Коротко


Подробно

Пломба с апломбом


Пломба с апломбом
Фото: ЛЕОНИД ФИРСОВ  
       Пломба — одно из самых древних индификационных приспособлений, придуманных человеком: самые старые сохранившиеся пломбы датируются VI-VII тысячелетиями до нашей эры. Впрочем, привычные всем свинцовые пломбы, не выдерживающие с точки зрения надежности никакой критики, свой век отжили. На смену им пришли пластиковые индикаторы и запорно-пломбировочные устройства, рынок которых растет каждый год, оставаясь, однако, весьма закрытым.

Штучка с хвостиком
       Так сложилось, что исторически пломба была знаком юридической собственности, признаком власти или даже оберегом — например, в случае, если кто-то незаконно проникнет туда, куда проникать запрещено прежними владельцами (даже умершими), то с ним непременно произойдет что-то нехорошее. Самый показательный пример — скоропостижная смерть большинства участников экспедиции Картера, открывшей, как известно, опечатанное золото Тутанхамона. Впрочем, древние пломбы и печати на основе сургуча и воска мало похожи на современные индикаторные (контрольные) устройства. На смену им пришли свинец и пластиковые таблетки, широко используемые до сих пор скорее по инерции или устаревшей инструкции (как, например, в Центробанке, где еще положение 30-х годов регламентирует запечатывать мешки с деньгами именно в свинцовые пломбы; при этом коммерческие банки для своих внутренних расчетов уже отказались от свинца), но, как утверждают специалисты, свой век давно отжившие.
       Владимир Синицын, главный инженер компании "Страж": Я уверен, что свинцовые пломбы давно устарели и от них необходимо отказаться. В свое время мне попал в руки учебник криминалистики, где описывалось с десяток способов подделки свинцовых пломб.
       Возможно, именно поэтому около 20 лет назад на рынке появились современные пластиковые индикаторные пломбы и ЗПУ (запорно-пломбировочные устройства), кардинально изменившие не только степень защиты груза, но и весь рынок в целом, по сути создав его заново.
       Механизм их работы таков. Пломба состоит из двух элементов — хвостовика длиной около 20 см и корпуса, в который вживлена так называемая цанга. После того как хвостовик продевается в обе петли замка, он вставляется в цангу, как можно плотнее затягивается и блокируется в ней благодаря направленным в противоположную сторону лепесткам цанги, то есть обратно его вытащить, не нарушив пломбу — невозможно. ЗПУ работают таким же образом, только сделаны из металла, и выполняют не только функцию пломбирования, но и замка. Открыть их можно, только перекусив металлический трос. Основные материалы для литья индикаторов — полипропилен, полиэтилен, нейлон и армамид (из последнего изготавливают магазины для автомата Калашникова). Самый наглядный пример, с которым периодически сталкиваются все летающие,— бирки на багаж, официально называющиеся "номерными самоклеящимися пломбами" (впрочем, справедливости ради отметим, что багаж как пропадал, так и пропадает с завидной регулярностью).
       
Украдут или взорвут
Фото: АЛЕКСЕЙ КУДЕНКО, "Ъ"  
Пластиковые индикаторы в серьезных масштабах в России выпускают всего две компании
По статистике, ежегодно в мире в общей сложности перевозится 280 млн контейнеров, при средней цене одного ЗПУ в $2 мировой оборот индустрии — $560 млн. Пластиковых индикаторов же продается 5 млрд, а оборот по ним равен $250 млн. В России цифры существенно меньше, но динамика рынка впечатляет. Собственно, ничего удивительного в этом нет, если учесть, что потери компаний в мире от воровства при перевозке или хранении грузов составляют $20 млрд. Данных по России нет, но, зная особенности нашего бизнеса, цифра должна быть внушительной.
       Елена Меланич, генеральный директор "Брукс ЛМ": Ежегодный объем российского рынка индикаторов и ЗПУ — порядка $50 млн, а его ежегодный рост — не менее 30%. Причем охвачено пока этой продукцией не более 7% потенциальных потребителей. По прогнозам экспертов, в ближайшие четыре-пять лет пломбирующих устройств ежегодно будет продаваться в мире на $1 млрд.
       То, что на рынке год-два назад начался настоящий бум, признают все его участники. И, судя по динамике продаж, это действительно так.
       Алексей Крылов, генеральный директор "Страж-комплект": Если в 2000 году мы продали за весь год 100-150 тыс. индикаторов, то сейчас — 2-2,5 млн ежемесячно, и объем рынка ежегодно удваивается. Наши мощности позволяют выпускать в два-три раза больше продукции, чем сейчас, так что мы готовы к настоящему прорыву рынка, который вот-вот начнется. Сейчас у нас за каждый месяц прибавляется по несколько новых клиентов. Например, в этом году мы выиграли тендер на поставку пломб в "Аэрофлот", чьи годовые потребности — 2-3 млн изделий.
       Впрочем, тему пломбирования специалисты советуют рассматривать несколько шире, чем просто контроль доступа.
       Елена Меланич: На самом деле, пломба всего лишь вершина айсберга под названием логистика. По сути, речь идет об эффективной работе всего предприятия, неотъемлемая часть которой — грамотное и сохранное перемещение товарно-материальных ценностей. Применение наших устройств позволяет контролировать движение продукта на всех этапах, предотвращая возможные сбои.
       Игорь Кондаков специально создал индустриальную пломбировочную компанию "Альфа" для "раскрутки" рынка пластиковых индикаторов: Я продаю не изделие само по себе, а решение проблем в целом. Например, мне звонит директор мясокомбината, говорит: "У меня воруют продукцию — колбасу". Установили пломбы на склады, в каждой "Газели" сделали контейнер, который так же опечатывается. В результате воровство полностью прекратилось, проблема была решена В результате я наработал такой сбыт, который ни "Брукс", ни "Страж" не в состоянии обеспечить. Только что у меня прошли переговоры, заказчик хочет 5 млн изделий ежемесячно, а у отечественных производителей просто не хватает мощности.
       Елена Меланич: Большинство потенциальных потребителей наконец поняли, что контроль доступа — одно из необходимых условий обеспечения безопасности и сохранности. Иначе или украдут, или взорвут.
       Как ни страшно признать, но терроризм тоже способствует росту продаж: если раньше ЖЭКи и ДЕЗы применяли исключительно свинцовые пломбы, то года два назад практически полностью перешли на пластиковые индикаторы — согласно указанию московского правительства.
       Например, еще недавно в Америке на внутреннем рейсе пилот мог запросто помахать из кабины пассажирам. Однако после 11 сентября правила резко ужесточились — на все двери, куда доступ ограничили, навесили индикаторы доступа. Также все контейнеры, прилетающие в Штаты, в обязательном порядке должны быть опломбированы.
       
Из-под пресса
Фото: АЛЕКСЕЙ КУДЕНКО, "Ъ"  
Владимир Синицын: "Наши устройства выдерживают криминальное воздействие не менее чем один час"
На российском рынке производят пластиковые индикаторы в существенных масштабах всего две компании — "Брукс ЛМ" (начинавшая с торговли пломбами американского производства фирмы EJBrooks) и "Страж" (начинала с производства ЗПУ, но, почувствовав перспективу рынка, создала "Страж-комплект", специализирующийся на индикаторных пломбах). Если сложить весь объем продаваемых в России пластиковых индикаторов (около 4-5 млн штук ежемесячно) и умножить на среднюю стоимость (два рубля), получится емкость рынка в $3,5-4 млн (всего для двух компаний весьма неплохо).
       Абсолютных преимуществ, обеспечивающих гарантированный сбыт пломб, всего два — но зато каких. Главное то, что нет компании, которая не нуждалась бы в контроле за продукцией, или не имеющей секретов, которые вовсе не обязательно знать конкурентам и даже собственным сотрудникам,— от банков, опечатывающих мешки с деньгами, до районных ДЕЗов с их подвалами и чердаками. Новые рынки сбыта открываются постоянно, в том числе и за счет отказа от использования свинцовых пломб.
       Игорь Кондаков: В России порядка 150 тыс. предприятий, и каждому, по моим подсчетам, ежедневно требуется минимум три пломбы — для складов, сейфов и пр. Но даже если умножить три пломбы на 365 дней, получается, 150 млн пломб требуется ежегодно. Причем эти цифры даже заниженные.
       Второе очевидное достоинство любых, в том числе и индикаторных, пломб в том, что это продукт одноразовый, как пластиковая посуда, и, однажды приобретя партию, клиент становится постоянным.
       "Брукс ЛМ" построил собственное производство три года назад. Сколько это стоило, Елена Меланич не комментирует, ссылаясь на коммерческую тайну, как и объемы продаж (по экспертным оценкам, "Брукс" выпускает ежемесячно около 1 млн изделий). Впрочем, как утверждает Елена Меланич, линия уже окупилась.
       Алексей Крылов: Для организации производства "с нуля" в закупку оборудования — термопластавтоматов, термопечати и прочее — достаточно первоначально инвестировать порядка $500 тыс. Причем наши вложения окупились менее чем за два года с начала работы.
       Владимир Синицын: Один термопластавтомат с объемом впрыска 125-250 куб. см стоит $100 тыс., на качество пломбы прежде всего влияет качество изготовленной пресс-формы, а стоит ее изготовление от $20 тыс. до $40 тыс. Станки для термотиснения и тампопечати мы закупали в Швейцарии, каждый обошелся в $15-20 тыс., лазерный маркировочный комплекс стоил столько же.
       Все эти факты красноречиво свидетельствуют об очень неплохой рентабельности бизнеса. При средней цене одного изделия в два рубля (от одного в большом опте до семи рублей в рознице).
       Игорь Кондаков: Сейчас ситуация на рынке такова, что у производителей склады пустые, продукции для всех желающих не хватает. Рентабельность же производства колеблется от 10% до 100%, в зависимости от объемов.
       То, что рынок крайне перспективный и настоящее сражение за него еще впереди, показывает хотя бы факт начала судебных процессов между предприятиями "Брукс ЛМ" и "Страж". Претензии "Стража" заключаются в том, что "Брукс ЛМ" вводит в хозяйственный оборот на территории России продукцию зарубежных производителей, нарушающую авторские права компании "Страж".
       Алексей Крылов: Техническое устройство мы запатентовали еще в 1994 году, промышленный образец — в 2003-м (приоритет от 2001 года). Изделия же, поставляемые на рынок "Бруксом", полностью повторяют наш патент, и мы требуем прекращения нарушения наших прав на интеллектуальную собственность в соответствии с действующим законодательством РФ.
       О чем и свидетельствуют письма, полученные "Брукс ЛМ".
       Елена Меланич с этими обвинениями не согласна: Американские индикаторы мы поставляем в Россию с 1998 года, то есть раньше, чем "Страж" получил свой патент. На самом деле "Страж" запатентовал не свое изделие, а продукт испанской фирмы Brooks-todo, который мы поставляем в Россию еще с 1997 года.
       Процесс еще не закончился, но состояние рынка пластиковых индикаторов будет зависеть от того, какое решение примет суд.
       
Претензии без доказательств
Фото: АЛЕКСЕЙ КУДЕНКО, "Ъ"  
Игорь Кондаков: "По самым заниженным оценкам, ежегодно России требуется 150 млн пломб"
Есть еще одна разновидность контрольных устройств, которой занимаются обе компании,— это так называемые "индикаторы бережного обращения с продукцией". Их единственная функция — контролировать правильность обращения с продуктом, преимущественно во время транспортировки: соблюдался ли температурный режим, подвергался ли товар опрокидыванию или механическому воздействию (попросту, бросали ли его грузчики) и пр. Всего существует более 500 видов индикаторов.
       Елена Меланич: Подобные устройства позволяют уберечь компании от серьезных потерь (например, известно, что холодильники можно перевозить только в вертикальном положении, медицинские вакцины должны постоянно находиться в температурном режиме от +2° С до +8° C, при нарушении которого они могут стать опасными для здоровья, а продукты глубокой заморозки — не выше -18° C. При изменении температурного режима или механическом воздействии на коробку вследствие химической реакции меняется цвет индикатора. Правда, рынок подобных устройств пока крайне мал — об этом свидетельствует хотя бы то, что в мире их выпускает всего одна американская компания.
       Алексей Крылов: Мы предлагаем индикаторы бережного обращения скорее для ассортимента — их годовые продажи пока измеряются лишь тысячами, так что пока о серьезных оборотах речи нет. Что не так удивительно — даже мировой объем рынка индикаторов не превышает $5 млн.
       Впрочем, такая ситуация во многом повторяет трудности выхода на рынок самих пластиковых индикаторов — большинство потенциальных клиентов об этих устройствах пока просто не знает. А между тем их применение способно серьезно сократить потери при перевозках.
       Елена Меланич: У одного нашего клиента, поставляющего сканеры, был возврат до 15% из-за дефектов, проявляющихся при эксплуатации. Претензии к перевозчику предъявить без доказательств он не мог. Но после установки датчиков удара на коробки потери сократились до нуля, так как попросту перевозчик стал нести ответственность за сохранность груза.
       
Очень небольшой человек
       За подделку свинцовой пломбы (для этого необходимо заказать пломбиратор с гравировкой) возьмется любая граверная мастерская. Потребуется на это сутки и примерно 500 рублей. Подделать индикаторную пломбу или ЗПУ с индивидуальным номером, как уверяют эксперты, практически невозможно.
       Елена Меланич: Чтобы подделать одну единицу нашей продукции, потребуется вложить большие деньги в изготовление идентичной нашей пресс-формы, найти аналогичное оборудование, другими словами — вложиться в настоящее производство, что уже неоправданно хотя бы с финансовой точки зрения.
       Вскрыть пластиковую пломбу так же непросто.
       Владимир Беляев, руководитель лаборатории НИЦ ГУВО МВД: На самом деле, нет такого устройства, которое невозможно вскрыть. Весь вопрос во времени. Но при любом механическом воздействии на пластик или металл обязательно останутся следы.
       Владимир Синицын: В нашей практике подделки пластиковых пломб пока не встречались — для мошенников это слишком дорогое удовольствие. И если номер, выполненный с помощью тампопечати или струйного принтера, подделать еще возможно (есть растворители, смывающие краску), то нанесенное термотиснением или струйным маркером затереть нельзя никак. Есть соответствующие рекомендации МВД по нанесению номеров на контрольные устройства, и глубина рельефа букв должна быть не менее 0,2 мм. Я видел единственный раз, когда номер на пломбе был затерт и штампилером проставили новый, но это грубая подделка, видная невооруженным взглядом. Профессионалы-медвежатники утверждают, что нет такого замка, который невозможно вскрыть, и даже самые крутые сейфы должны выдерживать натиск не более 2,5 часов. Наши же силовые устройства должны выдерживать криминальное воздействие не менее чем один час. То есть на то, что бы их вскрыть, а потом замести следы такого вскрытия, требуется не меньше часа.
       На Руси печати и оттиски всегда доверяли на хранение духовным лицам — тем, кто по своему сану не мог ими воспользоваться в неблаговидных целях. И нередко матрицу хоронили вместе с прахом ее держателя, либо уничтожали прямо во время отпевания (именно поэтому их сохранилось не так много).
       Елена Меланич: По сути, мы должны для клиента стать таким же духовным лицом, гарантировав ему, что аналогичной пломбы никогда не появится. У нас были случаи, когда нам предлагали $10 тыс. за пломбу, цена которой десять рублей, но мы, конечно, отказывались. Выгода от подобной подмены вполне очевидна. Например, можно скрутить электрический счетчик, сэкономив большие деньги. А один обратившийся к нам перевозчик нефтепродуктов, установивший пломбы на цистерны, только за месяц снизил потери от воровства на 4 млн рублей. У нас в практике был еще один случай, показывающий, насколько пломба ценой в несколько рублей может быть рентабельна. К нам обратился владелец фирмы, у которого в фуре, следующей из Лондона с видеокамерами, начал пропадать товар, первый раз на $50 тыс., второй — на $90 тыс. Причем пломбы все на месте и вроде бы целые. Мы сделали экспертизу, и оказалось, что на самом деле пломбы не вскрывались. Тогда мы запросили у фирмы-производителя пломб оригинальные образцы, и оказалось, что те пломбы, с которыми в Москву приходила фура, не совпадали по типу с теми, которыми пользовалась транспортная компания. Оказалось, что мошенники подобрали пломбу с идентичными номером, выпущенную серийно и другим производителем; под Лондоном выгрузили товар, заново опечатав трейлер. Тип же пломбы просто ни в каких документах прописан не был. В результате всех этих доказательств страховая компания возместила владельцу груза весь убыток.
       Кстати, именно нефтепродукты и особенно дизельное топливо из цистерн — самые популярные до сих пор объекты хищений на железной дороге. Дело происходит ночью, в отстойниках на сортировочных станциях. И если наличие пломбы полностью не гарантирует сохранность груза, то, по крайней мере, серьезно осложняет работу злоумышленникам.
       Джалол Саттаров, генеральный директор торгового дома КЗМИ (Краснооктябрьского завода металлоизделий), поделился еще одним популярным способом воровства: Злоумышленники заранее делают пропил на ушке, в которое продевается тросик ЗПУ, люк открывается, за 40 минут накачиваются два-три "Камаза" дизтоплива (чтобы скачать 10 тонн, необходимо полчаса), затем трос запускается обратно, пропил заваривается холодной сваркой и все заливается гудроном. По моим данным, на одной дороге в месяц до 300-400 тыс. рублей получается убытков, всего дорог семнадцать.
       Например, в свое время на Украине местные умельцы подъезжали с погрузчиком к железнодорожному вагону с раздвигающимися дверями, отгибали направляющую, одновременно сдвигая обе двери вместе с нетронутой пломбой.
       Автоперевозчики то и дело страдают от грабителей, снимающих на сортировочных станциях с новых машин аккумуляторы и колеса, причем пломбы на сетках-автомобилевозах были целы. Оказалось, что в вагоне имеются технологические лючки, через которые с трудом, но все-таки пролезет небольшой человек.
       
На запоре
       В начале 90-х количество краж на железной дороге стремительно росло. Если в 1990 году МВД зафиксировало 37 180 случаев хищений, то в 1992 году — уже 61 368 (это пик). После того как две фирмы "Страж" и "Энергет и Ко" начали выпуск ЗПУ, по сути создав рынок (до этого вагоны комплектовали закрутками и свинцовыми пломбами), хищения резко пошли на спад. Как утверждают специалисты, благодаря налаженному контролю. В 1995 году было зафиксировано уже 14 164 случаев хищений, а в 1999 году всего 3353.
       Правда, по некоторым данным, кривая хищений из вагонов в последние два года пошла вверх. Как предположил один из собеседников "Денег", это связано с ликвидацией так называемых ПКО (пунктов коммерческого осмотра), ранее находившихся на большинстве сортировочных станций,— специальных подразделений в рамках грузовых служб, занимавшихся контролем сохранности грузов во время перевозки, в том числе наличием ЗПУ в процессе следования. В тех же целях экономии сократилось и численность военизированной охраны. Как предположил один из собеседников "Денег", "может, люди, которые оказались без дела, и при этом всю жизнь работали на дороге, просто не хотят с нее уходить". В отличие от рынка пластиковых индикаторов, рынок ЗПУ уже сложился, и на нем царит жесткая конкуренция, в основном на административном уровне. Все это только из-за того, что 95% всех производимых в России ЗПУ потребляет один заказчик — ОАО РЖД, запечатывая ими свои вагоны.
       Джалол Саттаров: Запорно-пломбировочные устройства МПС (ныне ОАО РЖД.— "Деньги") начало использовать 10-12 лет назад, до этого применялись простые закрутки со свинцом. В общей сложности, по моим данным, ежегодно РЖД требуется порядка 12-14 млн штук ЗПУ.
       При средней цене одного изделия в $2-3 нетрудно подсчитать емкость рынка: $30-40 млн, за которые сражаются всего три компании — "Страж", "Энергет и Ко" и КРЗИ (с Нового года к ним присоединится четвертая — "Транспломбир").
       Владимир Синицын: По нашим оценкам, рынок ЗПУ поделен в такой пропорции: 50% ЗПУ производим мы (ежемесячно 400 тыс. штук), 40% — "Энергет и Ко", 10% — КЗМИ. Конкуренция особенно возросла три года назад, когда на рынок вышел новый игрок — КЗМИ.
       Конкуренция только возрастет, если, предположительно с Нового года, на рынок выйдет компания "Транспломбир". Сейчас ее 2,5 тыс. изделий завершают опытные испытания на железной дороге, а с декабря должны поступить в эксплуатацию.
       Владимир Синицын: Технология утверждения ЗПУ в РЖД такая: сначала в департамент грузоперевозок подается заявка, в Институте железнодорожного транспорта проводят лабораторные испытания (на разрыв, удар, удлинение петли при максимальной нагрузке). Если пломба все испытания выдержала, согласно "Техническим требованиям на запорно-пломбировочные устройства", ее отправляют на натурные испытания на одну из сортировочных станций Москвы, где сами работники оценивают, насколько удобно ее навешивать или снимать с дверей вагона. Затем кто-то из экспертов (из МВД или конкурирующей фирмы) подходит к этой пломбе под видом медвежатника, пытаясь с нею разобраться, что обычно ему не удается. И только после этого начинается опытная эксплуатация, в ходе которой компания-производитель на пять различных железных дорог бесплатно поставляет по 500 пломб. Все испытания могут занять от полугода до года.
       Виктор Паньков, генеральный директор "Транспломбир": Наша компания была образована летом 2002 года, так что мы сразу приступили к разработке этой пломбы. И только этой зимой введем ее в эксплуатацию. Если нам в ближайшее время удастся занять 5-10% рынка, потеснив остальных, это уже будет достижение.
       У КРЗИ, основанного в 1998 году, опытные испытания закончились только в 2001 году.
       Впрочем, даже удачное завершение испытаний вовсе не гарантирует, что РЖД закупит данные устройства. Рынок этот закрытый, и, как откровенно высказался один из его участников, "чужие здесь не ходят". Испытания испытаниями, но без серьезного лоббизма в ОАО РЖД выйти на этот рынок невозможно (например, в создании "Энергет" принимали участие выходцы из структур МПС, в "Транспломбире" один из совладельцев в прошлом занимал должность замминистра МПС, а в руководстве "Стража" все бывшие сотрудники ФСБ на пенсии). Именно по этой причине, как утверждают в "Брукс ЛМ", их пломбы на железной дороге отсутствуют.
       Но, возможно, конкуренция за рынок минимум в $30 млн уже перешла в стадию войны с первыми жертвами со стороны нового игрока — "Транспломбира". 24 декабря прошлого года ушел с работы и пропал Виктор Рожков, занимавшийся в компании внешнеэкономическими вопросами, а в феврале был найден убитым Олег Лаженцев, разрабатывавший ранее пломбы для других участников рынка. Связано это с их профессиональной деятельностью или нет, участники рынка не комментируют. Следствие идет.
ДМИТРИЙ ТИХОМИРОВ
       

Тэги:

Обсудить: (0)

Комментировать

Наглядно

валютный прогноз

Социальные сети

обсуждение