Коротко

Новости

Подробно

Политически прикованные

Борцы со СПИДом закрыли калининградскую мэрию

Газета "Коммерсантъ" от , стр. 8

акция



Вчера в Калининграде активисты организаций Front AIDS и "Хранители радуги" приковали себя цепями к дверям мэрии, блокировав вход в здание на полчаса. Они развернули плакат "Наши смерти — ваш позор". Своим несанкционированным пикетом они пытались привлечь внимание властей к проблеме недоступности лечения от СПИДа. Они говорят, что в Калининграде из пяти тысяч ВИЧ-инфицированных лечение получают лишь десять человек, что 700 молодых людей, которые могли бы жить, учиться, создавать семьи, умерли по вине государства и умрут другие.
       Около месяца назад в Москве я присутствовал на собрании активистов Front AIDS и "Хранителей радуги". Они планировали вчерашний захват калининградской мэрии. Собрание проходило на частной квартире. Один из создателей Front AIDS, руководитель петербургского фонда "Дело" Александр Румянцев разъяснял молодым "Хранителям радуги", в чем проблема.
       Проблема в том, что лекарство от СПИДа существует. Называется антиретровирусная терапия (АРВ). ВИЧ-положительные люди, принимающие АРВ, могут жить сколь угодно долго, практически ничем не отличаясь от здоровых людей. На фоне АРВ вирусная нагрузка, то есть количество вирусов в их крови, снижается настолько, что они практически не могут никого заразить, зато могут зачать и родить здорового ребенка. Беда только в том, что АРВ стоит очень дорого — около $12 тыс. в год на человека. Но Александр Румянцев разъяснял, что $12 тыс.— это цена патентованного препарата из Европы или Америки. Если бы Министерство здравоохранения приняло решение закупать непатентованные аналоги (так называемые дженерики) из Бразилии или Индии, лечение обходилось бы в $300 в год на человека. Если бы Россия сама стала производить АРВ, лечение стоило бы не больше $200 в год. По словам Александра Румянцева, более полутора миллионов россиян инфицированы ВИЧ и через три-четыре года в России сотни тысяч человек умрут от СПИДа. Лидером в этом плане является Калининград, потому что он был первым городом, в котором началась российская эпидемия, прогрессирующая быстрее, чем в Африке, приблизительно на 20% в год. Александр Румянцев утверждал, что дженерики не разрешены Минздравом к применению в России только потому, что Минздрав лоббирует интересы крупных фармацевтических компаний. Государство таким образом само создает дефицит АРВ и само принимает решение о том, каким больным давать лекарство бесплатно, а каким не давать.
       Молодые люди, представлявшиеся романтическими кличками Ирокез, Укроп или Флор, слушали Александра Румянцева с едва сдерживаемым негодованием.
       — Это фашизм, короче,— констатировал Ирокез.— Это фашизм, когда государство решает, кому жить, а кому умирать.
       Они решили поехать в Калининград, купить цепей и замков и приковать себя к дверям мэрии, чтобы привлечь внимание к проблеме.
       — Это будет акция отчаяния,— говорил Флор,— потому что люди умирают и никто не обращает на них внимания.
       Потом они углубились в технические подробности и долго обсуждали, какие именно следует покупать цепи, как следует приковываться и надо ли покупать напульсники, чтобы не поранить цепями руки.
       — Только напульсники пусть не будут из натуральной кожи,— настаивала подруга активиста Укропа девушка лет двадцати по имени Маша.— Я из натуральной кожи напульсники надевать не буду.
       Три дня назад они приехали в Калининград, сняли две квартиры и стали проводить тренинги. Тренинги заключались в том, что молодые люди пили пиво, разговаривали о свободе и приковывались время от времени к батарее центрального отопления цепью ради тренировки. В понедельник вечером им все еще не хватало замков и ножовки по металлу. Во вторник утром замки достали, потом долго пили чай и задержались с началом акции примерно на час. Кто-то из организаторов акции должен был не приковываться к дверям мэрии, а обеспечивать своим товарищам юридическую поддержку. Александр Румянцев и Ирокез бросили монету — приковываться выпало Александру Румянцеву.
       Около полудня десять молодых людей приковали себя к дверям мэрии. Пятеро из них были ВИЧ-инфицированы, пятеро здоровы. Их товарищи развернули плакат "Наши смерти — ваш позор" и зажгли сигнальные огни. Милиция среагировала не сразу. Минут через десять к прикованным вышел руководитель управделами мэрии Леонид Донских и принялся журить молодых людей за то, что они тут приковались.
       — У нас тут с частным извозом вопрос решается. У нас тут приватизация всего в мэрии происходит, а вы приковались и мешаете работать,— сетовал господин Донских.
       — У вас тут люди вон помирают,— парировал прикованный Александр Румянцев.
       Еще минут через пять к прикованным вышел начальник отдела по делам молодежи Игорь Шлыков. Он сказал:
       — Зачем же вы так приковались? Надо было прийти ко мне в 611-й кабинет и поговорить. Это действительно серьезная проблема, но ведь нельзя же ее так решать. Этак ведь и пенсионеры начнут приковываться, и учителя, и врачи — все.
       У порога мэрии стояли две старушки и кричали:
       — Правильно молодежь приковалась! Завтра и мы прикуемся!
       Господин Шлыков был доброжелательным, с интересом слушал разъяснения Александра Румянцева об АРВ и дженериках, путал антиретровирусную терапию с метадоновой программой (использование искусственного наркотика метадона в качестве средства-заместителя при лечении от наркотической зависимости от опиатов), но просил прикованных активистов после того, как их отпустят из милиции, прийти к нему в комитет по делам молодежи и вместе подумать над решением проблемы. Когда прикованных расковали и повезли в центральный отдел милиции, господин Шлыков поехал следом, чтобы убедиться, что ничего страшного с задержанными не произойдет.
       — Да не волнуйтесь вы,— успокоил господина Шлыкова начальник отдела подполковник Василий Набожев.— Три часа подержим, установим личности и отпустим. Нарушение общественного порядка, административная ответственность, в крайнем случае штраф. Не волнуйтесь.
       Надо сказать, что калининградские милиционеры вели себя предельно корректно и вежливо: участников акции не били, руки на заламывали, репортеров не задерживали.
       — Ну конечно,— говорил господин Шлыков,— мы же в Европе живем.
       Леонид Донских настаивал, правда, на том, что против активистов Front AIDS должно быть возбуждено уголовное дело, и говорил, что у них были в руках нагайки. Нагайки при ближайшем рассмотрении оказались велосипедными замками, которые активисты использовали, чтобы приковываться к дверям. В итоге мировой судья обязал каждого из активистов заплатить по 500 рублей штрафа, и к вечеру всех отпустили.
ВАЛЕРИЙ Ъ-ПАНЮШКИН, Калининград
       
Комментарии
Профиль пользователя