Коротко

Новости

Подробно

25 трупов в минуту

Журнал "Коммерсантъ Деньги" от , стр. 196


25 трупов в минуту
       Теракт в Беслане часто ошибочно называли первым крупномасштабным терактом, направленным против детей. На самом деле с подобным еще 30 лет назад столкнулись в Израиле. Израильский Беслан называется Маалотом.

ЗАХВАТ
              Утром 14 мая 1974 года 102 ученика 9-11 классов государственной религиозной школы города Цфат выехали на традиционную экскурсию в Западную Галилею. Накануне вечером у границы Израиля была расстреляна из засады машина с мирными жителями, и военные всю ночь прочесывали окрестности, разыскивая террористов. Зная об этом, дирекция школы связалась с полицейскими властями, чтобы выяснить, не стоит ли отменить поездку. В полиции сказали, что ехать можно, только автобусы с детьми не должны покидать центральных дорог. Вечером школьники прибыли в Маалот и остановились на ночлег в школе Натив Меир. Мальчики расположились в коридоре второго этажа, девочки — этажом выше.
              Между тем в половине четвертого ночи с 14 на 15 мая в одном из жилых домов Ма-алота были убиты супружеская пара и их четырехлетний сын. Позднее выяснилось, что и обстрел в районе границы, и убийство в Маалоте — дело рук трех террористов из Народного демократического фронта освобождения Палестины, проникших на израильскую территорию со стороны Ливана. Их главарь, 22-летний Зияд Камаль Хасан Рахим, бывший воспитанник интерната для трудных подростков, оказался старым знакомым израильской полиции: он неоднократно участвовал в грабежах. Вскоре эта же троица появилась у школы Натив Меир. Увидев там автомобиль, в котором остался на ночь один из учителей, боевики выволокли его из машины, избили и, угрожая оружием, велели провести их в школу. Один боевик остался у дверей. Двое других разделились: первый стал сгонять мальчиков в конец коридора, а второй, поднявшись на третий этаж, велел девочкам спускаться туда же. В школе началась паника.
              Однако часть детей и четверо взрослых, воспользовавшись суматохой, пробрались в один из классов в конце коридора второго этажа и стали выпрыгивать из окна. Хотя один из боевиков стрелял им вслед, все 17 вырвавшихся школьников уцелели. Однако в руках террористов остались 85 подростков в возрасте 15-17 лет, 2 санитара и 2 учителя. Всех их загнали в тот самый класс, который только что служил для побега. Боевики велели заложникам придвинуть к стенам всю мебель и сесть на пол, на один из столов положили гранату, а по периметру класса установили два соединенных между собой взрывных устройства (в общей сложности 8 кг взрывчатки).

ПЕРЕГОВОРЫ
              В 4.45 о захвате школьников были оповещены премьер-министр Израиля Голда Меир и глава генштаба Мордехай Гур, который через два часа вместе с министром обороны Моше Даяном прибыл в Маалот. К школе были стянуты силы спецназа «Сайрет Маткаль». Однако вступить с террористами в переговоры никак не удавалось: заметив малейшую попытку приблизиться к зданию, они открывали огонь.
              Наконец боевики передали письмо с ультиматумом. Они требовали от израильских властей выпустить из заключения и переправить в Дамаск 20 их «братьев по оружию». После того как это условие будет выполнено, туда же должны отправиться террористы со всеми заложниками. Если все пройдет гладко, из Дамаска заложники вернутся домой. Если к 18.00 власти не приступят к осуществлению этого плана, школа будет взорвана.
              Израильтяне вызвали своего главного переговорщика, главу отдела расследований «Шабака» (общей службы безопасности) Виктора Кохена. Однако боевики наотрез отказались принимать еду и воду для заложников и не шли ни на какие уступки.
              Моше Даян отдал распоряжение срочно начать подготовку к штурму. Однако глава генштаба Мордехай Гур упорно настаивал на продолжении переговоров. «Я хочу спасти детей»,— аргументировал он свою позицию. «Не ты один»,— ответил Даян. Кабинет министров во главе с Голдой Меир, без санкции которого силовики не могли начать штурм, стоял перед трудным выбором: рискованная силовая операция с непредсказуемым исходом либо выполнение требований террористов. После долгих колебаний Голда Меир склонилась к позиции Мордехая Гура — переговоры продолжились. Однако при обсуждении процедуры освобождения заключенных-палестинцев процесс застопорился.
              Время шло. Боевики периодически выставляли в окно по пять школьников и стреляли из-за их спин. «Мы пришли умирать. Если вы не выполните наши требования, ответственность за смерть детей будет на вас»,— заявил Рахим.
       К полудню был утвержден план штурма: снайперы, стреляя в окна, уничтожают сразу двоих террористов, несколько бойцов спецназа «Сайрет Маткаль», взобравшись по лестнице к окну класса, где удерживались заложники, ликвидируют последнего боевика, а еще одна группа солдат, проникнув в здание через главный вход, поднимается на второй этаж и прорывается в класс из коридора. Разумеется, все это должно быть сделано в считаные секунды.
              Моше Даян настаивал на том, что штурм должен начаться никак не позже 17.00, так как террористы, поняв, что штурма не избежать, могут исполнить свою угрозу раньше указанного ими времени. Однако глава генштаба все еще надеялся на перелом в ходе переговоров. В 17.20 Зияд Рахим вышел на связь последний раз: «Если мы узнаем, что наши друзья в Сирии, этого будет достаточно». «Они действительно убьют нас»,— прокричал из окна один из заложников.

ШТУРМ
              Через пять минут началась операция. Хотя все силы «Сайрет Маткаль» были в полной боеготовности, приказ о штурме, похоже, застал их врасплох. Снайпер смог лишь легко ранить в плечо главаря боевиков. Бойцы, которые должны были подобраться к окну класса снаружи, пытались это сделать, но безуспешно. Вторая группа ворвалась в школу, однако при входе Зияд Рахим встретил их автоматной очередью. Трое раненых солдат отступили. Из-за того что кто-то из спецназовцев некстати воспользовался дымовой гранатой, штурмовая группа пробежала лишний лестничный пролет. Благодаря этой заминке Рахим успел вернуться в класс и начал поливать огнем заложников. Спецназовцы, остававшиеся под окном, решили, что их товарищи уже приступили к ликвидации боевиков, и стали помогать детям, которые начали выпрыгивать из окна.
Наконец бойцы спецназа ворвались в класс и приступили к ликвидации террористов. Впрочем, по некоторым свидетельствам, от пуль израильских солдат погибла часть заложников, а Рахим, успевший до этого расстрелять два магазина из автомата Калашникова и бросить гранату, не разбирал своих и чужих.
       Несмотря на то что операция продолжалась меньше минуты, итоги штур- ма были страшными: 18 школьниц, 4 школьника и 3 взрослых погибли. 10 подростков были тяжело ранены, 20 получили ранения средней тяжести.

ВЫВОДЫ
              «Мы не чувствовали, что провал был нашей виной,— вспоминал позже один из участников операции.— Это был прежде всего провал метода, отсутствие необходимой подготовки. Задним числом можно сказать, что нельзя было врываться внутрь. Надо было вести переговоры до конца. Ты не можешь воевать с террористами, в руках которых находятся 80 детей». Отчитываясь перед правительством после штурма в Маалоте, глава генштаба заявил, что главным успехом операции было предотвращение взрыва школы. Однако для всех было очевидно, что действия военных и чиновников представляют собой непрерывную цепь роковых ошибок. Заявления о готовности пойти навстречу террористам не были подкреплены конкретными шагами, а приказ начать штурм был отдан тогда, когда другого выхода уже не оставалось. Как бы то ни было, заслушав отчет об операции, правительство постановило, что впредь в схожих случаях следует атаковать как можно быстрее, даже если это сопряжено с риском для жизни заложников.
              Мордехай Гур остался при своем мнении. «Нет сомнения, что, если ты один раз поддаешься на шантаж, тебя будут шантажировать снова и снова,— написал он в своих мемуарах.— Но вместе с тем каждый раз надо тщательно взвешивать возможности и риски. В принципе я согласен с тем, что нельзя идти на поводу у террористов, но все-таки нет правил без исключений, ведь каждый спасенный человек — это целый мир».
              Своего рода компромиссом между позицией Мордехая Гура и решением правительства Голды Меир стал подход, сформулированный ее преемником, премьер-министром Ицхаком Рабином. Формула Рабина гласила: там, где силовое решение возможно, необходимо его применить, там, где военные бессильны, надо идти на перего- воры и уступки. Фактически этот принцип действует в Израиле и по сей день. Из событий в Маалоте израильтяне сделали ряд важных организационных выводов. Были резко усилены роль и полномочия полиции, созданы полицейский спецназ и система добровольческих гражданских патрулей (израильский вариант народной дружины). Военные разработали четкие тактические рекомендации и схемы действий в случае массового захвата заложников. Стало правилом полностью изолировать от окружающего мира место, где удерживаются заложники, создавая двойное оцепление: во внутреннем круге находится спецназ, во внешнем — полевые штабы, оперативные центры и медицинские службы, готовые реагировать на любое изменение обстановки. По сей день в израильской армии проводятся учения по освобождению захваченной школы, при которых основной упор делается на отработку умения заранее просчитывать всевозможные варианты развития событий и готовность к внезапному изменению сценария операции.               За следующие 30 лет в стране было еще несколько случаев захватов заложников. Из удач израильских сил безопасности можно вспомнить освобождение угнанного в Уганду пассажирского самолета (погибли трое заложников и двое военнослужащих) в 1976 году и штурм захваченного рейсового автобуса в 1984 году (тогда погибла только одна заложница). Самой неудачной стала попытка освобождения автобуса в 1978 году: террористов удалось уничтожить, но автобус загорелся, 35 заложников погибли.
              Несмотря на огромный опыт, накопленный со времени событий в Маалоте, захват заложников по-прежнему считается в Израиле самым сложным из терактов. И дело не только в сложности оперативных действий, но и в тяжелейших моральных дилеммах и цене принимаемых решений. В израильской армии очень осторожно относятся к просьбам оценить действия коллег в любой другой точке мира. В Израиле знают, что в случае захвата заложников простых решений не бывает.
ГРИГОРИЙ АСМОЛОВ, Иерусалим

Комментарии
Профиль пользователя