В сырьезных отношениях

ЕС ввел против России новый пакет санкций. Полноценное применение предложенных мер — в первую очередь запрета на инвестиции и прекращения поставок европейского оборудования и технологий для энергосектора — грозит крайне тяжелыми последствиями для экономики РФ. Под ударом оказались также черная металлургия и автопром. В то же время финальная картина в текущих документах не определена и оставляет много возможностей для исключений и индивидуального применения санкций разными странами ЕС.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

ЕС опубликовал «четвертый пакет» санкций против России за военную операцию на Украине, который представляет собой дополнение соответствующих решений Совета ЕС и Еврокомиссии от 2014 года.

Судя по документу, он готовился в спешке и носит явные следы разногласий между европейскими странами относительно того, как далеко они готовы зайти, учитывая потенциальные серьезные последствия для собственной экономики.

Например, в статье 1аа указано, что требование запрета трансакций с определенными российскими компаниями не распространяется на поставки в ЕС титана, алюминия, никеля и палладия, при этом в списке соответствующих компаний нет производителей таких металлов. Очевидно, запрет их импорта рассматривался, но не был в итоге одобрен.

Другой пример — крайне жесткий запрет на поставку оборудования и технологий для российского энергосектора, кроме атомной промышленности (речь о добыче и переработке нефти, газа, угля и производстве электроэнергии). Он подразумевает отмену даже действующих контрактов, в том числе на обслуживание поставленной техники, с переходным периодом до 17 сентября. Однако список оборудования и технологий, которые запрещено поставлять, не приведен: в статье 4 говорится, что «союз предпримет необходимые шаги для определения (подлежащих запрету.— “Ъ”) позиций».

Последствия запрета потенциально могут быть разрушительными для российского ТЭК, который критически зависит от европейского основного оборудования, особенно в энергетике и производстве СПГ. По словам собеседников “Ъ”, знакомых с ситуацией, роторное оборудование (газовые турбины, компрессоры) под запрет не попадет, что позволит эксплуатировать российские газовые ТЭС.

Наиболее существенная из одобренных мер предусматривает полный запрет на новые инвестиции компаний ЕС в российский энергосектор или увеличение уже сделанных вложений.

В том числе нельзя создавать новые компании для работы в этом секторе в РФ, предоставлять кредиты и взносы в капитал. Однако власти ЕС могут предоставлять исключения, если такие инвестиции необходимы для работы уже существующих в РФ структур европейских компаний и «критически важны» для энергобезопасности ЕС. Аналогичные исключения предусмотрены для поставок оборудования и технологий, предназначенных для транспортировки российских энергоносителей в ЕС. Однако государство ЕС, предоставляя эти исключения, должно информировать остальные страны союза и Еврокомиссию.

«Этот механизм является лазейкой для государств, которые заинтересованы в продолжении поставок, продолжить эту деятельность под условием информирования компетентных органов ЕС»,— полагает адвокат ЕМПП Мерген Дораев. Каких-то негативных последствий для стран ЕС, которые будут пользоваться исключением, по его мнению, нет: «На информировании все условия заканчиваются. Теоретически в ЕС есть механизм, который позволяет вводить ограничения против собственных членов, но он не связан с исполнением документов о санкциях против других стран, поэтому здесь его применить нельзя».

Отдельно запрещено любое взаимодействие с 12 российскими госкомпаниями, среди которых «Роснефть», «Газпром нефть» и «Транснефть». Для них разрешены только сделки, непосредственно связанные с покупкой нефти, а также случаи, когда эти компании являются миноритариями в проекте за пределами РФ. Другие перечисленные госкомпании не прямо оборонного назначения — ОАК, ОСК, «Ростех», КамАЗ, «Совкомфлот» и УВЗ — уже были под санкциями.

Как и писал “Ъ” 14 марта, был запрещен импорт некоторой российской стальной продукции, в основном проката (как плоского, так и сортового) и труб. Стальная заготовка, слябы и железная руда под запрет не попали. В большей степени от европейского рынка зависят «Северсталь» и НЛМК. Первая компания уже остановила экспорт, а доля Европы в выручке НЛМК составляет 18%.

ЕС также запретил экспортировать в Россию автомобили и их части стоимостью выше €50 тыс., что в легковом сегменте касается только премиальных и люксовых машин. Но запрет в таком виде ограничит выпуск и ввоз в РФ грузовиков европейских марок, на которые приходилось примерно 33% от всего российского рынка в 2020 году. КамАЗ уже несколько недель не может собирать новую модельную линейку К4 и К5, так как в ней используются кабины Daimler. В итоге на рынке РФ могут быть не представлены современные тягачи.

Также полностью запрещены поставки для нужд авиаотрасли, в том числе шин. По словам источников “Ъ”, это станет крупной проблемой, поскольку шины в авиации — крайне расходный материал и их замена в зависимости от качества покрытий полос в аэропортах может требоваться уже после нескольких рейсов. Производимые в Китае шины прежде не рассматривались к закупке из-за вопросов к их качеству. Собеседники “Ъ” предполагают, что теперь самолеты начнут «переобуваться» на серых рынках, подразумевая в первую очередь Китай, Турцию и Филиппины.

Баланс внешней торговли ЕС и России в последние годы из-за относительно высоких цен на нефть был профицитным в пользу России — так, в 2020 году экспорт России в ЕС составил, по данным Eurostat, в пересчете на доллары США около $100 млрд, импорт — около $90 млрд. В большей степени РФ зависит от импорта из Германии (около $25 млрд), Италии (примерно $11 млрд), Франции ($8,5 млрд), Польши ($5 млрд) и Великобритании ($4 млрд).

По крайней мере в ближайшие месяцы и, возможно, годы введенные санкции существующий профицит во внешней торговле для РФ должны значительно увеличить. Пока есть лишь собственная оценка Еврокомиссии по снижению закупок в РФ продукции черной металлургии — это около $3,5–3,7 млрд в год.

Вероятно, существенно большим может быть сокращение закупок РФ в ЕС по главной статье импорта — машины, оборудование и транспортные средства, на которые в разные годы приходилось 45–50% от общего российского импорта.

Вероятно, санкциями может быть затронута закупка европейских товаров в основном промышленного назначения на $10–15 млрд в год. Импорт предметов роскоши в РФ вряд ли превышает $5–6 млрд в год. Таким образом, предполагаемая нижняя граница сокращения европейского экспорта в РФ — около $20 млрд, верхняя — $40–45 млрд, и ее достижение зависит от жесткости в исполнении санкций в отношении автопрома и промышленно-инвестиционных товаров.

При этом, скорее, сокращение будет идти по нижней границе: представители Еврокомиссии подчеркивали на прошлой неделе, что четвертый раунд санкций практически исчерпает возможности ЕС давить на Россию.

Россия для ЕС не главный торговый партнер, ее доля в европейском импорте — 5%, в экспорте — 4%. ЕС в российском экспорте, напротив, занимает около 40%. Впрочем, если для ЕС основная чувствительная статья внешней торговли с РФ — это энергоносители и цветные металлы, санкциями почти не затронутые, то для российского импорта из Европы речь идет прежде всего о товарах безальтернативных. Заменить европейские поставки промышленных товаров для энергетики и транспорта в ближайшей перспективе вряд ли возможно, поскольку Китай и страны Юго-Восточной Азии обычно импортируют из ЕС то же самое, что и Россия.

По оценкам BofA, двукратное (то есть маловероятное) сокращение экспорта ЕС в Россию может привести к снижению ВВП ЕС в 2022 году на 0,6%. Эффект для российского ВВП от сокращения закупок европейских товаров пока можно оценить очень грубо — это, возможно, 2–3% с учетом вторичных эффектов.

Отдел бизнеса, Дмитрий Бутрин