Коротко

Новости

Подробно

2

Фото: Reuters

Война и деньги

Сколько стоят военные действия в современном мире

"Деньги". Приложение от , стр. 16

Международная консалтинговая компания McKinsey недавно опубликовала доклад «Risk, Resilience, and Rebalancing in Global Value Chains» («Риск, устойчивость и восстановление равновесия в глобальных цепочках создания стоимости»). В докладе приведена денежная оценка шоков, вызываемых различными серьезными событиями. Ущерб от пандемии оценивается в $30 трлн, ядерная война — в $15 трлн, экономический кризис — в $10 трлн, масштабная кибератака — в $1 трлн, а локальный военный конфликт — «всего» в $90 млрд. Мировая война у McKinsey в два раза «дешевле» пандемии. Но у войны свои экономика, цели, поводы и последствия. Сколько же стоят вооруженные конфликты в современном мире и как это влияет на экономику?


«Для войны нужны три вещи: во-первых, деньги, во-вторых, деньги и, в-третьих, деньги».

Джан Джакомо Тривульцио (1440–1518), итальянский кондотьер и маршал Франции.

По данным Стокгольмского международного института исследования проблем мира (SIPRI), мировые военные расходы в 2019 году выросли до $1917 млрд. Военные расходы увеличились на 3,6% по сравнению с 2018 годом — наибольший годовой прирост с 2010 года. США, Китай, Индия, Россия и Саудовская Аравия вошли в первую пятерку стран с крупнейшими военными расходами в мире. На них приходилось 62% мировых военных расходов.



Генеральный директор УК «Спутник — Управление капиталом» Александр Лосев

Генеральный директор УК «Спутник — Управление капиталом» Александр Лосев

«Риск ядерных конфликтов возрастает обратно пропорционально влиянию США в мире»,— указал в недавнем докладе о сценариях будущего противостояния США и Китая самый влиятельный аналитический центр США The Center for Strategic and International Studies (Центр стратегических и международных исследований в Вашингтоне).

Мир меняется на глазах. Глобальный кризис, вызванный пандемией коронавируса, прерывает очень многие геоэкономические процессы предыдущих десятилетий. На смену периоду относительного процветания, глобализации по-американски и господству неолиберальной доктрины приходят жесткий неомеркантилизм и протекционизм наподобие того, что было перед Первой мировой войной.

Мир готов рассыпаться на макрорегионы, валютные и торговые зоны. Начинается эпоха нового беспорядка, которая может продлиться свыше десяти лет, что увеличивает риски новых военных конфликтов и раздувает огонь старых противоречий. Происходит эрозия международных норм и договоров, ограничивающих применение тактического ядерного оружия.

Искусственный интеллект рассматривается как новый класс разрушительных технологий. Порог применения военной силы снижается.

Булгаковская Маргарита заметила бы сейчас, как на глобусе Воланда наливаются огнем Закавказье и Ливия, Йемен, Афганистан, Донбасс…

Стоимость недавних войн


Проводя финансовую оценку, необходимо различать непосредственно стоимость войн и статьи расходов на оборону, которые включают оборонные бюджеты и прямые военные ассигнования, увеличение бюджета национальной безопасности, процентные платежи по прямым военным займам, расходы на иностранную помощь, расходы на лечение раненых, на эвакуацию и обустройство беженцев, на уход за инвалидами и будущие обязательства перед ветеранами.

Первая мировая война в пересчете тогдашних фунтов, марок, франков и царских рублей на сегодняшние доллары обошлась человечеству примерно в $3 трлн, что сопоставимо с величиной глобального ВВП предвоенного 1913 года. Первая мировая война положила конец периоду относительного процветания, принеся миру два десятилетия страданий. К экономическим последствиям этой войны относят и величайшую глобальную депрессию ХХ века, и крах экономики России из-за Гражданской войны 1917–1922 годов, и гигантскую безработицу и гиперинфляцию в Германии (в декабре 1923 года батон хлеба стоил 428 млрд марок), и непомерное бремя долга. Первоначальные репарации по итогам Первой мировой войны были выплачены Германией только к 1983 году, но проценты по этим суммам погашались до 2010 года. Великобритания окончательно рассчиталась по займам за Первую мировую войну лишь в мае 2015 года.

Вторая мировая война стоила странам-участникам уже свыше $15 трлн (в сегодняшних долларах). Затраты Советского Союза по нынешним деньгам составили около $3 трлн, Германии — $4 трлн, Британии — $1,8 трлн, Японии — $840 млрд, США — примерно $5 трлн (с учетом атомного проекта).

Но это лишь цифры затрат. Нет, и не может быть никакого денежного статистического измерения всех человеческих страданий, смертей и лишений, всех материальных и интеллектуальных потерь из-за Второй мировой войны и ее последствий.

25 июня 1950 года северокорейские войска при поддержке Советского Союза пересекли 38-ю параллель, разделявшую Северную и Южную Корею. Так началась Корейская война. Она стоила Соединенным Штатам $389,81 млрд (современных долларов) и около 36 тыс. жизней. Это был первый масштабный горячий конфликт холодной войны, но ядерного апокалипсиса тогда удалось избежать.

Война США во Вьетнаме. Сама вьетнамская война длилась 19 с половиной лет, начавшись 1 ноября 1955 года как гражданская в Южном Вьетнаме, сразу после завершения антиколониальной войны во французском Индокитае, и завершилась 30 апреля 1975 года падением Сайгона.

В 1965 году началось полномасштабное военное вмешательство США, которое продолжалось до 1973 года. Военные расходы Соединенных Штатов во Вьетнаме составили в сегодняшних долларах $844 млрд (или 2,3% ВВП 1968 года), погибло 58 220 военнослужащих США, 303 тыс. было ранено. И это была для США не самая затратная из недавних войн.

Война в Персидском заливе 1990–1991 годов. Воздушно-наземная операция «Буря в пустыне», одна из самых коротких войн в истории США, стоила $116,6 млрд, или 0,3% американского ВВП. Это был первый крупный конфликт после окончания холодной войны, признанный успешным для коалиции. Ирак был вынужден освободить Кувейт и согласиться с решениями Совета Безопасности ООН, хотя Саддам Хусейн сохранил власть в Ираке.

Иракская война США, начавшаяся 20 марта 2003 года и продолжавшаяся до 5 декабря 2011 года, обошлась Соединенным Штатам $1,01 трлн. Таков денежный чек за свержение режима Саддама Хусейна и установления контроля за нефтяным регионом. Совет Безопасности ООН не санкционировал применение силы против Ирака. США и союзники начали войну в нарушение устава ООН.

После террористических атак 11 сентября 2001 года Соединенные Штаты вторглись в Афганистан, чтобы наказать движение «Талибан», предоставившее убежище террористам «Аль-Каиды». В итоге война длится уже без малого 19 лет, и это самая продолжительная война в истории США. Прямые военные расходы к началу 2020 года уже превысили $910 млрд.

Для сравнения, СССР потратил на свою войну в Афганистане 36,7 млрд советских рублей, что, по очень приблизительным пересчетам тогдашнего курса в современные доллары, могло составить около $90 млрд, то есть в десять раз меньше, чем сейчас тратят США. Правда, свыше 15 тыс. погибших военнослужащих не вернешь.

Для Соединенных Штатов недавние афганская и иракская войны, а также сирийская операция стоят в 18 раз дороже, чем первая война Буша-старшего в Персидском заливе в 1991 году, более чем в пять раз дороже участия США в Первой мировой войне, в пять раз дороже, чем Корейская война, почти в два с половиной раза дороже, чем война во Вьетнаме.

Нынешние войны почти полностью оплачиваются за счет заимствований, которые увеличили дефицит бюджета США и государственный долг. Не стоит сбрасывать со счетов макроэкономические издержки для экономики, будущие проценты по военным займам, а также государственные и частные расходы на безопасность.

Как отмечает в одном из своих исследований Центр стратегических и международных исследований в Вашингтоне, «Отчетность исполнительной власти, по-видимому, предназначена для того, чтобы скрыть реальные издержки конфликта и не увязывать их с анализом стратегии, ее эффективности и перспектив прекращения конфликта. Отчеты о гражданских аспектах войны часто отсутствуют: и гражданские, и военные бюджеты войны разрабатываются и осуществляются отдельно департаментами, а затем рассматриваются (если вообще рассматриваются) отдельными комитетами по вооруженным силам и иностранным делам в каждой палате и отдельными элементами в комитетах по ассигнованиям».

Инвестиционная оценка


Экономика конфликтов и войн подчиняется определенным законам и правилам, иногда далеким от экономических теорий, а иногда и становящимся основой для новых экономических законов. При анализе стоимости военной кампании необходимо, во-первых, разделять капитальные расходы на создание военных объектов и операционные затраты, связанные с эксплуатацией техники, с работой личного состава, а также с использованием боеприпасов и топлива, а во-вторых, не смешивать стоимость военных операций с социально-экономическими результатами. И если следовать этим правилам, то вполне возможно оценить результаты и стоимость военных операций, используя общепринятые методологии инвестиционной оценки проектов.

Расходы на оборону создают рабочие места, причем не только на предприятиях ОПК, но и в других областях, таких как инфраструктура, транспорт, здравоохранение, связь, энергетика, научная деятельность и банковский бизнес.

У финансистов и промышленников, сотрудничавших с государствами, во все времена получалось неплохо зарабатывать на войнах, как, впрочем, и самим государствам.

Как отмечается в ряде исследований, Соединенные Штаты вступили в Первую мировую войну нацией должников, а по окончании войны стали крупнейшим кредитором и получили доступ к ранее закрытым для США европейским рынкам. По итогам Второй мировой войны США стали сверхдержавой и приобрели не только политическое и экономическое превосходство, но и опыт получения прибыли от войн. Главным выгодополучателем оказался американский капитал, но и население Штатов реально почувствовало экономическое процветание и заметный рост благосостояния.

В последующие годы США, используя сочетание многократного превосходства своей военно-политической и экономической мощи над остальными державами и доминирование в глобальных финансах и технологических стандартах, сформировали существующий сейчас порядок в мировой экономике и стали главными бенефициарами этого миропорядка.

Правда, экспансия великих держав, в том числе и военная,— очень затратное мероприятие. Еще современник Маркса и Ленина британский экономист Джон Аткинсон Гобсон в своей работе «Империализм» 1902 года показал, что прибыль от этого получает не общество, не торговцы, не налогоплательщики, «а лишь финансовый капитал, ищущий прибыльных вариантов инвестирования», особенно если государство готово вести внешнюю политику военным путем и защищать новые инвестиции своими вооруженными силами и политическим контролем подчиняемых территорий.

Таким образом, у войн, прошлых и будущих, есть вполне рациональные предпосылки, связанные с конкуренцией и экспансией национальных капиталов. Глобализация войнам не помеха, а деглобализация — тем более. К тому же военный метод изъятия прибавочного продукта во все времена считался альтернативой коммерческому методу, а регулярные военные походы за добычей были основным источником финансирования вооруженных сил.

В относительно мирные десятилетия после Второй мировой войны «жесткая» военная сила уступила место «мягкой силе», и добычей победителей стали рынки, контроль за потоками капиталов, производственными цепочками и торговлей, а также потребительский спрос подчиненных территорий.

Именно поэтому нельзя утверждать, что современные войны слишком затратны и никогда не смогут окупиться. На самом деле сверхдержавы, инициирующие войны, приобретают вполне реальные экономические и политические ценности за счет ослабления других государств, а также за счет консолидации союзников и вассалов.

Региональные державы, проводя успешные военные операции, также могут усилить свою внутреннюю мощь и влияние на периферию, что влечет определенные экономические выгоды. Этим сейчас, например, занимается Турция. А операция российских вооруженных сил в Сирии — это превосходный пример сверхэффективных, в том числе и для экономики, военных действий.

Критерии эффективности


Фото: ilbusca/Getty Images

С экономической точки зрения военные операции эффективны в трех основных вариантах. Первый вариант, когда участие в войне приносит для страны в целом реальную прибыль, превышающую все возможные издержки на подготовку и проведение военных действий, а также потери от противодействия противника и убытки от действий третьих стран, которые могут вводить торговые ограничения и санкции. Для США экономически выгодным оказалось участие в двух мировых войнах, для Великобритании — Первая опиумная война против Китая в 1840–1842 годах, в результате которой англичане получили многомиллионные контрибуции, гигантский китайский рынок сбыта для тысяч тонн опиума из своих индийских колоний и Гонконг в придачу. Итогом франко-прусской войны 1870–1871 годов, которая принесла колоссальные выгоды немцам, стало появление единого Германского государства — Deutsches Reich. Для Российской империи (и ее промышленности) оказались чрезвычайно выгодны завоевания в Средней Азии в 1850–1870-х годах.

Второй вариант — это когда военная компания направлена на превентивное противодействие внешним угрозам. В случае успеха общие затраты будут заведомо меньше ущерба для экономики, вреда для населения и целостности государства в сравнении с возможными последствиями нападения набравшего силу противника и войны, в том числе и террористической) на своей территории. Прекрасный пример — российская операция в Сирии, где затраты в основном операционные и эксплуатационные, и они не выходят за пределы бюджета Минобороны. При этом за пять лет военной кампании ликвидировано более 133 тыс. боевиков и 865 главарей бандформирований, наши военнослужащие приобрели боевой опыт, усилено присутствие России в восточном Средиземноморье, что обеспечивает исполнение Турцией условий конвенции Монтрё и дает гарантии безопасности сотен миллионов тонн российских экспортных поставок из черноморских портов, на долгие годы поставлен крест на конкурирующие с российскими проекты газотранспортной и нефтепроводной систем монархий Залива через территорию Сирии в Европу, закупки и экспорт наших вооружений создает тысячи рабочих мест в России.

Третий вариант, когда военные конфликты происходят на периферии и запускают инновационное развитие страны. Холодная война хоть и держала весь мир в страхе перед термоядерной катастрофой, но одновременно стимулировала глобальный научно-технический прогресс и социально-экономическое развитие не только в СССР и США, но и в большинстве стран, вовлеченных в конкуренцию философских, культурных и научных идей капиталистической и социалистической систем.

Сейчас к основным инновационным направлениям в области вооружений можно отнести искусственный интеллект, комплексы взаимодействия машин и военнослужащих, беспилотные боевые машины и автономное оружие, гиперзвук, направленная энергия, кибернападение и кибербезопасность, а также социальные технологии, такие как «управление талантами», то есть развитие творческого потенциала. Реализация этих направлений стимулирует НИОКР и сотрудничество государств с частным бизнесом, лабораториями, университетами и научными институтами, что позволит создать современную инновационную экономику и обеспечит вовлеченному в «гонку инновационных вооружений» бизнесу уникальные преимущества как на внутреннем, так и на внешнем рынках.

Есть еще несколько требований эффективности — ограничивать затраты, не использовать для локальных конфликтов стратегические виды вооружений и дорогое современное оружие, созданное для противодействия равным по силе противникам, а также всецело задействовать политическое, экономическое и правовое воздействие на врагов и их союзников.

Необходимо оставить в прошлом принципы колониальных войн предыдущих эпох, таких как рекрутирование пушечного мяса из периферийных регионов и слепую веру в технологическое превосходство. Вьетнамская война была для США инструментальной войной — бомбардировки, напалм, диоксин, синтетические дефолианты и гербициды. А для вьетнамцев это была война за существование их как нации, то есть несла экзистенциальные риски. Отсюда и результат — победа Вьетнама и проигрыш США.

И главный вывод — в войнах XXI века странам и армиям для повышения эффективности в дополнение к конвенциональным или, не дай бог, стратегическим вооружениям придется использовать иные инструменты, такие как информационная война, искусственный интеллект, когнитивное и кибероружие.

Инструменты информационной и когнитивной войны, направленные на подавление морального духа и сплоченности нации, на подрыв политической стабильности и капитуляцию элит, обходятся государствам, умеющим их правильно использовать, на порядок дешевле обычных вооружений, а результат очевиден: СССР больше нет, а Вьетнам — союзник и партнер США, несмотря на гибель 1,1 млн военнослужащих и партизан, 2 млн мирных жителей, а также 3 млн пострадавших от боевых химикатов.

Предпосылки следующей большой войны


В следующие два десятилетия мы станем свидетелями развертывания холодных и горячих войн за гегемонию между США и Китаем; за ресурсы, где театр войны — это Африка, Ближний Восток, Россия, Южная Америка, Китай; за десубъективизицию, то есть превращение противника из субъекта мировой политики в объект, которым можно управлять в своих целях,— здесь театр военных действий — Евросоюз, Россия, Западная и Южная Азия.

Сейчас возникают новые сферы противостояния держав: экономическое пространство, сфера восприятий, информационная среда, киберпространство и космос.

США в своих доктринальных документах назвали Россию и Китай основными противниками. Идет планирование и подготовка новой войны, где «красные линии» пока неочевидны, а порог применения силы резко снижается. В следующие 10–15 лет среди причин для горячей войны доминирующими вновь станут экономические причины, а не идеологические или религиозные. Борьба за рынки, за ресурсы, за стандарты никуда не делась. Неомеркантилизм возрождает неоимпериализм, как и более 100 лет назад.

Будущая глобальная экономика будет нуждаться в дефицитных ресурсах для новых технологий и отраслей промышленности, таких как энергия, пресная вода и различные полезные ископаемые, в том числе редкоземельные металлы. Ограничения на торговлю новыми источниками этих товаров могут увеличить вероятность возникновения конфликтов. Американский аналитический центр RAND в своем докладе «Peering into the Crystal Ball» («Вглядываясь в хрустальный шар. Целостная оценка будущего ведения войны») среди наиболее вероятных причин новой мировой войны указывает сокращение экономической мощи США и их союзников, а также снижение силы санкций. «Возможности применения экономических санкций могут снизиться, если другие крупные экономики будут разрабатывать альтернативные системы международных платежей в ответ на чрезмерное использование санкций, если координация между союзниками станет более сложной и если Китай сделает свой финансовый сектор гораздо более открытым, чем сейчас. Если это произойдет, то Соединенным Штатам, возможно, придется прибегнуть к кинетическим (военным) формам принуждения»,— пишет RAND.

Если человечество все же выживет до 2035 года, то впереди риски новых войн, связанные как с изменениями климата, так и с усилением негосударственных субъектов, таких как глобальные корпорации высокотехнологичного сектора, и с превращением искусственного интеллекта в особый класс разрушительных технологий.

Возвращаясь к отчету SIPRI о росте мировых военных расходов в 2019 году до $1917 млрд, можно вспомнить лишь римскую поговорку «Si vis pacem, para bellum». В реалиях наступающего хаотического третьего десятилетия XXI века это означает, что в этот период расходы на безопасность государств должны быть важнее любых финансовых соображений.

Александр Лосев, генеральный директор УК «Спутник — Управление капиталом»


Комментарии
Профиль пользователя