Коротко

Новости

Подробно

Россию употребили в парламентских выражениях

ПАСЕ заступилась за Михаила Ходорковского

Газета "Коммерсантъ" от , стр. 1

дело ЮКОСа

Вчера на зимней сессии Парламентской ассамблеи Совета Европы (ПАСЕ) главным было выступление президента Украины Виктора Ющенко (см. стр. 9). К обсуждению уголовных дел, связанных с компанией ЮКОС (см. стр. 5), делегаты перешли только в конце дня. Несмотря на протесты российской делегации, в резолюции, принятой ПАСЕ, ставится "под вопрос справедливость, беспристрастность и объективность власти, которая, как выяснилось, допускала чрезмерные действия по отношению к фундаментальному праву на защиту" по делам ЮКОСа. С подробностями из Страсбурга — ОЛЬГА Ъ-АЛЛЕНОВА.


Выступление господина Ющенко достойно оценил весь зал, приветствовавший и провожавший его стоя. Вместе с украинским президентом, покидавшим заседание под бурные овации, зал покинули практически все, кто тут был. Представители Косово (вопрос о соблюдении там прав человека был вторым в повестке дня) даже посетовали на то, что интерес мирового сообщества к проблемам этого региона пропал. Но удивительнее всего было, что проблема ЮКОСа, которой Запад уделяет пристальное внимание, в этом зале оказалась не особенно востребованной, хотя доклад госпожи Лойтхойзер-Шнарренбергер на самом деле оказался в определенной степени скандальным. Если раньше она не делала резких заявлений, то сейчас все обстояло иначе.

За время двух своих визитов в Москву госпожа Лойтхойзер-Шнарренбергер собрала доказательства, подтверждающие, по ее мнению, серьезные нарушения в уголовных делах ЮКОСа. Например, в отношении бывшего сотрудника службы безопасности ЮКОСа Алексея Пичугина. Обвинения, перечисленные в подробных обращениях адвокатов господина Пичугина, очень серьезны, считает госпожа Лойтхойзер-Шнарренбергер. В них говорится о незаконных допросах Алексея Пичугина с применением психотропных средств. А то, что следствие не провело вовремя медицинское обследование арестованного, является косвенным доказательством правоты адвокатов, считает докладчица ПАСЕ.

"Команда защиты опасается, что на господина Пичугина оказывают давление, чтобы он обвинил других руководителей ЮКОСа,— заявила госпожа Лойтхойзер-Шнарренбергер.— Меня также беспокоит тот факт, что давление, которому мог подвергнуться в тюрьме господин Пичугин, остается вне контроля Министерства юстиции".

Осудила докладчица тот факт, что обвиняемый Пичугин содержится в СИЗО "Лефортово", которое в подчинении ФСБ, хотя в 1996 году Россия, вступая в Совет Европы, обещала отменить право этой структуры "владеть местами предварительного заключения". Нарушение прав человека докладчик ПАСЕ усмотрела и в отношениях господ Лебедева и Ходорковского, к которым сразу после ареста не допускались адвокаты.

Еще госпожу Лойтхойзер-Шнарренбергер потрясли подробности задержания Михаила Ходорковского "с использованием спецподразделения ФСБ в аэропорту Сибири, а также господина Лебедева в больнице, которые создают впечатление попытки запугать". Оказывается, докладчица ПАСЕ просто не знает, что в России обычно задерживают именно так.

Нарушением прав человека является и то, что тюремная администрация отказывает Платону Лебедеву в обследовании независимыми врачами, несмотря на "серьезную обеспокоенность ухудшающимся состоянием его здоровья". Господина же Ходорковского, по мнению докладчицы ПАСЕ, вовсе не обязательно было заключать под стражу. "Он был заключен в СИЗО через несколько месяцев после ареста господина Лебедева по аналогичным обвинениям, который СМИ истолковали как предупреждение господину Ходорковскому,— сказала докладчица.— Поведение господина Ходорковского показало, что никакого риска, что он уклонится от дачи показаний или вмешается в ход следствия, не было". (Докладчица имела в виду, что после ареста Платона Лебедева Михаил Ходорковский неоднократно выезжал из Москвы и даже побывал в США, но вернулся, потому что считал, что "должен защитить свое доброе имя".— Ъ.)

— По завершении следствия господа Ходорковский и Лебедев были помещены в СИЗО,— продолжала докладчица,— в соответствии же с недавней законодательной реформой люди, обвиняемые в экономических преступлениях, обычно не помещаются в СИЗО.

За какие преступления поместили в СИЗО Михаила Ходорковского, докладчица и попыталась разобраться. "Злоупотребление схемами минимизации налогов, в которых обвиняют ЮКОС, практиковалось и другими работавшими в России нефтяными компаниями, которые не подвергались схожему переначислению налогов или их силовому изъятию и чьи руководители не подверглись уголовному преследованию,— считает докладчица ПАСЕ.— Несмотря на то что изменения закона в 2004 году закрыли эту якобы имевшуюся лазейку, действия, которые вменяются в вину, относятся к 2000 году, а судебное преследование, носящее ретроспективный характер, началось в 2003 году". На самом деле представительнице ПАСЕ во время ее пребывания в Москве объяснили, что сидит господин Ходорковский вовсе не за неуплату налогов.

— Существуют две основные группы объяснений причин преследования господина Ходорковского,— считает госпожа Лойтхойзер-Шнарренбергер.— Первое, которого придерживаются в основном представители государства, заключается в том, что государство во главе с новой патриотично настроенной элитой в конечном счете использует силу для утверждения законности... В соответствии с этой точкой зрения дела против ведущих руководителей ЮКОСа — это только начало кампании по отстаиванию авторитета государства и созданию таких условий, при которых предприятия смогут развиваться под защитой сильного законодательства. Сторонники этого подхода призывали меня понять, что определенные процессуальные нарушения могут совершаться из-за некомпетентности государственных органов, чьи лучшие сотрудники перешли в частные компании.

Однако саму докладчицу убедила, похоже, другая точка зрения, которую ей изложили правозащитники, и суть этого подхода в том, что "связанные с ЮКОСом дела — это часть долгосрочной стратегии по централизации власти в руках силовиков через проведение серий показательных процессов. Первый этап этой стратегии заключался в установлении контроля государственного 'Газпрома' над каналом НТВ. Вторым этапом этой стратегии стала атака на олигархов, которые осмелились использовать свои значительные средства для противостояния власти. В соответствии с этой теорией продемонстрировано, что силовики могут сокрушить кого угодно, и это предупреждение всем тем, кто менее богат и влиятелен, чем господин Ходорковский. Финальный этап, наступление которого предсказывают в скором будущем, будет заключаться в атаке на независимые организации гражданского общества путем ограничения финансирования с Запада, налогового террора и судебных притеснений".

Госпожа Лойтхойзер-Шнарренбергер считает, что финансирование Михаилом Ходорковским ряда политических партий, фонда "Открытая Россия", а также готовность дать партии "Яблоко" $15 млн, но отказ помогать "Единой России" Владимира Путина стали одной из причин давления на ЮКОС. Другими причинами, по ее мнению, стали деловые споры ЮКОСа с госкомпаниями "Роснефть" и "Газпром", а также незаконченное слияние ЮКОСа и компании "Сибнефть", которое грозило породить четвертую по величине нефтяную компанию мира. А учитывая информацию о том, что "компания ЮКОС была вовлечена в переговоры по объединению с западными нефтяными компаниями, эти события вполне могли бы быть рассмотрены правительством как угроза национальному контролю над стратегическими ресурсами".

— Я пришла к собственному выводу,— говорится в докладе госпожи Лойтхойзер-Шнарренбергер.— Нельзя отрицать наличие государственного интереса, который сильнее обычного интереса в уголовном судопроизводстве и включает следующие составляющие: ослабление открытого политического противника, запугивание других состоятельных лиц, возвращение контроля над стратегическими экономическими активами.

После выступления госпожи Лойтхойзер-Шнарренбергер слово дали представителям ряда европейских стран, которые предупредили европейские нефтяные компании не вкладывать деньги в Россию, потому что это опасно, призвали Россию "не скатываться в Средневековье" и посоветовали пересмотреть свое отношение к ЮКОСу, если Россия "вообще хочет остаться полноправным членом европейского сообщества".

Как и ожидалось, российская делегация с представленным докладом не согласилась, посчитав его тенденциозным и необъективным. Делегаты, в частности, сообщили ПАСЕ, что и в Европе не все органы работают идеально, поэтому не надо "использовать политику двойных стандартов: когда Карабах нельзя отделять, а Косово можно".

В докладе госпожи Лойтхойзер-Шнарренбергер, по мнению депутатов, "не все выводы подкреплены документами" и представлено в основном только мнение защиты. Правда, депутаты не сообщили, как можно получить информацию от официальных структур, если те давать такую информацию не желают, на что неоднократно указывала докладчица ПАСЕ.

Заседание ПАСЕ закончилось принятием резолюции. Почти все поправки от российской делегации были отклонены. В резолюции Парламентская ассамблея обратилась к российским властям с требованием "гарантировать полную независимость судебных процедур в отношении ведущих менеджеров ЮКОСа"; провести "независимое медицинское обследование господина Лебедева"; обеспечить максимальную открытость в процессе над Алексеем Пичугиным; а также напомнить российским властям о важности принципа, согласно которому содержание под стражей является исключительной мерой, и требовать, чтобы этот принцип был применен в деле Ходорковского.

ОЛЬГА Ъ-АЛЛЕНОВА, Страсбург



Комментарии
Профиль пользователя