Коротко

Новости

Подробно

Орбитальный комплексный

Журнал "Коммерсантъ Деньги" от , стр. 40

Орбитальный комплексный
Раньше космонавты полностью заправлялись из туб, а теперь только приправляются
Кормить космонавтов всегда было делом убыточным, но почетным. Однако сегодня почета поубавилось — за сменой экипажей на борту уже давно не следит вся страна. А Институт медико-биологических проблем (ИМБП) продолжает работать над вкусной и здоровой пищей, которую запускают в космос. Корреспондент "Денег" Ольга Цыбульская поговорила с заведующим отделом питания и гастроэнтерологии ИМБП Александром Агуреевым и поняла, что поварам в космосе делать нечего.

Институт медико-биологических проблем образован в 1963 году по инициативе С. Королева и М. Келдыша для медико-биологического обеспечения космических полетов. В 1994 году институту присвоен статус государственного научного центра. ИМБП проводит работы в таких областях, как космическая биология и медицина, гравитационная физиология и биология, медицина экстремальных состояний. Располагает уникальной лабораторно-стендовой базой для изучения аспектов невесомости и других факторов космического полета.
       
Своя еда
Александр Агуреев пристально следит за тем, чтобы в рационе космонавтов были исключительно биологически стойкие и полезные продукты
Фото: ВАЛЕРИЙ МЕЛЬНИКОВ, "Ъ"
— Вот как только 11-я экспедиция сядет, встретимся,— сказал мне по телефону Александр Никитович Агуреев, заведующий отделом питания и гастроэнтерологии ИМБП.

Сели благополучно, на еду космонавты не жаловались, так что мы встречаемся.

Институт медико-биологических проблем выглядит ровно так, как вы себе его и представляете. Глухой забор, железные ворота, вахтер на одном входе, вахтерша — на другом. Корпуса как корпуса. Два цветных пятна — газон и вывеска компании "Независимость". На территории практически режимного объекта можно приобрести автомобиль Mazda. Разумеется, "Независимость" — не единственный арендатор. Теперь в любом НИИ торгуют автомобилями, обувью, косметикой и пластиковыми окнами. На арендную плату проводятся научные изыскания и приобретается оргтехника для научных сотрудников. Но вот, например, в кабинете у Александра Никитовича невыносимо пахнет каким-то растворителем — явные следы ремонтно-покрасочных работ. Значит, не все так уж плохо. И мы не стали говорить о нехватке финансирования — и так все ясно. Сразу начали о высоком.

Александр Никитович раскладывает на столе космическую пищу. Порошки в полиэтиленовых пакетиках. В одном — лапша "Доширак". На первый взгляд, конечно.

Несмотря на свой сомнительный вид, еда для космонавтов химических добавок не содержит
Фото: ВАЛЕРИЙ МЕЛЬНИКОВ, "Ъ"
— Японцы эту лапшу представили. Какая-то мощная фирма-производитель, они напрямую вышли на "Роскосмос". Японский турист с нами в космос полетит. Мы так зарабатываем деньги — проекты с туристами. Американцы всячески этому противятся. С ними вот японец не полетел.

— А что там за порошок в лапше, усилитель вкуса?

— Нет, в питании для космонавтов такие вещи не используются. Это бульон сублимированный, из водорослей.

Каждый космонавт-иностранец берет с собой в космос свою еду. Как правило, предмет национальной гордости. Включать достижения мировой кулинарии в рацион российских космонавтов — проблема отдельная.

— Итальянцы предложили средиземноморскую диету. Сначала пасту — нам эта идея понравилась, но реализация этого проекта вызвала у них какие-то трудности. И паста была заменена на другие продукты: твердый терочный сыр, помидорчики-черри, особым способом обработанные, желе яблочное с кусочком персика и хлеб типа нашего лаваша. Мы провели сертификацию продуктов, исследовали их по нашей методике.

— Какая-то бедненькая диета. Может, оливки есть сублимированные?

— Все оливки, с которыми мы работали, не прошли. Они их из большой упаковки набрали и говорят — в стерильных условиях из большой банки взяли. Не те, что у нас продаются, а горькие оливки. А там сверхнормативное содержание плесени из-за того, что нарушили упаковку. Ну и мы просто не стали работать с этим продуктом.

"Без ножниц там никак!"
Фото: ВАЛЕРИЙ МЕЛЬНИКОВ, "Ъ"
Александр Никитович демонстрирует, как действует пакет с порошковой едой. Порошок с какими-то включениями покрупнее имеет цвет свеклы. Это борщ. Пакет с борщом причудливой формы. Это из-за того, что он работает не только упаковкой, но и кастрюлей, а затем тарелкой.

— Вот, видите, он снабжен клапаном конической формы. Надевается на штуцер. Надо автоматически задать количество воды для закачки в пакет, каждая порция — 25 мл. Так, продукт восстановили, теперь здесь есть две петли, они надеваются вот так.

Александр Никитович вдевает большой и указательный пальцы в петельки на пакете.

— Сюда вода нагнетается, через патрубок; 10-15 минут — и продукт готов к употреблению. С другой стороны срезается конец, под ложку и вилку с длинными черенками. Непременным устройством для приема пищи является колокольчик для вскрытия этих туб и еще ножницы. Без ножниц там никак!

После всех этих операций космонавт может насладиться, например, кашей гречневой с молоком.

— А суп овощной, суп-харчо, овощной суп и так далее, они в пакетах другого типа,— добавляет Александр Никитович.

Еще на столе лежит тюбик. На этикетке написано "свинина с овощами". Богатую гастрономическую фантазию надо иметь, чтобы эту пасту поглощать с удовольствием, даже если у нее действительно вкус свинины с овощами. Александр Никитович замечает, куда я смотрю.

— Все привыкли, что еда космонавтов — это тубы. Сейчас в тубах только приправы. Горчица, например.

Фото: ВАЛЕРИЙ МЕЛЬНИКОВ, "Ъ"
— Обедать из тюбика, наверное, неприятно было?

— Это вы зря! Вкус этих блюд был достаточно хорош, но человек хочет что-то пожевать. Это гомогенизированный продукт. Здесь вот колпачок привязан, чтобы не улетал. Потом закручивается.

— А сейчас вы кормите космонавтов только сублиматами? — Я изучаю пакетики с порошком.

— Это одна из групп питания — продукты так называемой сублимационной сушки. Влагу удаляют путем испарения в вакууме, что позволяет максимально сохранить вкусовые качества продуктов. Они обладают меньшей приедаемостью, монотонностью вкуса, и сроки хранения очень большие. Для развития микроорганизмов нужна температура и влажность. Здесь вот остаточная влажность 4%.— Александр Никитович мнет в руках полиэтиленовый пакет с "соком персиковым сублимированным с мякотью".

— Мы проводили ресурсное специспытание. Продукт закладывается в климокамеру, через определенные промежутки времени делаются выемки. 36 месяцев прошло — все без изменений. Но известно, что срок хранения гораздо больше. Если даже для консервов — два-три года, то здесь три года минимум. Мы не стали дальше проводить, нас устраивает сейчас этот срок. Даже для марсианской экспедиции подойдет.

Помимо сублиматов космонавты питаются разнообразными консервами и даже натуральными продуктами. На борт попадают яблоки, цитрусовые, репчатый лук, хлеб в виде крохотных буханочек в упаковке по 45 г. Балуют даже печеньем и конфетами.

Консервы для космонавтов делают методом тепловой стерилизации, никаких консервантов не используют. Есть еще "продукты с промежуточной влажностью" — десерт из вяленых фруктов. Яблочно-персиковые, сливово-абрикосовые и прочие фруктовые десерты производятся на предприятии в Молдавии. Это обломок бывшей космической кулинарной империи. В свое время этим почетным делом занимались 15 НИИ с опытными производствами, несколько профильных министерств. Заказы для космоса размещались на лучших советских предприятиях. Продукты сублимационной сушки делались в Таллине, с рыбой работали в Калининграде, Ленинграде, Астрахани. Теперь большую часть космической еды — 70% — стряпает Бирюлевский экспериментальный завод.

Не для земной жизни
— Есть еще продукты, консервированные методом облучения кобальтовой пушкой, но только в американской части рациона, мы их не используем.

— Это опасно?

— Широкого распространения этот метод не получил, потому что у народа отношение предвзятое. Хотя продукт безопасный, если разумно использовать метод. Американцы в качестве гуманитарной помощи поставляли такие продукты в развивающиеся страны под эгидой МАГАТЭ.

— У американцев упаковка другая?

— В остальном то же самое. Банка металлическая и полимерный пакет разных типов. Вообще американцы используют коммерческие продукты, они мало что разрабатывают. Заключают договор с какой-то пищевой фирмой, и та дорабатывает продукт. Основа их рациона — армейский ассортимент, но у нас другой подход к питанию в армии. У нас полевая кухня, чтоб вы знали. Приедет грузовик, привезет бочку, один разожжет дрова под ней, другой пойдет на соседнем поле накопает картошки. Как это использовать?

— Есть что-то чисто американское в их рационе?

— Они порошки свои растворимые привозят.

— Сухую кока-колу?

— Ну, в принципе, что-то вроде инвайта. Когда стали американцы летать на шаттлах, по программе "Мир" с НАСА, отношение к этому немножко изменилось. Можно разбавить по-разному. Некоторые наши космонавты говорят: "Хорошо, ими можно напиться!"

— Там есть химические добавки?

— У них в растворимых порошках есть. Но мы не используем в продуктах никаких стабилизаторов, разрыхлителей, улучшителей вкуса, это наше достояние, и мы до сих пор от него не отказываемся, держимся. Стараемся даже сырье не использовать генетически измененное, правда, насколько это удается, непонятно, потому что об этом не распространяются.

— Анализы-то проводите?

— Установить это можно, но сложно, а денег на это нет.

Я думала, что космонавты стали капризнее, чем в советские времена. Оказывается, капризничать без толку.

— Поводом для расширения космического меню служит изменение возможностей космического корабля. Пока условий для хранения еды в космосе нет никаких. На "Мире" был холодильник, а сейчас летают без холодильника. Мы на себя такую ответственность не берем, американцы тоже не хотят. Поэтому продукты должны сохранить свою биологическую ценность и безопасность при нерегулируемой температуре от +15 до +25 с повышением до +30, местами до +35 градусов и при влажности от 20% до 90%, а также при изменениях атмосферного давления от 400 до 940 мм ртутного столба — в течение всего гарантийного срока их использования.

Этот текст Александр Никитович произносит почти на одном дыхании. Чувствуется, рассказывает не первый раз. В институте он занимается не только наукой, но и общением с прессой, и нельзя сказать, что с энтузиазмом. Понять его можно.

— Космические продукты выпускаются вручную небольшими объемами. Из-за своей дороговизны для земного рациона они интереса не представляют.

— А как же "Гала-гала"? (Под этой маркой выпускаются сублимированные продукты для туристов.— "Деньги".)

На "Гала-гале" хотят зарабатывать, но эти продукты не находят широкого применения. Сразу должен сказать, что мы с "Гала-галой" работали, но во вкусовом отношении у них другая продукция: все раздельно. Раздельно высушивают мясо, овощи, а потом соединяют уже сухие. Когда продукт таким образом создан, у него вкус не такой насыщенный. А у нас готовится именно блюдо — варят, жарят, а потом высушивают.

Однако некоторые блюда космического рациона все-таки коммерческого происхождения. На столе лежит космический пакетик с логотипом "Быстров".

— Мы с "Быстровым" сейчас работаем потому, что недостаточно выделяется финансирования для наших разработок. Кашу эту могут сделать без наполнителей. Наши противники говорят — да вы ее протаскиваете, а там сплошная химия!

— И что, там действительно есть химия?

— Есть, конечно, добавки вкусовые, но мы стараемся, чтобы они не помещали. Если они для нас кашу делают, добавляют их, но минимальное количество. Только потому, что надо технологию выдерживать.

Человек с улицы
Помимо прочих неудобств в космосе у человека там меняются вкусы. В частности, гастрономический. То есть на Земле он любит, скажем, борщ, а в полете начинает налегать, к примеру, на рассольник, который до того терпеть не мог. Это наблюдение Александра Никитовича. Но независимо ни от чего больше всего космонавты любят сублимированный творог с орехами, но им особо не балуют — очень калорийный.

— А претензии бывают?

— Вот Крикалеву огурцы маринованные не понравились — лучше бы, говорит, яблок послали. А технологи обижаются.

— Может, соленых предложить?

— Соленые огурцы нельзя. Процесс приготовления каждого продукта должен быть закончен на каком-то этапе. Маринованное можно, потому что уксуса налили — и все. Процесс закончился. А молочнокислое брожение в рассоле продолжается, микроб живет.

— А чего не должно быть в рационе космонавта?

— Алкоголя, но все равно случалось, что проносили контрабандой.

— А почему нельзя, вусмерть ведь никто не напивается?

— Известно, от какой пищи чего человек выделяет. Алкоголь — просто прямой выброс в атмосферу. Это снижает ресурс колонки очистки. То есть придется дополнительно доставить и заменить блоки очистки, а это довольно дорого. Здоровье — само собой, но это другое.

Александр Никитович вздыхает.

— С другой стороны, вот у нас тут подготовка, отбор, надо содержать штат. Надо, чтобы было все качественным, свежим. А человек с улицы пришел, ему сказали, какие кнопки нажимать, и он полетел. Значит, все не так уж сложно. Олсен ведь больной совсем, неподготовленный, 60 лет человеку, а 20 миллионов отвалил и полетел. Подписал с нами соглашение, что помереть может. Они уже когда спустились, Олсен кусок груши съел и американский флажок вытащил — бодрый совершенно. Вот так. Но нам нужно другое — поддерживать нашего космонавта, повышать его престиж. Нам обидно, когда во многих странах считают, что это американцы русских в космос возят.

       
Комментарии
Профиль пользователя