Коротко

Новости

Подробно

"Чисто сусловское византийство"

Журнал "Коммерсантъ Власть" от , стр. 70

ФОТО: РГАКФД/РОСИНФОРМ
       На прошлой неделе ушел из жизни вдохновитель перестройки бывший член Политбюро ЦК КПСС Александр Яковлев.

       "Он сделал огромный вклад в демократизацию страны". "Он помогал отстаивать гуманные человеческие идеалы". "Это был настоящий человек, который сражался и переживал за страну". "Он сделал хорошую карьеру и стал топтать идеалы, которые его взрастили". "Он предал свою гражданскую позицию". "Он создавал благоприятные условия для дикого капитализма и развала великой страны". И после смерти Александр Яковлев для одних — блестящий реформатор, отец перестройки и гласности, а для других — человек, продавшийся Западу и разрушивший великую державу. Однако и те и другие забывают о Яковлеве, каким он был до начала перестройки,— об умном и энергичном партийном деятеле, любившем власть и ради нее готовом на многое.
       
"Член ЦРК предателем быть не может"
       Много раз политические противники Яковлева прямо обвиняли его в измене Родине. Много раз Яковлев заявлял о своей невиновности. Никаких доказательств никто никогда не предъявлял. Но тем, кто верит, что великий Советский Союз не мог исчезнуть без участия ЦРУ, и не нужны никакие доказательства.
       Первые разговоры о том, что в отношении бывшего члена Политбюро ЦК КПСС, а на тот момент члена президентского совета СССР Александра Яковлева ведется некая проверка по линии госбезопасности, я услышал в 1990 году. Примерно за год до того, как бывший председатель КГБ Владимир Крючков во всеуслышание назвал его американским шпионом.
ФОТО: РГАКФД/РОСИНФОРМ
В 1972 году Александр Яковлев отправился послом в Канаду (вверху — второй слева; слева — председатель Совета министров СССР Алексей Косыгин, справа — министр иностранных дел Канады Митчелл Шарп). До перестройки, превратившей его в кумира демократической интеллигенции (внизу — с Алесем Адамовичем), оставалось 14 лет
       Тогда в редакции валом валили недовольные политикой партии и правительства на современном этапе офицеры советской армии, МВД и КГБ, которые в духе царившей тогда гласности хотели обнародовать свое мнение о ситуации в стране. Попутно они говорили и много других интересных вещей. Оперативник из Первого главного управления КГБ (разведки), например, рассказал, что занимался поиском зарубежной собственности Яковлева и министра иностранных дел СССР Эдуарда Шеварднадзе. Он утверждал, что, по имеющимся у ПГУ данным, оба купили недвижимость на средства, полученные от американцев. Офицер утверждал, что ему удалось обнаружить принадлежащие Шеварднадзе плантации в Южной Америке. А собственность Яковлева продолжают искать.
       Большого доверия эти слова не вызывали. Для тех, кто работал в прессе, трения в Политбюро не были тайной за семью печатями. Главных редакторов вызывали к себе на совещания то Яковлев, то Лигачев, и каждый из них давал противоположные указания о стиле и содержании газетных и журнальных статей. И слив информации о поиске зарубежной собственности Яковлева и Шеварднадзе выглядел как этап политической борьбы демократов и консерваторов в партийной верхушке.
ФОТО: РГАКФД/РОСИНФОРМ
       Потом, в 1991 году, оказавшийся в тюрьме за участие в ГКЧП Крючков объявил, что давно располагал информацией о том, что Яковлев сотрудничает с американскими спецслужбами, и что докладывал Горбачеву об этом. А президент СССР после этого ограничил доступ Яковлева к секретной информации.
       Крючков утверждал, что Яковлева завербовали в США, когда его, слушателя Академии общественных наук (АОН), в 1957 году по студенческому обмену отправили на стажировку в Колумбийский университет. Но у любого, кто хоть раз видел отчеты участников поездок за рубеж, должны возникнуть сомнения в этой версии. Несмотря ни на какую оттепель, каждый следил за каждым, а резидентура КГБ в стране пребывания — за всеми вместе. И никакого компромата на Яковлева за время пребывания в Соединенных Штатах не появилось.
       Вызванный заявлением Крючкова скандал быстро сошел на нет после того, как Яковлев заявил, что обратился в прокуратуру с просьбой разобраться во всем. Через некоторое время я поинтересовался ходом расследования у знакомых из Генпрокуратуры. И мне быстро разъяснили, что никакого результата не будет. Чтобы подтвердить или опровергнуть слова Крючкова, следователей должны допустить к документам разведки. Мало того, к ее святая святых — информации от зарубежной агентуры. Чего разведка никогда не допустит.
       Что Яковлев завербован иностранной разведкой, утверждали и два весьма высокопоставленных сотрудника госбезопасности — генерал-лейтенант Евгений Питовранов и председатель КГБ Виктор Чебриков. Первый создал в 1969 году спецрезидентуру КГБ "Фирма", которая работала под крышей Торгово-промышленной палаты СССР и специализировалась на получении информации от западных бизнесменов, заинтересованных в контрактах с СССР (см. "Власть" #14-16 за 2004 год). От бизнесменов "Фирма" перешла к установлению контактов с видными западными политиками.
ФОТО: РГАКФД/РОСИНФОРМ
Партия и правительство отметили заслуги Александра Яковлева орденами Октябрьской Революции, Красного Знамени, Отечественной войны I степени, тремя орденами Трудового Красного Знамени, орденом Дружбы Народов, орденом Красной Звезды (на фото — вручение очередной награды в Кремле)
       Сведения от одного из них — очень информированного американского политика — без промедления напрямую докладывали Андропову, а затем Брежневу. Как рассказывал мне Питовранов, тот как-то сообщил, что посол в Канаде Яковлев сотрудничает с американской разведкой.
       Андропов приказал Питовранову перепроверить информацию и получить какие-либо подтверждающие или опровергающие факты. За дело взялось представительство "Фирмы" в Канаде. Как рассказывал Питовранов, те сообщили, что у посла появляются новые дорогие вещи и что он утверждает, будто это подарки знакомых. Траты посла якобы значительно превышали не только зарплату, но даже те средства, которые главы советских диппредставительств обычно умудрялись втихую приватизировать из представительских денег. Для Андропова этого было достаточно. Он поручил подготовить записку Брежневу.
       О том, что было дальше, мне задолго до Питовранова рассказывал Виктор Чебриков:
       "Я помню такой случай. Юрий Владимирович Андропов показал мне записку, с которой он был на докладе у Брежнева. О том, что Яковлев по всем признакам является агентом американской разведки. Леонид Ильич прочел и сказал: 'Член ЦРК (Центральной ревизионной комиссии КПСС.— "Власть") предателем быть не может'. Андропов при мне порвал эту записку".
       "Юрий Владимирович не согласился с Брежневым,— вспоминал Питовранов,— но в споры не полез".
ФОТО: РГАКФД/РОСИНФОРМ
При Михаиле Горбачеве Александр Яковлев стал тем, кем Михаил Суслов был при Леониде Брежневе
       Отозвали Яковлева из Канады только в 1983 году, когда Суслов умер, а Андропов занял его место, а затем и кресло генсека. Никаких конкретных фактов, кроме информации вашингтонского источника и сведений о тратах, так и не было. Яковлева отправили руководить Институтом мировой экономики и международных отношений АН СССР. Питовранов рассказывал, что даже перед смертью Андропов будто бы просил приближенных держать Яковлева подальше от власти.
       С этой историей я отправился к самому Александру Яковлеву. Я рассказал ему все, что говорили Питовранов и Чебриков. Я ожидал, что он засмеется и скажет: ну, мол, ребята и наврали! Или пошлет меня куда подальше и не будет дальше разговаривать. Но Яковлев страшно побледнел и сказал, что ничего этого не знал. Чего он испугался — нового витка скандала или чего-то еще, судить не берусь. Потом он позвал секретаря и попросил принести копию заключения прокуратуры по обвинениям, выдвинутым Крючковым,— об отсутствии в его действиях события преступления.
       Враги Александра Яковлева, очевидно, не понимали, что такого человека нельзя просто завербовать — для этого он был слишком умен. Возможно, он контактировал с американцами. Возможно, принимал от них подарки. И беседовал с тайными и явными представителями ЦРУ. А те могли выдавать желаемое за действительное и называть его своим агентом. Но Яковлев работал только на себя и свою цель. И цель эта была — все решать и оставаться в тени. Как Суслов, который покровительствовал Яковлеву многие годы и которым он не переставал восхищаться даже в XXI веке.
       
"А товарища Яковлева послом не КГБ назначал"
ФОТО: РГАКФД/РОСИНФОРМ
Карьера Александра Яковлева в КПСС завершилась за три дня до ГКЧП: 16 августа 1991 года он заявил о выходе из партии. Впереди была непродолжительная карьера в Движении демократических реформ (на фото — с сопредседателем движения Гавриилом Поповым)
       Карьера Александра Яковлева продвигалась неровно. После войны, ранения, выздоровления, окончания Ярославского пединститута и недолгой работы в газете в 1950 году Александра Яковлева взяли на партийную работу. Как свидетельствовали документы, управление кадров ЦК и парторганы на местах не слишком охотно выдвигали на руководящие должности бывших фронтовиков — чаще на номенклатурные посты назначали тех, кто во время войны работал в тылу. Но это ровным счетом ничего не значило. Александр Николаевич был очень неглупым человеком и, видимо, сам хотел делать карьеру. И всего три года спустя он попал в аппарат ЦК КПСС. В 1960 году Яковлев — уже завсектором отдела пропаганды ЦК по РСФСР. Судя по документам, он проявлял необыкновенное рвение в изобличении и искоренении идеологической крамолы.
       Затем карьера на некоторое время застопорилась. Хрущев тогда проводил политику омоложения кадров, и многие аппаратные работники сумели сделать большой скачок по служебной лестнице. Но Яковлева в их числе не оказалось. На следующую ступеньку (заместителя заведующего отделом) он поднялся только через пять лет, в 1965 году, когда Хрущев был уже пенсионером.
       Мне рассказывали, что в это время Яковлев стал болезненно относиться к чужим карьерным успехам. Николай Месяцев, который после смещения Хрущева стал руководителем Гостелерадио, вспоминал, что, когда его избрали депутатом Верховного совета СССР, а Яковлева нет, тот тяжело переживал и при встречах все время поглядывал на его новенький депутатский значок.
       Не улучшало настроение Яковлева и то, что его назначили не руководителем отдела пропаганды, а только исполняющим обязанности завотделом. И год за годом откладывали утверждение в должности. Но эти годы отнюдь не были для Яковлева потерянными. Он проходил лучшую из аппаратных школ, существовавших в то время,— он набирался опыта под руководством главного партийного идеолога Михаила Суслова.
       Рассказывал о Суслове Александр Николаевич с затаенным восхищением. И несколько раз подчеркивал, что генерального секретаря Брежнева никто в ЦК не боялся. А Суслова боялись все.
       "'Комсомольская правда',— рассказывал мне Яковлев,— в самом конце 60-х опубликовала статью о Солянике, которая сделала бы честь любому изданию времен перестройки. Соляник был фигурой. Ногой открывал двери кабинетов членов Политбюро, а на Украине вообще был царем и богом. Он был руководителем китобойной флотилии. Начался страшный крик: обидели выдающегося человека, героя труда и т. д. Чтобы вы оценили масштаб скандала, могу сказать, что, когда обсуждался этот вопрос, на секретариат ЦК единственный раз за время своего руководства партией пришел Брежнев. Суслов хотел уступить ему председательское место, но он сел по правую руку от Суслова. Начались выступления. Секретари ЦК и другие присутствующие набросились на газету и отдел пропаганды ЦК, который я возглавлял.
       Последним выступал Шелепин. Он с ходу обострил вопрос. 'Я,— говорит,— не пойму: если факты не верны, давайте снимать с работы главного редактора газеты и заведующего отделом пропаганды. Ну а если факты верны?' Вы бы видели, как у всех изменились лица. Воцарилась абсолютная тишина. Все смотрели на Брежнева и Суслова. Не знали — нужно возмущаться выступлением Шелепина или его одобрять. Суслов наклоняется к уху Брежнева и что-то ему говорит. Видимо, предлагает выступить. Тот отрицательно мотает головой. И вдруг Суслов сухим, монотонным голосом заявляет: 'Правильно товарищи говорят, товарища Соляника нужно наказывать'. Это было чисто сусловское византийство. Никто ведь об этом ничего не говорил. 'Исключать из партии Соляника,— говорит,— наверное, не надо, это правильно товарищи говорят, но наказать следует'".
       Первый этап партийной карьеры Яковлева завершился в 1973 году, через несколько месяцев после того, как он опубликовал в "Литературной газете" статью "Против антиисторизма". Его критика существующих в стране шовинизма, национализма и антисемитизма выглядела несколько неожиданно. Достаточно взглянуть в архивные документы его же отдела пропаганды ЦК, чтобы убедиться, что все эти, как тогда говорилось, уродливые пережитки прошлого, никуда не исчезали в СССР десятилетиями. И почему и. о. завотделом решил довести это до сведения общественности именно в 1972 году, совершенно непонятно. Как бы то ни было, этот аппаратный просчет стоил ему многолетней номенклатурной ссылки — послом в Канаду.
       Но даже тогда Суслов продолжал благоволить своему бывшему сотруднику. В конце 70-х из Канады за деятельность, несовместимую со статусом дипломата, были высланы 17 сотрудников советского посольства. И Андропов, который так и не нашел на Яковлева убедительного компромата, на Политбюро предложил снять с должности посла как не справившегося с работой. Однако за Яковлева вступился Суслов. Как рассказывал мне сам Яковлев, тот посмотрел на Андропова и сказал: "А товарища Яковлева послом не КГБ назначал". И шеф КГБ пошел на попятный.
       Дальнейшее известно. Вернувшемуся из Канады Александру Яковлеву быстро удалось добиться желаемого — стать Сусловым при Горбачеве, выпестовав в кратчайший срок этого говоруна и сделав все, чтобы он стал генсеком. Так родилась перестройка, а вместе с нею и тот Яковлев, которого боготворили приверженцы новой России и ненавидели сторонники исчезнувшего Советского Союза.
ЕВГЕНИЙ ЖИРНОВ
       
ПРИ СОДЕЙСТВИИ ИЗДАТЕЛЬСТВА ВАГРИУС "ВЛАСТЬ" ПРЕДСТВЛЯЕТ СЕРИЮ ИСТОРИЧЕСКИХ МАТЕРИАЛОВ
       

Комментарии
Профиль пользователя