"Моцарт — это Эндрю Ллойд Уэббер восемнадцатого века" — так считает молодой английский режиссер Ник Бродхерст (Nick Broadhurst), экспериментальные постановки которого все больше привлекают к себе внимание европейских любителей оперной музыки.
Бродхерст предлагает зрителям по-новому взглянуть на старые и широко известные оперы Моцарта, кардинально изменяя их сценическое решение, отказываясь от привычных (и набивших многим оскомину) напудренных австрийских париков, камзолов и мушек на дамских щечках, а заодно и от помпезных оркестров и "шикарных" декораций.
Совместно с 38-летним (как и сам Бродхерст) дирижером и композитором Тони Бриттеном (Tony Britten) Бродхерст основал в 1992 году в Лондоне собственный музыкальный театр Music Theatre London, у которого, с точки зрения "нормальных" оперных театров, нет ничего для успешной деятельности: ни государственных дотаций, ни постоянного помещения, ни постоянного ансамбля. Сам Бродхерст отнюдь не является профессиональным режиссером или музыкантом: по образованию он экономист (закончил Лондонскую школу экономики) и ранее подвизался как постановщик любительских экспериментальных драматических спектаклей.
Тем не менее на недостаток внимания публики театр не жалуется: спектакли Бродхерста встретили благожелательную реакцию не только у себя на родине или в традиционно англофильском Гамбурге, но и в "цитаделях" моцартовских традиций — в Зальцбурге и Вене. Во всяком случае, венская газета DIE PRESSE отозвалась о театре восторженно, хотя и констатировала, что он ставит "скорее мюзиклы, чем оперы". Впрочем, Бродхерсту, называющему Моцарта "супер-мюзикалистом всех времен" (что, по определению гамбургского журнала DER SPIEGEL, кстати, совсем не значит, что Уэббер — это Моцарт наших дней), такая реакция могла только польстить.
В постановках театра занято обычно всего несколько молодых актеров. Главным при выборе исполнителей для Бродхерста являются не столько вокальные данные, сколько умение играть, так как "певцов, которые ничего не смыслят в актерской игре, и так уже слишком много". Оркестр же заменен на ансамбль всего из шести музыкантов (клавишник Бриттен выступает одновременно в функции дирижера).
Однако главным при постановке, разумеется, является режиссерское решение оперы. Вот, например, как выглядит знаменитая опера "Так поступают все женщины" в недавно реализованной на сцене трактовке Бродхерста. Действие начинается на одной из британских баз ВВС где-то в английской провинции. Два английских друга-летчика Феррандо и Гульельмо позволили богатому (и гнусному) местному пенсионеру Альфонсо втянуть себя в пари о том, что любых женщин (в том числе и их невест) очень легко посредством "прицельной амурной атаки" склонить к нарушению самых клятвенных обещаний верности. Объявив о том, что они получили назначение отправиться на театр военных действий куда-то в Сомали или Боснию, Феррандо и Гульельмо обмениваются со своими невестами Дорабеллой и Фьордилиджи клятвами в вечной верности и прощаются с ними. Затем летчики переодеваются американскими офицерами и начинают флиртовать со своими невестами (каждый с невестой приятеля), которые в отсутствие женихов изнывают от скуки. Афера увенчивается полным успехом: девушки быстро преодолевают первые угрызения совести, вспыхивает новая любовь.
В том же духе трактуется и "Свадьба Фигаро". Так, граф Альмавива превращен в британского политика сэра Сесила, заседающего в Европейском совете в Страсбурге и озабоченного главным образом попытками скрыть свои бесконечные внебрачные амурные авантюры от вездесущей бульварной прессы.
Разговаривают и поют Альмавива, Фигаро и другие моцартовские персонажи, разумеется, на английском языке, причем тексты Лоренцо да Понте (Lorenzo da Ponte) переведены на английский Бродхерстом и Бриттеном самостоятельно. Основное внимание они при этом уделяли тому, чтобы современный зритель "сумел ощутить то изобилие двусмысленностей и скрытых непристойностей, которыми переполнены оригинальные либретто".