеральность советского режима — тоже не объяснение, его опровергают все те же Латвия и Эстония. Очевидно, что в случае литовской режиссуры имеет место счастливое совпадение и "умножение" перечисленных причин. Кстати, сейчас основной причиной может быть назван литовский зритель. Поколениями воспитывавшаяся именно на режиссерском театре, публика в Литве уже не воспринимает "просто театр", где лицедеи правят ремесло. Она не любит, в отличие от других публик, когда ей рассказывают истории, когда с ней просто разговаривают со сцены актеры, пусть даже самые любимые. Она не принимает радостной простоты антреприз и бытовых комедий. Она любит, чтобы с ней разговаривали сложно, на языке неоднозначных образов, внятных театральных метафор или даже природных стихий. То есть на том языке, научить которому театр могут только настоящие режиссеры.

Комментарии

Рекомендуем

обсуждение

Профиль пользователя