Коротко

Новости

Подробно

Сыщики потеряли афганский след

В деле о взрыве на Вавилова стало меньше подозреваемых

Газета "Коммерсантъ" от , стр. 6

расследование



На месте убийства главы рекламной фирмы NFQ Бориса Гольдмана (см. Ъ за 13 и 14 апреля) были задержаны подозреваемые. Причем не один, как сообщили вчера некоторые СМИ, а с десяток. Эти люди — водители и пассажиры оказавшихся рядом со взорванной Volvo автомобилей — сами дожидались милиционеров, чтобы получить от них справки о причиненном ущербе, но вместо справок их пригласили на допрос в ближайший отдел милиции. После беседы подозреваемые стали свидетелями. С подробностями — СЕРГЕЙ Ъ-ДЮПИН.
       Взрывная волна от кумулятивной бомбы, брошенной мотоциклистом на крышу бронированной Volvo Бориса Гольдмана, достала не только сидевших в лимузине, но и всех тех, кто находился в десятиметровой зоне от эпицентра. 24-летний киллер Максим Коньков погиб на месте, пассажира и водителя оказавшегося ближе всех к Volvo ВАЗ-2104 пришлось госпитализировать с ожогами и контузиями. Кроме того, осколками стекол легко поранило грузина, сидевшего в Dodge Grand Caravan, трех пассажиров ВАЗ-21099, таксиста и еще нескольких водителей и прохожих.
       Все эти люди отделались синяками и царапинами. Госпитализация никому из них не требовалась. Неудивительно, что сразу после взрыва свидетели-пешеходы, смазав раны зеленкой, поторопились убраться подальше от опасного места. Очевидцам же из числа участников дорожного движения пришлось дожидаться милиционеров — им нужно было получить справки об ущербе, причиненном их автомобилям.
       "Я стоял на светофоре вторым, как раз перед Volvo,— рассказал Ъ водитель ВАЗ-21099 зампред Ассоциации DVD-издателей Владимир Мамуркин.— Только зажегся зеленый, я тронулся, и в этот момент сзади рвануло. Взрыв был такой силы, что моя машина аж подпрыгнула всеми четырьмя колесами. Мы все, к счастью, отделались царапинами, а вот моей 'девяносто девятой' досталось здорово: взрывной волной выбило почти все стекла, снесло задние фонари, оторвало даже плафон освещения внутри салона. Но самое главное — нам в зад влетело тяжеленное, сантиметра четыре толщиной лобовое стекло Volvo, которое смяло багажник и повредило задние стойки".
       В тот день 39-летний господин Мамуркин, офис которого находится на Нижней Масловке, взялся после работы завезти домой на Юго-Запад юриста ассоциации Михаила Жарова. По дороге зампред захватил и свою девушку, живущую в районе станции метро "Академическая", c которой в тот вечер обещал сходить в ресторан. Таким образом на роковом перекрестке улиц Вавилова и Дмитрия Ульянова они оказались втроем — водитель Мамуркин с подругой сидели впереди, а пассажир Жаров — сзади.
       "Когда я выскочил из машины, из развороченной крыши Volvo вырывались небольшие язычки пламени,— вспоминает Михаил Жаров.— Рядом с лимузином лежали два человека — мотоциклист в шлеме и, видимо, охранник, которого выбросило из салона. Мне показалось, что оба они были уже мертвыми. Я бросился к нашему автомобилю, чтобы взять огнетушитель, но багажник заклинило от удара. Вытащить баллон мне так и не удалось — к Volvo подбежал с огнетушителем другой водитель, и в этот момент салон лимузина и два оставшихся в нем трупа вспыхнули. Видимо, воспламенилось топливо в бензобаке, и подойти к лимузину стало невозможно. Тем временем охранники Гольдмана из стоящего сзади джипа стали оттаскивать от пожарища тело своего коллеги. Кто-то из водителей в это время попытался поднять мотоциклиста, но секьюрити тут же закричали: 'Не трогай его! Это же киллер. У него может быть еще одна бомба'".
       Убедившись в том, что помочь никому из пассажиров Volvo они уже не могут, Владимир, Михаил и другие водители сдвинули свои машины к тротуару, чтобы пропустить к месту происшествия пожарных, а сами встали кучкой дожидаться милиционеров. "Конечно, понимали, что оперативникам понадобятся наши свидетельские показания,— говорит бывший милиционер Жаров.— Кроме того, и повреждения нашего автомобиля нужно было зарегистрировать".
       Примчавшиеся оперативники, правда, к материальной стороне дела интереса не проявили. "ДТП ведь не было,— объяснили они водителям.— Поэтому и говорить не о чем. Разбирайтесь со своими страховщиками". Зато все водители и пассажиры разбитых автомобилей тут же попали в категорию подозреваемых. Их самих и их автомобили сначала основательно досмотрели на предмет наличия средств радиосвязи. Обнаружив рацию в кармане киллера-мотоциклиста, оперативники, видимо, рассчитывали найти среди собравшихся водителей его сообщника-связного, но так и не нашли. Затем, уже в ОВД "Академический", все подозреваемые были "пробиты" через картотеки, допрошены и отпущены — преступников среди них не оказалось. Проблемы возникли только у Владимира Мамуркина.
       Дело в том, что десять лет назад зампред ассоциации оказался замешан в другом резонансном преступлении — убийстве тогдашнего председателя Российского фонда инвалидов войны в Афганистане Михаила Лиходея. Бывший десантник Мамуркин, по версии следствия, тогда помог киллерам раздобыть взрывчатку. Не отрицает этого и сам Владимир. Его роль в этом преступлении сочли второстепенной, десантника, отсидевшего 15 месяцев под следствием, от уголовной ответственности освободили, но господина Мамуркина навсегда запомнили работавшие с ним тогда оперативники бывшего 6-го, "взрывного" отдела МУРа. Эти же самые люди приехали и на тройное убийство, совершенное на улице Вавилова. Можно себе представить, как обрадовались сыщики, застигнув на месте преступления своего старого, "недопосаженного" клиента.
       В прессу тут же просочились слухи об "афганской бригаде киллеров", вторгшейся на рекламный рынок столицы, и ее лидере-координаторе Мамуркине, "оказавшемся в руках у правоохранительных органов лишь по роковому стечению обстоятельств". Зампреду даже приписали "радиостанцию Kenwood", настроенную на одинаковую частоту с аналогичным средством связи, обнаруженным у киллера.
       Неудивительно, что к Владимиру Мамуркину старые знакомые отнеслись с особым пристрастием — его обыскали по полной программе, "пробили" через все существующие базы, потребовали рассказать с точностью до минуты о том, где и с кем он находился в день убийства, а напоследок даже сделали смывы с рук бизнесмена для последующего анализа на предмет наличия частиц взрывчатки. Досмотр автомобиля господина Мамуркина и вовсе затянулся почти на сутки. Задерживать бизнесмена, правда, не стали, но из разряда подозреваемых в свидетели он был официально переведен только на следующий после убийства день — когда были завершены все досмотры и получены результаты всех экспертиз. Теперь если ему и придется прийти на допрос в прокуратуру, то в качестве свидетеля.
       "Ни я, ни мои спутники вообще никогда не пересекались ни с убитым бизнесменом Гольдманом, ни с киллером Коньковым,— заявил Ъ господин Мамуркин.— Просто так неудачно для меня сложились обстоятельства — оказался в 'нужный' момент в 'нужном' месте". Впрочем, на оперативников и следователей зампред ассоциации не в обиде: "Это их работа".
Комментарии
Профиль пользователя