Коротко

Новости

Подробно

8

Фото: Александр Казаков / Коммерсантъ   |  купить фото

В перемирии ставят «Точку»

В Азербайджан снова прилетели ракеты

Газета "Коммерсантъ" от , стр. 1

Перемирие в Нагорном Карабахе, заключенное при посредничестве России, началось с опозданием и через полдня было нарушено. Хотя еще в субботу днем жители прифронтовых сел Азербайджана начали осторожно возвращаться в свои дома, уже ночью азербайджанская территория вновь оказалась под обстрелом. Причем под огонь попали даже не населенные пункты вдоль линии разграничения, а Гянджа и Мингячевир — довольно крупные города, расположенные примерно в 50 километрах от ближайших армянских позиций. Власти страны пока не говорят о разрыве договоренностей, взяв время на «оценку ситуации» С подробностями из Азербайджана — корреспондент “Ъ” Кирилл Кривошеев.


Тертер — до и после


Перемирие, объявленное с 10 октября по итогам трехсторонних переговоров министров иностранных дел России, Армении и Азербайджана в Москве, дало надежду на прекращение кровопролития. Побывав 9 октября в одном из самых пострадавших в ходе боевых действий городов Азербайджана — Тертере, корреспондент “Ъ” на следующий день туда вернулся — как раз чтобы увидеть разницу в обстановке до и после того, как из Москвы пришла обнадеживающая новость. И убедиться в том, что там больше не стреляют.

Вечером в пятницу, когда в Доме приемов МИД РФ на Спиридоновке шли напряженные переговоры, этот город был совершенно пуст. Слышны были только разрывы снарядов где-то вдалеке да голос турецкого журналиста, записывающего свой монолог перед телекамерой. Все иностранные корреспонденты ехали именно в Тертер, потому что Баку давал на это разрешение — на южный фронт, где азербайджанские войска штурмовали Джебраил и Гадрут, не удавалось попасть никому, кроме пресс-службы Минобороны.

Утром в субботу жизнь, как показалось, начала сюда возвращаться — заявлению министров поверили. Пока меня проверяли на блокпосту по дороге в Тертер, позади выстроилась целая очередь из машин. В них было можно было видеть женщин и детей, а в кузовах грузовиков — еще и домашний скот: коров и овец. Полицейские и военные пропускали местных жителей почти сразу, заостряя внимание лишь на иногородних номерах.

Перемирие вступало в силу в полдень, и уже в 11:40 я приехал практически на передний край — в поселок к западу от Тертера, построенный специально для азербайджанских переселенцев из Нагорного Карабаха. Там стоят новые четырехэтажные дома с балконами, но сейчас окна в них разбиты, а стены посечены осколками.

Одиночные взрывы были слышны и по дороге туда, но примерно в 11:50 они становятся частыми — сначала раздается свист снаряда в воздухе, а потом звон и треск, когда разлетаются осколки. Бомбоубежищами жителям поселка служат цокольные этажи их домов, где расположены технические коммуникации. Спустившись в одно из таких «убежищ», я увидел несколько немолодых мужчин и одну женщину, которые сидели за столом. Остальные либо предпочли остаться в своих квартирах, либо уехали — как многие жители прифронтового района.

Прямо под водопроводными трубами были расставлены простые, как в казарме, кровати, на полу разложены матрасы. Стояли чьи-то горшки с пророщенным луком, на стене висел азербайджанский народный инструмент — саз (похож на лютню или домру с длинным грифом). Стол украшала роза в небольшой вазе.

К российскому журналисту обитатели бомбоубежища сначала отнеслись с подозрением. «Ты украинец? А, из России. Тогда говорить не буду. Вы даете оружие армянам!» — резко заявил один из мужчин. После недолгого разговора ситуацию удалось сгладить. И ранее не желавший общаться мужчина даже поделился радостной новостью: сегодня утром с фронта позвонил сын, от которого не было вестей уже десять дней.

«Вот в этот дом попал снаряд,— показывает видео на телефоне другой мужчина.— Военных там не было. Зачем они это сделали?»

Пока мы говорим, на ступеньках в бомбоубежище готовится чай в самоваре. Вдалеке по-прежнему слышны взрывы. Они прекратились лишь около 12:20.

«Эта война не закончилась»


Вечером в субботу всех российских журналистов пригласили на брифинг в Баку. В зале президентской библиотеки их встретили заведующий сектором по работе с иностранными СМИ и НКО администрации президента Азербайджана Фуад Ахундов, депутат Низами Сафаров и главный редактор газеты «Бакинский рабочий» (официальный орган администрации президента) Рахман Гаджиев. «Эта война не закончилась. Это всего лишь гуманитарное перемирие. Войны заканчиваются, когда подписывают мирный договор. А это перемирие регламентирует "Красный Крест". Ни Россия, ни Армения, ни Азербайджан не знают, сколько оно продлится»,— говорил господин Ахундов. Было упомянуто и о том, что в первый же час перемирия оно было нарушено. Однако затем все собеседники констатировали, что пока стрельба стихла. Прозвучало и объявление, что Минобороны Азербайджана разрешило журналистам посетить одно из сел, занятых в ходе последних боев. Еще несколько дней назад об этом не могло быть и речи.

На тот момент все сказанное было еще актуальным, и даже ночь на воскресенье начиналась успокаивающим сообщением с другой стороны фронта: в Степанакерте признавали, что «перемирие в целом соблюдается».

А уже в шесть утра мне пришлось вновь мчаться в сторону фронта. На этот раз — в Гянджу, где примерно в два часа ночи ракета попала в жилое здание, под завалами которого погибли 9 человек и были ранены 34. Был обстрелян и Мингячевир, где расположены водохранилище и гидроэлектростанция.

Дом, которого больше нет


На месте попадания ракеты в Гяндже сильно пахнет хвоей — взрывом не только полностью разрушило дом, но и повалило несколько деревьев. И спасатели, и журналисты топчут ветки и перепрыгивают со ствола на ствол. В земле возле развалин нахожу черно-белую фотографию — на ней парни в военной форме советского образца, видимо, во время срочной службы. Передаю капитану полиции — надеюсь, владелец найдется.

По развалинам спасатели водят рыжего спаниеля — как пояснил один из них, собака натренирована на поиск людей. Когда мы подъезжали к Гяндже, по радио сообщали: нашли семь погибших и, кажется, достают восьмого. Девятого погибшего извлекали из-под завалов уже при мне.

Тело в белом мешке загрузили в автомобиль скорой помощи, а врачи попытались успокоить его семью — мужчину и женщину. Мужчина просто сидел на земле — его отпаивали водой, женщина била руками о стену дома и кричала «Аллах!».

Серьезно пострадали и соседние дома — у многоэтажек практически снесен верхний этаж, два небольших здания недалеко от эпицентра разрушены полностью — в одном из них каким-то чудом остался стоять шкаф с домашними закрутками. Стекла же выбиты практически во всем квартале — даже на соседних улицах оконные рамы как будто вдавлены внутрь. Район, куда упала ракета, жилой, из стратегических объектов поблизости разве что железнодорожный вокзал. Аэропорт, где, по данным Еревана, базируются турецкие F-16 и по которому армянские силы целились ранее,— в семи километрах.

Фото: Александр Казаков, Коммерсантъ

«Я проснулась и не смогла ничего увидеть,— рассказывает жительница соседнего дома Акифа Байрамова.— "Эмин, Эмин",— я позвала внука. И он ответил: "Я здесь, бабушка, но не могу встать". Ему на ноги упала часть стены. Его увезли на скорой». У самой женщины заметный синяк под глазом.

«Дорогой, я служил в советской армии. Это не "Смерч" и не "Точка-У",— говорит “Ъ” житель другого соседнего дома Узеир.— И армяне так стрелять точно не могут. Это сделали российские специалисты». «Армяне хитрые, хитрые! — кричала еще одна женщина.— Да здравствует Эрдоган (президент Турции.— “Ъ”), да здравствует Ильхам Алиев (президент Азербайджана.— “Ъ”). Карабах — наш!»

Вскоре на место ракетного обстрела приехал помощник президента Азербайджана по внешнеполитическим вопросам Хикмет Гаджиев — уроженец Гянджи. Выступая прямо на развалинах, он заявил: по его родному городу ударила «Точка-У», а по Мингячевиру — «Смерч». Отвечая на вопрос “Ъ” о последствиях этого удара для заключенного в Москве перемирия, господин Гаджиев не сказал ничего определенного. По его словам, в Баку сейчас «оценивают ситуацию» и «рассматривают все варианты». «Азербайджанская сторона еще раз демонстрирует уважение к документу, который мы согласовали в рамках гуманитарного перемирия. Но, как вы видите, армянская сторона применила ракетные технологии, чтобы убить мирное население». «Карабах наш, нашим и будет!» — скандировали местные жители, провожая его до кортежа.

Позднее на брифинге господин Гаджиев заявил: армянская сторона нарушила перемирие уже около 17:00 субботы, попытавшись вернуть под свой контроль части Джебраильского и Гадрутского районов (напомним, что армянская сторона отрицает потерю этих территорий), а в 18:00 атаковали еще и Агдамский район. «Если с азербайджанской стороны что-то предпринимается — это предпринимается против легитимных военных целей»,— ответил господин Гаджиев на вопрос “Ъ” о ведении ответного огня. Уточнить, что происходит на линии соприкосновения днем в воскресенье, он затруднился, сославшись на недостаток информации.

Кирилл Кривошеев, Гянджа


Комментарии
Профиль пользователя