обозреватель
Мои знакомые часто спрашивают меня, почему "Коммерсантъ" так много пишет о США — неужели нас так уж волнует судьба кота Сокса и лабрадора Бадди (сиречь домашние животные бывшей первой леди США Хиллари Клинтон и ее мужа Билла). Честно говоря, я долго не знал, что на это ответить.
Но события последних трех-четырех лет заставили меня не просто понять, но всем нутром прочувствовать в общем-то банальную истину: в современном мире, в котором — хотим мы этого или нет — установилась гегемония одной супердержавы, любая новость, приходящая из Вашингтона, на самом деле является не заморской экзотикой, а столь же жизненной и насущной для каждого из нас, как дело ЮКОСа или протечка канализации у соседа сверху.
Взять хотя бы Ирак. До свержения режима Саддама Хусейна казалось, что нет у США лучшего друга ("бадди", как говорят американцы), чем Ахмад Чалаби. И уж совсем несомненным представлялось то, что именно ему предстоит возглавить страну, когда ее освободят доблестные американские морпехи. И вот нате вам — какой конфуз! Господина Чалаби не то что не назначили новым всенародно избранным главой Ирака, но еще и обвинили в шпионаже в пользу Ирана. С чего бы это?
А все объясняется просто. Ахмад Чалаби просто попал в жернова разборок между Пентагоном и ЦРУ. Как говорится, паны дерутся... И вроде бы все разрешилось: два месяца назад директор ЦРУ Джордж Тенет ушел в отставку, и глава Пентагона Дональд Рамсфельд мог, казалось, праздновать победу, а заодно и обеспечить мало-мальское спокойствие своему ставленнику Ахмаду Чалаби. Но ведь суть дела в том, что имена господ Рамсфельда и Тенета (как и экс-президентского лабрадора) вполне можно писать с маленькой буквы: они давно обозначают не конкретных людей, а определенные функции. А борьба этих функций — военных и разведки — вечна.
Но соперничество военных и гражданских спецслужб в Великобритании, России или Ботсване ограничивается пространством каждой из названных стран, а если и выплескивается за их пределы (см. книги Джона Ле Карре), то затрагивает только непосредственных участников игры. Зато когда в аналогичные игры начинают играть в Вашингтоне, то тут уж приходится ждать эха в любом уголке мира. Причем эха, многократно усиленного в результате эффекта резонанса.
И нынешнюю суету вокруг дяди Чалаби и его племянника я не могу рассматривать иначе, как отражение событий, происходящих за тысячи километров от Ирака, Ирана и всего театра военных действий, освещенного софитами мировых СМИ. Чалаби, Садр, Аллауи, Заркави — все это куклы, по телодвижениям которых мы можем только смутно догадываться о движениях кукловодов, а уж делать предположения об их истинных намерениях — вряд ли. И пока в мире сохраняется гегемония супердержавы, присвоившей себе среди прочего право решать, что именно вынести на всеобщее обозрение, а что скрыть от посторонних глаз, ситуация не изменится.
Так что не пренебрегайте новостями о Соксе и Бадди. Кто знает, как аукнется в вашей судьбе ссора этих милых животных.