Сергей Багапш выбрался и выбрал

Кто будет управлять Абхазией

волеизъявление

Вчера в Абхазии подвели итоги президентских выборов, состоявшихся 12 января. Скандальные события в Гальском районе республики, в результате которых кандидат в президенты Сергей Багапш лишился нескольких тысяч голосов, не смогли повлиять на результаты голосования. Вчера ЦИК подсчитывал последние бюллетени, а победители во главе с господином Багапшем уже думали, как им жить дальше. С подробностями из Сухуми ОЛЬГА Ъ-АЛЛЕНОВА.

"Мы пока не вышли из состояния конфликта"

В десять часов утра в ЦИКе уже подвели предварительные итоги: Сергей Багапш набрал почти 70 тысяч голосов избирателей, что составило 91,6%; за его конкурента Якуба Лакобу проголосовали чуть больше 3,5 тысячи человек. Явка избирателей составила 58% — это означало, что выборы в республике состоялись. Местные журналисты уже называли победу Сергея Багапша сокрушительной, хотя в том, что последний обойдет господина Лакобу, никто и не сомневался. Сомневались в том, что выборы вообще состоятся. Потому что несколько достаточно серьезных политических групп призывали население их бойкотировать. И потому что накануне в Гальском районе республики силовые подразделения, направленные властью, оказывали открытое давление на избирателей (Ъ об этом подробно рассказывал вчера). И это была победа не над кандидатом Лакобой, а над властью, которая постаралась сделать все для того, чтобы этой победы не было.

В 11 утра победители провели первую после выборов пресс-конференцию. Вместе с господином Багапшем пришли его соратники — кандидат в вице-президенты Рауль Хаджимба и будущий премьер Александр Анкваб. Победителями они, правда, не выглядели. То ли усталость сказалась, то ли все еще не верили в свою победу. Брифинг был несколько вялым, а ответы — наперед всем известными. Победитель сказал, что выборы прошли успешно, что жаловаться его штаб не собирается, что победа достигнута благодаря авторитету его, господина Багапша, а также "Рауля Джумковича (Хаджимбы.—Ъ) и в определенной степени Александра Золотинсковича (Анкваба.—Ъ)".

— Говорят, что президент Ардзинба собирается объявить эти выборы недействительными. Вы к этому готовы? — спросили журналисты.

— Ну, я не знаю,— ответил господин Багапш.— Нарушения есть в Гальском районе, это дело прокуратуры, суда. Наша сторона будет готовить серьезный документ обо всем, что происходило в Гальском районе. Там было допущено такое, что недопустимо нигде в мире.

— А не может так случиться, что спецслужбы, которые вчера работали в Гальском районе, откажутся вам подчиняться?

— Существует государство, существует закон,— ответил господин Багапш.— Откажутся — не откажутся, это дело десятое. Отказаться можно дома есть мамалыгу. А в государстве все должны делать то, что предписывает закон, и неважно, спецслужбы это или нет.

— Что будете делать для признания Абхазии?

— Все будем делать. Вести диалоги, участвовать в конференциях, всячески доказывать, что мы состоятельны, что у нас демократия, что у нас добрый народ, который вчера доказал еще раз, что он приверженец демократии.

А господин Хаджимба добавил, повторив тезисы, изложенные перед избирателями накануне выборов вице-спикером Госдумы РФ Сергеем Бабуриным: "Ряд государств, которые сегодня определяют мировую политику, должны понять — не должно быть двойных стандартов. Сегодня в мире хотят признать Косово, но меньше оснований для признания этого государства, чем нашего".

— Вы говорили о порядке в силовых структурах,— сказали господину Хаджимбе.— Как вы собираетесь наводить там порядок, если в день выборов никто не мог понять, что за спецподразделения в Гальском районе и кто их контролирует?

— Нам нужны пока вооруженные люди,— ответил кандидат в вице-президенты.— Мы пока не вышли из состояния конфликта.

— Но что вы все-таки намерены предпринять?

— Вы хотите, чтобы я добил своими речами эти структуры? — не выдержал кандидат.— Я не хотел бы этого сейчас касаться.

Исполнителей простить, осудить начальников

Чуть позже господин Багапш добавил, что люди в погонах, участвовавшие в запугивании населения Гальского района, всего лишь выполняли приказы, и судить надо не их, а тех, кто отдавал им приказы. Кого он имел в виду, было ясно — вооруженные люди в Гальском районе предъявили удостоверения сотрудников президентской охраны и приказ, подписанный президентом Ардзинбой. Неясно, как будут судить больного президента, который еще и национальный герой и который в день выборов проголосовал у себя дома и показал телекамерам свой бюллетень — вся Абхазия увидела, что Владислав Ардзинба за Сергея Багапша. Впрочем, за приказом о выдвижении спецназа в Гал, возможно, стоит вовсе не президент. Говорят, это может быть президентский родственник Павел Ардзинба, которого здесь называют серым кардиналом и которого в свое время привлекал к уголовной ответственности господин Анкваб, тогда еще начальник милиции Гудауты. Или премьер Нодар Хашба, который, как считают многие, задачу не допустить Сергея Багапша к власти, поставленную Кремлем, не выполнил и которого теперь в Москве вряд ли ждет теплый прием. В день выборов премьер совершил еще одну оплошность — в момент, когда его бюллетень упал в урну, он раскрылся, и телекамеры сняли жирную линию, которой была зачеркнута фамилия господина Багапша. В общем-то, тут ничего страшного не было, но для абхазов, наблюдавших за этим по телевидению, это было еще одним подтверждением того, что премьер, который и без того сильно раздражал часть местного населения, не на их стороне.

Короче говоря, первыми, кому придется уезжать из Абхазии после инаугурации господина Багапша, по всей видимости, будут Нодар Хашба и Павел Ардзинба — уж очень явно они сопротивлялись приходу новой власти. Если, конечно, инаугурация (по законам Абхазии она должна пройти через месяц, но, как говорят победители, пройдет раньше) состоится и не появится новый повод для отмены выборов. А такой повод по-прежнему может появиться, поскольку ситуация в Гальском районе в день выборов была, по сути, чрезвычайной. Это признали и сами победители — уже после брифинга в офисе оппозиционного движения "Возрождение" его лидеры Александр Анкваб и Леонид Лакербай рассказали мне, что 12 января в Абхазии в очередной раз могла начаться война.

"Абхазия — та страна, которой есть что предложить"

— Вчера мы балансировали, мы были на грани,— рассказывает Александр Анкваб.— Вчера нас звали в бой на территории Гальского района. Накануне выборов туда выдвинулись группы так называемого спецназа, которые устроили такие беспорядки, что люди побоялись из домов своих выходить, не то что на участки идти. Информация эта распространилась быстро, и к середине дня туда уже готовы были выдвинуться наши сторонники, люди приезжали и говорили: "Мы идем разбираться". Вы представляете, сколько людей туда рвалось. Один Сухумский батальон, 500 человек, чего стоит. Мы не пустили. Расчет у власти был такой, что мы на глазах у всего мира начнем стрелять друг в друга в Гальском районе. Они хотели завалить эти выборы. Я Сереже (Багапшу.—Ъ) сказал в тот день: "Пусть валят, лишь бы не было стрельбы". Я знал, что мы и так наберем свои голоса. В итоге за Сергея проголосовало почти 70 тыс. Этот 91 процент убийственен для власти. Если раньше нас упрекали, что мы вылезли за счет голосов Гальского района, за счет грузин, то теперь, когда мегрелам не дали голосовать, мы все равно победили.

— То, что произошло в Гальском районе, может помешать признанию выборов действительными? — спросила я.

— Прицепиться могут ко всему,— ответил господин Лакербай.— Конечно, Якуб Лакоба может подать в Верховный суд (вчера кандидат сказал, что обжаловать результаты не будет.—Ъ), и это осложнит ситуацию, потому что председателя суда у нас сейчас нет. Но к моменту окончания голосования он своих жалоб по поводу Гальского района не заявил. Да и невыгодно сейчас для власти поднимать вопрос о нарушениях в Гальском районе — ясно, чьи уши будут торчать. Цель гальских беспорядков была ясна — сорвать выборы. И все были в напряжении. Но ко второй половине дня ситуация стала меняться — появилась информация из других районов, Абхазия шла голосовать очень активно, и уже в 2 часа дня я знал, что даже если в Гале будет только 2 тыс. голосов, мы их нехватку перекроем.

Я спрашиваю, что будет после этой победы — когда пройдет инаугурация и станет ясно, что республика бедна, разрушена и непризнана. Будущий премьер Анкваб говорит, что надо работать, и энергично объясняет, что надо делать.

— Главное — не забывать, что на улице — рынок,— рассуждает соратник Сергея Багапша.— Прежде всего нужны инвестиции. Куда ни посмотри, всюду нужны вливания. Элементарный сервис, чтобы сюда ехали туристы, не налажен. Система, которая работала при Советском Союзе, когда турист приезжал сюда отдыхать, его кормило наше село и он пользовался нашим транспортом,— разрушена. Одни курорты никого не спасут, и одни мандарины тоже. Все должно работать в совокупности. Вот смотрите, в селе все, что мы имеем,— натуральное хозяйство. Чайные плантации заросли, мандарины только на частных плантациях, а налогами и сборами с одного частного лица много не соберешь. Чтобы были крупные хозяйства с большими площадями, нужны опять же инвестиции, большие. Создавать надо небольшие фермерские хозяйства, мы раньше производили сыр, молоко, масло — сейчас все привозим. Тоже нужны деньги.

— Так откуда будете деньги брать? Инвесторы сюда ехать не рискнут, все-таки республика непризнана, рискованно вкладывать сюда деньги.

— Искать будем инвесторов. Нужно создавать совместные с российским бизнесом предприятия. Партнеры должны быть заинтересованы, уверены, что деньги вложены надежно. Парламент должен придумать форму, чтобы на территории Абхазии в части защиты российского бизнеса действовали российские законы. Чтобы при возникновении споров их решал российский арбитраж. В России большой частный капитал, а Абхазия — та страна, которой есть что предложить. Если у нас не будет хватать опыта, мы пригласим хороших специалистов. Быть хорошими компаньонами мы можем. И за российского бизнесмена, который будет инвестировать в экономику Абхазии, мы грудью встанем. У меня много друзей среди российских бизнесменов, но дружба дружбой, а бизнес имеет правила. Если мы создадим такие условия, что их они устроят, то они, конечно, будут вкладывать сюда деньги.

— Многие ждут, что, придя к власти, Александр Анкваб начнет отбирать проданную по дешевке недвижимость,— говорю я.— Это же один из ваших тезисов.

— Никто ничего отбирать не будет. Если человек купил объект за бесценок, а при этом какой-то министр положил себе в карман $20 тыс., к примеру,— это обыкновенное воровство. Абхазия не настолько богата, и мы будем восстанавливать государственные интересы в правовом порядке. А если есть винзавод, в который вложили инвестиции российские бизнесмены, и там все прозрачно — ради бога, кто против. Все, что законно, никаких нареканий никогда не вызывает. Если бизнесмен ездит на "Мерседесе", а показывает свою прибыль в $30, чтобы не платить налоги,— тоже будем разбираться. Другой тезис — необходимость инвентаризации. У нас никто не знает, что мы имеем. Надо знать, что продали, сдали в аренду, кому и за сколько. Какими ресурсами мы вообще располагаем.

— Ходят слухи, что за вашей командой стоят серьезные политические группировки в Москве, и поэтому вы победили,— задаю я вопрос, который моему собеседнику хотели бы задать многие и на который он, насколько мне известно, отвечать не любит.

— Да боже мой, никто за нами не стоит,— разводит руками господин Анкваб.— И нет у нас никаких миллионов. Просто я хорошо сделал свою работу. И Леня (Леонид Лакербай.—Ъ) хорошо сделал свою. И наши соратники.

Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...