Меньше съешь, больше спрячешь
Ненаблюдаемые доходы граждан идут в гору
Данные Росстата о состоянии частного спроса и доходов граждан во втором квартале 2021 года нестандартны. Темпы прироста потребительских расходов граждан снижались, этому соответствует и динамика реальных зарплат. Доходы при этом демонстрировали бурный рост — главным образом в их «ненаблюдаемой» части, в которой, в том числе, скрыты теневые доходы и поступления от частных инвестиций.
Июньские показатели доходов граждан выросли в основном за счет тех статей, о которых предпочитают мало говорить
Фото: Дмитрий Лебедев, Коммерсантъ / купить фото
Июньские показатели доходов граждан выросли в основном за счет тех статей, о которых предпочитают мало говорить
Фото: Дмитрий Лебедев, Коммерсантъ / купить фото
Хотя сравнение основных макроэкономических показателей в терминах «год к году» все еще не имеет большого смысла из-за значительного эффекта базы, данные Росстата (.pdf) о состоянии реальных располагаемых доходов граждан во втором квартале 2021 года выглядят позитивно — даже не учитывая то, что оценка их снижения за 2020 год была понижена на 0,4 процентного пункта, до 2,8%. К соответствующему периоду 2019 года показатель, сообщили “Ъ” в статслужбе, замедлил снижение вдвое — с 1,8% в первом квартале до 0,9% во втором квартале. С учетом же сезонности, по оценке ЦМАКП, за последние шесть кварталов реальные располагаемые доходы квартал к кварталу снижались на 0,5% в первом и на 4,5% во втором кварталах 2020 года; росли на 1,2% в третьем и на 1,8% — в четвертом кварталах 2020 года; стагнировали в первом квартале 2021 года. Во втором квартале произошло то, чего не ожидалось,— они подскочили на 3,5%.
Рост доходов во втором квартале невозможно объяснить динамикой реальной зарплаты (доля ФОТ в структуре доходов второго квартала 2021 года — практически 60%): она ухудшалась и в годовом выражении, внутри года темпы ее снижения с учетом сезонности лишь немного замедлились — с 1% в среднем за месяц в первом квартале до 0,6% в апреле-мае, это оценка ЦМАКП. О том же могут также свидетельствовать заметное снижение потребительских настроений граждан и падение выпуска потребительских товаров в июле (см. “Ъ” от 23 июля), а также фактическая динамика частного потребления. Она, по данным Росстата, также ухудшалась в июне «год к году», а по оценкам ЦМАКП, прирост потребительских расходов (сумма покупки товаров, оплаты услуг и общепита) с учетом сезонности замедлился с 1,9% за первый квартал до 1% за второй квартал и порядка минус 0,8% в мае-июне 2021 года, даже несмотря на стабильно высокий рост частного банковского кредитования. Отметим также, что весенне-летний всплеск инфляции в статистике Росстата почти не отражается в реальных показателях, а в статистике ЦБ нет данных о резких скачках нормы сбережений.
Июньские данные о потреблении могут быть другими, но пока единственным объяснением подскока реальных располагаемых доходов во втором квартале на фоне заметно снижающихся социальных трансфертов, слабого восстановления предпринимательских доходов и зарплат являются ненаблюдаемые доходы.
Доля их выросла до 11,6% во втором квартале 2021 года с 10% год назад (отметим, что повышение оценки динамики реальных располагаемых доходов за 2020 год связывалось также с ними). В ненаблюдаемых доходах — не только теневые поступления, но и доходы, полученные от инвестиций, в том числе в иностранные финансовые инструменты, про методику оценки их в Росстате мало что известно. Суммы могут быть велики: так, Игорь Поляков из ЦМАКП считает, что объем вложений в такие инструменты мог составлять до 1 трлн руб. в 2020 году и 0,5–0,6 трлн руб. за первые полгода 2021 года. В любом случае, вклад доходов богатейших домохозяйств в этот эффект, видимо, велик, и он наблюдается на фоне некоторого увеличения расслоения граждан по доходам. Если по итогам первого полугодия 2021 года на долю 10% наиболее обеспеченных домохозяйств приходилось 29,5% общей суммы денежных доходов, год назад — 28,9%.
Что в это же время происходило с реальными зарплатами
Непрерывный прирост реальных зарплат наблюдался в феврале—апреле, а в мае в силу заметной календарности и новой волны ограничений произошел провал — в 1,9%. Оценки Минэкономики с учетом сезонности схожи. Отмечая, что частный спрос остается основным драйвером восстановления ВВП, в министерстве обнаруживают снижение реальных зарплат на 0,6% за первый квартал и 0,4% снижения за апрель—май 2021 года. И, хотя по данным Росстата безработица в июне снизилась до 4,8% с 5,8% в январе 2021 года, а Минтруд сообщил, что число зарегистрированных безработных в июне было, соответственно, ниже на 60% — доля ФОТ в структуре доходов по сравнению с первым во втором квартале 2021 года уменьшилась на 4,3%. Это может свидетельствовать о продолжающемся ухудшении динамики зарплат.