Санкционные войны считать объявленными

Валдайский клуб подготовил обзор современного противостояния США и Китая

Вашингтон и Пекин — лидеры двух лагерей новой холодной войны. Насколько необратимо их противостояние? Как далеко оно может зайти? Почему конфронтация так резко обострилась в последнее время? Ответам на эти вопросы посвящен новый доклад дискуссионного клуба «Валдай», выпущенный к сессии «Риски санкций для мировой финансовой системы и международного бизнеса», которая состоится в рамках деловой программы Петербургского международного экономического форума—2021.

Фото: AP

Фото: AP

Противостояние США и СССР осталось в прошлом. Новая война хоть и холодная, но не совсем похожа на конкуренцию Москвы и Вашингтона — такой вывод следует из доклада Валдайского клуба. По версии авторов, основных отличий три: во-первых, Китай не идет на открытое противостояние, чего не стеснялся делать СССР в годы Холодной войны. Во-вторых, Китай в отличие от советской России не заинтересован в экспорте своей идеологической модели. В-третьих, нет и идеологических коалиций: ЕС хоть и поддерживает США, но ввязываться в противостояние не намерен, Китай также не сформировал свою «ось влияния».

Для описания новой холодной войны Валдайский клуб решил сосредоточиться на анализе ситуации, как она видится из двух противостоящих лагерей — американского и китайского. Этим занялись заместитель директора Центра комплексных европейских и международных исследований НИУ ВШЭ Василий Кашин и программный директор международного дискуссионного клуба «Валдай» Иван Тимофеев.

Авторы описывают многолетнюю историю взаимодействия США и КНР, отмечая его современное состояние, характеризующееся тем, что стороны являются друг для друга важными торговыми партнерами и одновременно политическими конкурентами.

«Сбалансированный подход США к КНР резко сместился после прихода к власти Дональда Трампа. Сдвиг в сторону конфронтации хорошо прослеживается в стратегии национальной безопасности США 2017 года. Китай позиционируется в качестве угрозы, сходной или стоящей в одном ряду с Россией. Обе страны характеризуются как ревизионистские державы, политика которых прямо противоположна американским интересам и ценностям»,— указывают авторы.

Подчеркивается, что с того же 2017 года политический режим Китая стал рассматриваться как модель, которую страна пытается навязать другим государствам, а инфраструктурные проекты стали толковаться инструментами проецирования влияния.

Положения стратегии 2017 года, говорится в докладе, были закреплены в 2020 году в документе «Стратегический подход США к КНР». В нем указано, что спустя 40 лет после установления дипотношений Америка расстается с идеей демократизации КНР и полагает, что страна стала угрозой экономике, безопасности, ценностям и лидерству США, и потому Вашингтону требуется реалистичная политика в духе соперничества великих держав.

«Она должна предполагать давление на Китай и его сдерживание с целью обеспечения процветания США, защиты государства, обеспечения мира с опорой на силу, а также продвижение американского влияния в мире. При этом конкуренция не должна переходить опасных рамок и не превращаться в конфронтацию или открытый конфликт»,— сообщается в материале. Авторы также обращают внимание на то, что документ формулирует и претензии к Китаю.

  • Во-первых, КНР обвиняют в нечестной конкуренции с рыночными государствами с применением нерыночных методов.
  • Во-вторых, Пекин с точки зрения Вашингтона бросает вызов американским ценностям.
  • В-третьих, Китай стал мощной военной державой и представляет собой угрозу безопасности США.

В этой связи предлагаются решительные меры, призванные сохранить лидерство США и не позволить Китаю перехватить его. Работа идет по четырем направлениям: торговому, санкционному, идеологическому и военно-политическому (включающему аспект прав человека, к которому затем добавился и аспект «коронавирусный»).

Авторы также указывают на примечательное обстоятельство: динамика американо-китайских отношений в военной области долгое время полностью не совпадала в этой динамикой в области экономики и политики. «Рост китайско-американской военной напряженности — длительный, постепенный и неуклонный процесс, прослеживаемый по крайней мере с конца 1990-х годов и развивавшийся долгое время на фоне бурного прогресса в экономических связях двух стран и относительной стабильности в их политическом взаимодействии»,— говорится в докладе. Отправной точкой авторы называют «Инцидент 85» — авиаудар сил США по посольству КНР в Белграде 7 мая 1999 года, приведший к гибели троих и ранению 27 человек. США признали ошибку, извинились и выплатили компенсации, которые Китай принял, однако именно тогда началось переформатирование отношений Вашингтона и Пекина в области безопасности.

За более чем два десятилетия с того момента Китай превратился в великую военно-промышленную державу, достиг высокого уровня самообеспечения военной техникой и провел анализ американской военной мысли, необходимый для нейтрализации преимуществ США. Сами США, после терактов 11 сентября 2001 года переключившиеся на войну с террором, к президентству Барака Обамы переориентировались на сдерживание Китая.

В целом усилия США по сдерживанию КНР в военной сфере пока не могут быть признаны успешными. США не удается нащупать асимметричные шаги, которые позволили бы в полной мере восстановить превосходство их вооруженных сил над Народной освободительной армией Китая.

Несмотря на развертывание полномасштабной санкционной войны против КНР, США сами не демонстрируют способности к длительной реализации комплексных планов развития перспективных военных технологий — в отличие от КНР. Отношения с союзниками и партнерами ослаблены, авторитет американской внешней политики в Индо-Тихоокеанском регионе подорван, в том числе из-за нарушения ее преемственности при Трампе и хронической американской внутренней неразберихи. США по-прежнему придется решать проблему снижения вовлеченности в конфликты за пределами Индо-Тихоокеанского региона с целью концентрации сил против Китая, резюмируют авторы, подчеркивая, что противостояние будет долгим, а исход его пока не ясен.

Что касается китайского взгляда на проблему, то для Пекина, по словам авторов доклада, переход США к политике жесткого сдерживания стал шоком.

«Китайская внешняя политика и кадры, обеспечивавшие ее, формировались на протяжении более чем тридцати лет (с момента окончательной нормализации отношений с СССР в 1989-м) мирного развития в крайне благоприятных внешних условиях, позволявших целиком сосредоточиться на интересах модернизации и экономического роста. В этот период выработался своеобразный стиль китайской внешней политики — крайне осторожной, направленной на постепенное усиление собственных позиций, уклонение от лидерства»,— указывают авторы. Они отмечают, что внешняя политика КНР была пассивной во всех сферах, не затрагивающих коренные интересы: независимость, территориальная целостность и политическая система КНР, а также важнейшие интересы экономического развития Китая.

Поэтому инициатива обострения до определенного момента каждый раз лежала на американской стороне. Здесь авторы выделяют речь госсекретаря США Майка Помпео в Никсоновской библиотеке 23 июля 2020 года. «Речь Помпео обозначила в качестве причины проблем в американо-китайских отношениях природу китайской политической системы как марксистско-ленинского режима, возглавляемого КПК». С точки зрения Помпео, характер китайского режима обуславливает стремление КНР к мировой гегемонии и вмешательству во внутренние дела других стран, превращая Китай в угрозу американским "свободам". Речь, таким образом, идет о смене китайского режима, что делает компромисс труднодостижимым»,— говорится в докладе.

Своеобразным ответом стала речь председателя КНР Си Цзиньпина, произнесенная им 3 сентября 2020 года в связи с 75-й годовщиной победы над Японией 3 сентября 2020 года. Суть может быть сведена к формуле пяти «никогда не соглашайся».

  • Китайский народ никогда не согласится с попытками каких-либо сил или лиц очернить историю КПК, исказить ее суть и ее цели.
  • Китайский народ никогда не согласится с попытками каких-либо сил или лиц исказить или изменить путь построения социализма с китайской спецификой, отрицать или опорочить великие достижения китайского народа в строительстве социализма.
  • Китайский народ никогда не согласится с попытками каких-либо сил или лиц расколоть или противопоставить друг другу народ и КПК.
  • Китайский народ никогда не согласится с попытками каких-либо сил или лиц путем запугивания навязать Китаю свою волю, изменить направление его развития и воспрепятствовать усилиям китайского народа по улучшению своей жизни.
  • Китайский народ никогда не согласится с попытками каких-либо сил или лиц подорвать интересы мирной жизни и развития китайского народа, попытками нарушить контакты и сотрудничество между китайским народом и народами других стран, нанести ущерб благородному делу мира и развития человечества.

В этих условиях был провозглашена стратегия «двойной циркуляции», предполагающей развитие внутреннего спроса и импортозамещение (внутренняя циркуляция) при сохранении вспомогательной, хотя и важной роли «внешней циркуляции» — участия в международной системе хозяйственных связей. Предполагается, что «внутренняя» и «внешняя» циркуляции должны поддерживать друг друга.

Реализуемый курс должен обеспечить устойчивость и социально-политическую стабильность в новых условиях. Сохранение качества и темпов экономического роста планируется достигать в том числе и за счет проведения активной промышленной и инновационной политики.

«Вероятно, что в ближайшем будущем китайская политика на американском направлении будет дополнительно скорректирована в зависимости от нескольких факторов. Среди них — параметры выхода США из экономического кризиса, вызванного пандемией коронавируса, глубина сохраняющегося политического раскола американского общества, способность администрации Байдена проводить целенаправленную внутреннюю и внешнюю политику и вернуть влияние на европейских и азиатских союзников. В зависимости от успехов США в данных областях китайская стратегия нового противостояния сверхдержав может обрести окончательные очертания к концу текущего года»,— резюмируют составители.

В заключение они отмечают, что Китай усиливает оборонный и промышленный потенциал, расширяет действие санкций и последовательно продвигает свой курс, однако активно избегает вовлечения в открытую холодную войну. «В Пекине, судя по всему, не горят желанием брать на себя роль Советского Союза эпохи биполярности ХХ века. Китай получает немало выгод в глобальной экономике, несмотря на ее растущую политизацию. Кроме того, в мире найдется не так много стран, которые хотели бы поставить себя в ситуацию выбора между США и Китаем. Для многих это будет означать утрату маневра и возможностей многовекторной политики. Запрос на новую биполярность пока не сформировался. Практически все игроки будут исходить из того, что их отношения выстраиваются во враждебных условиях, что потребует готовности к самым худшим сценариям»,— подводят итог эксперты Валдайского клуба.

Подготовил Алексей Наумов

Картина дня

Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...