В перемирии ставят «Точку»

В Азербайджан снова прилетели ракеты

Перемирие в Нагорном Карабахе, заключенное при посредничестве России, началось с опозданием и через полдня было нарушено. Хотя еще в субботу днем жители прифронтовых сел Азербайджана начали осторожно возвращаться в свои дома, уже ночью азербайджанская территория вновь оказалась под обстрелом. Причем под огонь попали даже не населенные пункты вдоль линии разграничения, а Гянджа и Мингячевир — довольно крупные города, расположенные примерно в 50 километрах от ближайших армянских позиций. Власти страны пока не говорят о разрыве договоренностей, взяв время на «оценку ситуации» С подробностями из Азербайджана — корреспондент “Ъ” Кирилл Кривошеев.

В Гяндже ракетой полностью разрушило многоквартирный жилой дом. Девять человек погибло, более 30 ранено

В Гяндже ракетой полностью разрушило многоквартирный жилой дом. Девять человек погибло, более 30 ранено

Фото: Александр Казаков, Коммерсантъ  /  купить фото

В Гяндже ракетой полностью разрушило многоквартирный жилой дом. Девять человек погибло, более 30 ранено

Фото: Александр Казаков, Коммерсантъ  /  купить фото

Тертер — до и после

Перемирие, объявленное с 10 октября по итогам трехсторонних переговоров министров иностранных дел России, Армении и Азербайджана в Москве, дало надежду на прекращение кровопролития. Побывав 9 октября в одном из самых пострадавших в ходе боевых действий городов Азербайджана — Тертере, корреспондент “Ъ” на следующий день туда вернулся — как раз чтобы увидеть разницу в обстановке до и после того, как из Москвы пришла обнадеживающая новость. И убедиться в том, что там больше не стреляют.

Вечером в пятницу, когда в Доме приемов МИД РФ на Спиридоновке шли напряженные переговоры, этот город был совершенно пуст. Слышны были только разрывы снарядов где-то вдалеке да голос турецкого журналиста, записывающего свой монолог перед телекамерой. Все иностранные корреспонденты ехали именно в Тертер, потому что Баку давал на это разрешение — на южный фронт, где азербайджанские войска штурмовали Джебраил и Гадрут, не удавалось попасть никому, кроме пресс-службы Минобороны.

Утром в субботу жизнь, как показалось, начала сюда возвращаться — заявлению министров поверили. Пока меня проверяли на блокпосту по дороге в Тертер, позади выстроилась целая очередь из машин. В них было можно было видеть женщин и детей, а в кузовах грузовиков — еще и домашний скот: коров и овец. Полицейские и военные пропускали местных жителей почти сразу, заостряя внимание лишь на иногородних номерах.

Перемирие вступало в силу в полдень, и уже в 11:40 я приехал практически на передний край — в поселок к западу от Тертера, построенный специально для азербайджанских переселенцев из Нагорного Карабаха. Там стоят новые четырехэтажные дома с балконами, но сейчас окна в них разбиты, а стены посечены осколками.

Одиночные взрывы были слышны и по дороге туда, но примерно в 11:50 они становятся частыми — сначала раздается свист снаряда в воздухе, а потом звон и треск, когда разлетаются осколки. Бомбоубежищами жителям поселка служат цокольные этажи их домов, где расположены технические коммуникации. Спустившись в одно из таких «убежищ», я увидел несколько немолодых мужчин и одну женщину, которые сидели за столом. Остальные либо предпочли остаться в своих квартирах, либо уехали — как многие жители прифронтового района.

Прямо под водопроводными трубами были расставлены простые, как в казарме, кровати, на полу разложены матрасы. Стояли чьи-то горшки с пророщенным луком, на стене висел азербайджанский народный инструмент — саз (похож на лютню или домру с длинным грифом). Стол украшала роза в небольшой вазе.

К российскому журналисту обитатели бомбоубежища сначала отнеслись с подозрением. «Ты украинец? А, из России. Тогда говорить не буду. Вы даете оружие армянам!» — резко заявил один из мужчин. После недолгого разговора ситуацию удалось сгладить. И ранее не желавший общаться мужчина даже поделился радостной новостью: сегодня утром с фронта позвонил сын, от которого не было вестей уже десять дней.

«Вот в этот дом попал снаряд,— показывает видео на телефоне другой мужчина.— Военных там не было. Зачем они это сделали?»

Пока мы говорим, на ступеньках в бомбоубежище готовится чай в самоваре. Вдалеке по-прежнему слышны взрывы. Они прекратились лишь около 12:20.

Что нужно знать о конфликте в Нагорном Карабахе

Смотреть

«Эта война не закончилась»

Вечером в субботу всех российских журналистов пригласили на брифинг в Баку. В зале президентской библиотеки их встретили заведующий сектором по работе с иностранными СМИ и НКО администрации президента Азербайджана Фуад Ахундов, депутат Низами Сафаров и главный редактор газеты «Бакинский рабочий» (официальный орган администрации президента) Рахман Гаджиев. «Эта война не закончилась. Это всего лишь гуманитарное перемирие. Войны заканчиваются, когда подписывают мирный договор. А это перемирие регламентирует "Красный Крест". Ни Россия, ни Армения, ни Азербайджан не знают, сколько оно продлится»,— говорил господин Ахундов. Было упомянуто и о том, что в первый же час перемирия оно было нарушено. Однако затем все собеседники констатировали, что пока стрельба стихла. Прозвучало и объявление, что Минобороны Азербайджана разрешило журналистам посетить одно из сел, занятых в ходе последних боев. Еще несколько дней назад об этом не могло быть и речи.

На тот момент все сказанное было еще актуальным, и даже ночь на воскресенье начиналась успокаивающим сообщением с другой стороны фронта: в Степанакерте признавали, что «перемирие в целом соблюдается».

А уже в шесть утра мне пришлось вновь мчаться в сторону фронта. На этот раз — в Гянджу, где примерно в два часа ночи ракета попала в жилое здание, под завалами которого погибли 9 человек и были ранены 34. Был обстрелян и Мингячевир, где расположены водохранилище и гидроэлектростанция.

Дом, которого больше нет

На месте попадания ракеты в Гяндже сильно пахнет хвоей — взрывом не только полностью разрушило дом, но и повалило несколько деревьев. И спасатели, и журналисты топчут ветки и перепрыгивают со ствола на ствол. В земле возле развалин нахожу черно-белую фотографию — на ней парни в военной форме советского образца, видимо, во время срочной службы. Передаю капитану полиции — надеюсь, владелец найдется.

По развалинам спасатели водят рыжего спаниеля — как пояснил один из них, собака натренирована на поиск людей. Когда мы подъезжали к Гяндже, по радио сообщали: нашли семь погибших и, кажется, достают восьмого. Девятого погибшего извлекали из-под завалов уже при мне.

Тело в белом мешке загрузили в автомобиль скорой помощи, а врачи попытались успокоить его семью — мужчину и женщину. Мужчина просто сидел на земле — его отпаивали водой, женщина била руками о стену дома и кричала «Аллах!».

Серьезно пострадали и соседние дома — у многоэтажек практически снесен верхний этаж, два небольших здания недалеко от эпицентра разрушены полностью — в одном из них каким-то чудом остался стоять шкаф с домашними закрутками. Стекла же выбиты практически во всем квартале — даже на соседних улицах оконные рамы как будто вдавлены внутрь. Район, куда упала ракета, жилой, из стратегических объектов поблизости разве что железнодорожный вокзал. Аэропорт, где, по данным Еревана, базируются турецкие F-16 и по которому армянские силы целились ранее,— в семи километрах.

Фото: Александр Казаков, Коммерсантъ

Фото: Александр Казаков, Коммерсантъ

«Я проснулась и не смогла ничего увидеть,— рассказывает жительница соседнего дома Акифа Байрамова.— "Эмин, Эмин",— я позвала внука. И он ответил: "Я здесь, бабушка, но не могу встать". Ему на ноги упала часть стены. Его увезли на скорой». У самой женщины заметный синяк под глазом.

«Дорогой, я служил в советской армии. Это не "Смерч" и не "Точка-У",— говорит “Ъ” житель другого соседнего дома Узеир.— И армяне так стрелять точно не могут. Это сделали российские специалисты». «Армяне хитрые, хитрые! — кричала еще одна женщина.— Да здравствует Эрдоган (президент Турции.— “Ъ”), да здравствует Ильхам Алиев (президент Азербайджана.— “Ъ”). Карабах — наш!»

Вскоре на место ракетного обстрела приехал помощник президента Азербайджана по внешнеполитическим вопросам Хикмет Гаджиев — уроженец Гянджи. Выступая прямо на развалинах, он заявил: по его родному городу ударила «Точка-У», а по Мингячевиру — «Смерч». Отвечая на вопрос “Ъ” о последствиях этого удара для заключенного в Москве перемирия, господин Гаджиев не сказал ничего определенного. По его словам, в Баку сейчас «оценивают ситуацию» и «рассматривают все варианты». «Азербайджанская сторона еще раз демонстрирует уважение к документу, который мы согласовали в рамках гуманитарного перемирия. Но, как вы видите, армянская сторона применила ракетные технологии, чтобы убить мирное население». «Карабах наш, нашим и будет!» — скандировали местные жители, провожая его до кортежа.

Позднее на брифинге господин Гаджиев заявил: армянская сторона нарушила перемирие уже около 17:00 субботы, попытавшись вернуть под свой контроль части Джебраильского и Гадрутского районов (напомним, что армянская сторона отрицает потерю этих территорий), а в 18:00 атаковали еще и Агдамский район. «Если с азербайджанской стороны что-то предпринимается — это предпринимается против легитимных военных целей»,— ответил господин Гаджиев на вопрос “Ъ” о ведении ответного огня. Уточнить, что происходит на линии соприкосновения днем в воскресенье, он затруднился, сославшись на недостаток информации.

Кирилл Кривошеев, Гянджа

Картина дня

Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...