выставка фото
В рамках фестиваля "Мода и стиль в фотографии" при поддержке Motorola в галерее "На Солянке" Сара Мун открыла свою выставку "Синяя Борода". Со страхом и удовольствием за ней наблюдала АЛЯ Ъ-ХАРЧЕНКО.
Две самые известные сказки Шарля Перро связаны с контрастными цветами. "Красной Шапочкой", правда, Сара Мун пренебрегла, зато свой посвященный "Синей Бороде" проект оттенила подзаголовком "Красной нитью". Понять его смысл можно, только увидев обе половины выставки: видео и фотографии, представляющие собой его частичную раскадровку. Фильм, по словам самого автора,— попытка рассказать историю Перро на современный лад. Современность выражена в профессиях персонажей (главная героиня, веснушчатая стриженая Апрель,— начинающая певица, Синяя Борода прикидывается вальяжным импресарио) и городских декорациях. С будущим супругом девушка знакомится на прослушивании в театре. Ухаживание на скорую руку, совместный поход на ярмарку и обещания головокружительной карьеры после замужества — и вот, не успев опомниться, Апрель уже примеряет подвенечное платье.
Классический сюжет госпожа Мун, правда, экранизировала не совсем точно. Если у Шарля Перро в конце добро на всех фронтах побеждает зло (Синюю Бороду убивают, а уцелевшей вдове в награду за пережитые страдания достается еще и наследство), то версия Сары Мун тотального хеппи-энда не предусматривает: бедняжке Апрель удается всего лишь убежать. Всю сказку Сара Мун уложила в 20 минут черно-белого видео, которое оживляют только ярко-красные детали (гвоздика в петлице Синей Бороды, ярмарочные всполохи, потеки крови очередной жертвы на полу) да закадровые комментарии автора. Емкостью и свободой зрителя додумать что-то свое эти реплики напоминают немое кино, тем более что герои Сары Мун и так не говорят. Поэтичность этого мутного и порывистого фильма можно осознать как следует, уже рассматривая фотографии — стоп-кадры из только что увиденного.
Возможно, такие снимки мог бы делать гений нагнетать страхи Дэвид Линч. Символы и намеки на что-то ужасное щедро рассыпаны в каждом кадре. Угроза таится за складкой портьеры и тяжелыми дверями, которые запрещено отпирать; подозрительным кажется чей-то смутный силуэт в проеме, пыльное свадебное платье и уголки бантиком накрашенных губ. В нагрузку — подписи, про которые сказать "стихи в прозе" будет небольшим преувеличением. "Даже колесо обозрения стоит. Вчерашние гирлянды болтаются под мокрым небом. Нет, не о чем жалеть, подумала она, удаляясь" — это, например, про хандру Апрель в день свадьбы под фотографией застывшей железной махины.
Свой странный аттракцион под названием "Синяя Борода" Сара Мун заставила работать с помощью все тех же прославивших ее когда-то в фотографическом мире инструментов. Она по-прежнему любит мягкий свет, живописные эффекты, рассеивающие линзы и всевозможные оптические примочки. Собственно, если бы не увязка с кровожадным сюжетом Перро, в этих фотографиях было бы вообще мало что нового — все эти печальные городские пейзажи, многозначительные натюрморты и нерезкие женские портреты мы уже видели и не по одному разу. Все это так — и все это совершенно неважно. Потому что есть в работах госпожи Мун одно главное обстоятельство, извиняющее самоцитирование и однообразие техники. Это — подлинное, волшебное безумие, которым на выставке пропитан каждый кадр от сюрреалистической свадьбы (за одну придумку с огромной рыбиной с завязанными глазами, выполняющей роль свадебного торта, Линч точно бы многое отдал) до встречи Апрель с трупами ее предшественниц. И хотя сама Сара Мун смыслом своей затеи называет стремление показать, как отвратительно насилие, эффект "Синяя Борода" производит неожиданный: кружевное, романтически подсвеченное зло скорее привлекает, чем отталкивает. Иначе с чего бы выставка француженки в Москве была бы уже четвертой по счету.