дело о пожаре
В Советском районном суде Махачкалы начался процесс по делу о пожаре в школе-интернате для глухих детей. Директор интерната и его заместитель обвиняются в нарушении правил пожарной безопасности, приведшем к гибели 30 детей.
Пожар случился год назад в ночь с 9 на 10 апреля. Причиной возгорания стал электрочайник, который дети включили в коридоре актового зала (в спальнях розеток не было). В ту ночь из-за сильного ветра были перебои с электричеством, и, видимо, про чайник забыли. Огонь из актового зала перекинулся в спальни, 28 мальчиков погибли от огня и отравления ядовитым дымом, еще двое позднее скончались в больнице.
Во вторник гособвинитель Усман Мурадов зачитал обвинительное заключение. Директор школы Раиса Загидова и ее заместитель по хозяйственной части Магомедкамиль Гаджимагомедов обвиняются в том, что не устранили нарушения, которые выявила проверка противопожарной безопасности еще в ноябре 2002 года. В частности, в здании не было пожарной сигнализации и первичных средств пожаротушения, чердак не обработали огнезащитным составом, на втором этаже, где находились спальни, не было второго эвакуационного выхода, телефон в сторожевой комнате не работал и т. д. Кроме того, в интернате не было плана эвакуации, с работниками и детьми не проводились соответствующие инструктажи и занятия.
Выслушав прокурора, суд приступил к допросу потерпевших. Родители погибших детей не могли сдержать гнева. В адрес директора и ее адвоката слышались не только упреки, но и угрозы.
Вчера еще до начала заседания в коридоре суда разгорелась жаркая дискуссия. Родители набросились на Раису Загидову с обвинениями: "Дети у вас голодали, поэтому и чай по ночам пили, одну буханку на двадцать долек делили... Если бы вы двери не запирали, наши дети могли бы спастись". "Группа поддержки" директора, в которой, кстати, была и мать одного из учеников интерната, отвечала: "Но не она же спичку поднесла". И директор, и родители были в слезах.
Зал суда был заполнен до отказа. Несмотря на предупреждения судьи Гасанкади Джунайдиева, люди позволяли себе выкрики с мест. Председатель дагестанского отделения Всероссийского общества глухих Айша Магомедова взяла на себя роль переводчицы, чтобы глухие, сидящие в зале, могли следить за ходом судебного следствия. Из допросов потерпевших следовало, что дети в интернате жили в ужасных условиях: кормили их плохо, некоторые классы целыми днями не выходили на прогулку, после ухода воспитателей няни запирали их в спальнях, дети не могли даже пойти в туалет, в комнатах для этих нужд стояли ведра. По словам родителей, когда они забирали детей домой, они были грязными: в школе их не купали и не переодевали, заболевшим даже не давали лекарства. "Гитлер так с детьми не обращался, как в этом интернате",— сказал один из потерпевших, потерявший во время пожара внука. Родители рассказали, что ежемесячно получали список того, что должны были привезти в школу: ручки, тетради, полотенца, мыло, порошок... Кроме того, они привозили детям продукты, теплые одеяла, платили за охрану, которую почему-то уволили.
— Я своего сына-второклассника, можно сказать, насильно туда возил, он не хотел там оставаться,— рассказывал Магомед Омаров из Новолакского района.— Он жил там, как в тюрьме. На обед одна капуста, их кормили, как зэков. По вечерам их, как стадо баранов, загоняли в клетки и оставляли без присмотра. В тот день я был в Махачкале, устраивался на работу, вечером хотел забрать сына с собой, пришел, но дверь была заперта. Минут десять-пятнадцать стучал, мне никто не открыл, потому что никого не было, так я и уехал один. Если б тогда мне дали забрать ребенка, он бы жив остался!
— Почему же вы раньше, до пожара, не жаловались в вышестоящие инстанции? — спросила адвокат Светлана Острикова.
— После этого моему сыну было бы еще хуже.
— Я однажды ночевала в интернате и поняла, в каких условиях живут мои дети,— рассказала другая потерпевшая, Альпият Атаева.— Хотела их забрать оттуда. Но все-таки оставила, чтобы учились. Учителя там хорошие, мы им благодарны.
Ее поддержали и другие родители. Не было у выступавших претензий и к заму по хозяйственной части, сидевшему на скамье подсудимых. Зато многие винили нянек, которые, по словам родителей, сами не пострадали и не спасли ни одного ребенка. Кроме того, звучали предположения, что кто-то хорошо нажился на этом пожаре. "На горе детей они получили миллиарды из-за границы, и где они теперь? Это дело надо направить на новое расследование",— заявил один из потерпевших.
Ъ будет следить за процессом.
ЮЛИЯ Ъ-РЫБИНА, Махачкала