Николай Петраков, директор Института проблем рынка, академик РАН:
— За то, что это очень жирный кусок. В конце 90-х годов баррель нефти стоил $12 при долларе в 6 рублей. Итог — 72 рубля. Сегодня баррель стоит $50, а доллар — 28. Итог — 1400 рублей. Чувствуете разницу? У нефтяных компаний слишком большие прибыли, которые хочется отобрать. Сейчас идет передел собственности, и легче брать под контроль акции тех компаний, которые находятся под судом или следствием. Когда итальянский Parmalat начал испытывать трудности, его акции сразу сняли с торгов. У нас руководство ЮКОСа год под следствием, но торги акциями компании не прекращались. Кто-то наживает на этом огромные деньги.
Мухарбек Аушев, депутат Госдумы, бывший вице-президент нефтяной компании ЛУКОЙЛ:
— Я думаю, цель в том, чтобы пополнить бюджет. Изъять у нефтяных компаний те налоги, которые они недоплатили. А еще налоговым органам, видимо, надо сгладить картину, которая сложилась из-за ситуации с ЮКОСом. Они хотят показать, что ко всем компаниям осуществляется равный подход и претензии могут быть не только к ЮКОСу. Но ЮКОС попал больше всех, налоговые претензии к нему не укладываются ни в какие рамки.
Саламбек Хаджиев, председатель наблюдательного совета Росбизнесбанка, бывший министр нефтехимической промышленности СССР:
— За удачную для нефтяников конъюнктуру. Когда много лет назад продавали ЮКОС, никто не хотел его покупать, компания была в долгах. И другие тоже. А сегодня у них все в порядке. Вообще, если есть дырки в законах, позволяющие бизнесу оптимизировать деятельность, то депутаты должны их закрывать, а бизнес — искать новые, он без этого не бизнес. В США этим занимаются уже 200 лет. А у нас отношения "по понятиям": стал слишком богатым — делись.
Евгений Савостьянов, вице-президент Московской нефтегазовой компании, бывший начальник УФСБ по Москве и Московской области:
— Я считаю, что такая работа в любом случае полезная и правильная и надо ее доводить до конца. Если кто-то когда-то налоги не уплатил, надо его взять за задницу и эти налоги из него вытряхнуть.
Евгений Хартуков, гендиректор Центра нефтегазового бизнеса:
— За налоги. Ничего одиозного в этих проверках нет, и их не следует трактовать так, будто нефтянка проворовалась. Просто раньше у налоговиков не было возможности проверить — не было раздвоения законов, закон был один. И никаких громких дел ждать не стоит, Ходорковский сидит хотя и по другим причинам, но посадить еще кого-то — совсем некрасиво.
Михаил Бугера, депутат Госдумы, автор запроса в Генпрокуратуру об уклонении нефтяных компаний от уплаты налогов:
— Ни за что. Видимо, это плановая проверка. Но я больше никаких запросов не инициировал.
Азат Ягафаров, заместитель гендиректора нефтяной компании "Татнефть":
— Чтобы выявить компании, которые применяли схемы оптимизации налогов. Нашу компанию за 2001 год неоднократно проверяли. Мы готовы к очередной проверке, потому что не применяли никаких схем оптимизации.
Михаил Делягин, экономист, бывший советник премьер-министра Михаила Касьянова:
— Всем известно, что практически все нефтекомпании нарушали закон. Но когда разбирались с ЮКОСом, все молчали; теперь пришел их черед. А налоговики показывают: перед законом все равны. Тем более что в 2001 году крупные корпорации стояли на учете в одной налоговой инспекции. И, видимо, она работала плохо.
Владимир Кондрачук, вице-губернатор Новгородской области, бывший гендиректор компании "Транс Нафта":
— Налоговая инспекция, как крестьянин, готовит задел на следующий год. Если ЮКОСу, который добывает 80 млн тонн нефти в год, за 2001 год насчитали налогов в $3 млрд, то остальным компаниям придется заплатить пропорционально, ведь офшорные схемы применяли все без исключения.
Евгений Ясин, научный руководитель Высшей школы экономики:
— Нам хотят дать понять, что приставания к ЮКОСу якобы были продиктованы не желанием уничтожить компанию, а наведением порядка. Конфликт с ЮКОСом так дорого обошелся стране, что теперь власти пытаются хоть как-то оправдаться. Но эти "тотальные" проверки не будут для кого-то большой головной болью. Да и вряд ли они связаны с нехваткой денег, сейчас страна задыхается от накопившихся средств.