Коротко

Новости

Подробно

Фото: EPA-EFE / Vostock Photo

Жаркий сентябрь

Какие кризисы и вызовы пережила Украина вместо сезонного затишья

Журнал "Огонёк" от , стр. 20

Лето и начало осени по традиции считается мертвым политическим сезоном на Украине. Но в этом году накал страстей не снижался — пора ведь предвыборная, в октябре жители всех регионов страны будут выбирать органы местного самоуправления. Правда, и без выборов событий хватает.


Юрий Ткачев, Одесса


Сначала об общем фоне. Это, бесспорно, фиксируемый с конца лета резкий всплеск заболеваемости COVID-19. До пика распространения заболевания, судя по формам соответствующих эпидемиологических кривых, пока еще далеко, но уже сейчас ситуация приближается к критической: средняя заполняемость больничных коек, выделенных «под коронавирус», по стране составляет порядка 45 процентов, а в отдельных регионах и больницах достигает и 80 процентов. Власти срочно разворачивают новые «ковидные» больницы, перепрофилируя их из обычных. Это нередко вызывает протесты. К примеру, в Белгороде-Днестровском, городе Одесской области, граждане вышли на митинг против такого перепрофилирования: обычных больных в опорные больницы не берут и жители опасаются, что им негде будет лечиться.



Колоссально возросла и нагрузка на диагностические лаборатории. Украина до сих пор находится на далеко не ведущих позициях по охвату населения ПЦР-тестированием: речь идет примерно о 42 тысячах тестов на миллион жителей. По этому показателю страна находится на 110-м месте в мире между Ираном и Малайзией. Впрочем, даже такая интенсивность тестирования, по-видимому, оказывается почти неподъемной для украинских лабораторий. В Одессе в сентябре тесты на коронавирус в государственных лабораториях несколько дней не делались вообще, из-за того, что закончились расходники и реактивы.

В такой обстановке важным дискуссионным вопросом является ужесточение карантинных ограничений. Украина, как и многие страны мира, уже сидела в строгой самоизоляции с марта по май, когда в сутки регистрировали в среднем по 300–500 случаев заболевания. Логичным было бы предположить, что сегодня, когда темпы распространения вируса выросли на порядок, власти снова начнут закручивать гайки. Однако этого не происходит, по крайней мере пока. Оно и понятно. Весенний карантин нанес такой ущерб украинской экономике — спад ВВП во втором квартале 2020-го достиг 11 процентов, что «вторая серия» может нанести экономике Украины, и без того далекой от процветания, удар, от которого та может и не оправиться.

Влияет на решения власть имущих и политика. Очевидно, что не все граждане будут в восторге от возвращения карантинных ограничений по весеннему образцу, и это не сможет не повлиять на результаты местных выборов, и без того обещающих быть для власти далеко не триумфальными. Поэтому вместо всеобщего карантина вводится так называемый адаптивный, когда в каждом городе, области и районе действуют собственные правила. Вся территория Украины поделена на зоны четырех типов: «красную», «оранжевую», «желтую» и «зеленую». В последней действуют самые мягкие ограничения: требуется всего лишь носить маску в общественных местах, соблюдать социальную дистанцию, а в «красной зоне» уже закрываются магазины, прекращает работу общественный транспорт, уходят на карантин учебные заведения. Сейчас в «красной зоне» находятся, к примеру, Ивано-Франковск, Тернополь, Черновцы и ряд других населенных пунктов. И то, как реагируют на происходящее там жители, неплохо иллюстрирует, что будет, если такой режим распространят на всю страну. Так, в Ивано-Франковске прошли массовые митинги с требованием отменить «красный режим». В Тернополе местные власти вообще отказались выполнять распоряжения столичных властей, в частности прекращать занятия в школах.

Многие украинцы надеются на вакцину от коронавируса. Однако и в этом они — заложники политики. О создании вакцин уже заявили Россия и Китай. Но закупать у них Украина ничего не собирается: министр иностранных дел Дмитрий Кулеба объявил, что приобретать вакцину страна будет либо в США, либо в ЕС. «Мы эффективно сотрудничаем с Европейским союзом и Соединенными Штатами. Уже нарабатываются модели того, как мы можем получить доступ к вакцине, когда она окажется в их распоряжении». Другое дело, что ни у США, ни у ЕС вакцины пока нет, а когда она появится, в первую очередь ее получат граждане этих стран. Когда придет очередь Украины, вопрос открытый.

Доходит до смешного: Владимир Зеленский недавно обсудил вопрос получения вакцины от коронавируса из… Израиля, который, как известно, будет испытывать для своих нужд все ту же российскую вакцину. Украинцы шутят: не организуют ли поставки на Украину российской вакцины «под маской» израильской — так, как раньше страна уже получала российский газ из Европы и уголь из США и Южной Африки.

И все же самым главным генератором новостей в стране сегодня являются местные октябрьские выборы. В теории, эти выборы должны были бы стать последним (после президентских и парламентских) актом в эпопее по обновлению власти на Украине. Но практика существенно отличается от теории. Так, в целом ряде крупнейших городов (Киев, Одесса, Харьков) о тотальном переформатировании власти под «слуг народа» речи, похоже, вовсе не идет. И хотя почти во всех советах фракции этой партии, по прогнозам, все же появятся, уровень этого представительства вовсе не тот, какого ожидали еще год назад.

Одной из причин того, что Зеленскому и «Слуге народа» пришлось, по-видимому, отказаться от плана взять под контроль органы местного самоуправления, является стремительно снижающийся рейтинг этой партии и падающая популярность самого действующего президента. Еще весной 2020 года число граждан, не доверяющих Зеленскому, впервые превысило число тех, кто все еще доверяет главе государства. Сегодня (по данным опроса социологической группы «Рейтинг» от 9 сентября) доверяют Зеленскому 44 процента опрошенных, не доверяют — 50 процентов. Избирательный рейтинг «Слуги народа» опустился с 43 процентов на парламентских выборах 2019 года до 21,7 процента.

Причины просты: Зеленский и его команда не сумели показать ярких результатов в решении большинства волнующих граждан вопросов, начиная от снижения тарифов на услуги ЖКХ и заканчивая прекращением войны в Донбассе. Впрочем, на последнем стоит остановиться отдельно.

Донбасские пороги


Последние два месяца в Донбассе, к счастью, выдались одними из наиболее спокойных и наименее кровопролитных с весны 2014 года. Причиной тому стало полное и бессрочное прекращение огня с 27 июля, о котором договорились участники переговоров в Минске. Подобных договоренностей было уже множество: «школьные», «хлебные», «пасхальные», «новогодние» и другие перемирия устанавливаются на линии фронта регулярно и столь же регулярно нарушаются. Самые быстротечные из таких перемирий продержались считанные часы, более прочных хватало на несколько дней. На этот раз все более серьезно. За прошедшее с 27 июля время официально сообщается лишь о двоих погибших (один со стороны непризнанной ЛНР, другой — в правительственных войсках) и троих раненых (двое в ЛНР, один со стороны официального Киева) военнослужащих. Имеются небоевые потери (в основном подрывы на минах), но они как бы не считаются. Обе стороны также периодически сообщают об обстрелах своих позиций противником, однако чаще всего подчеркивается, что они имели «неприцельный характер».

В остальном существенных подвижек в разрешении кризиса в Донбассе не произошло. Так, 11 сентября в Берлине прошла очередная встреча советников глав государств нормандского формата. То, что она прошла, отчасти само по себе хорошая новость. Ведь еще недавно на Украине широкий резонанс получило письмо, написанное российским советником, заместителем главы администрации президента Дмитрием Козаком советнику канцлера Германии Яну Хеккеру. В этом письме Козак назвал такой формат переговоров бессмысленным. «Со всей ответственностью заверяю, что я не намерен дальше участвовать в этом бесконечно длящемся "спектакле" с откровенной имитацией бурной деятельности по урегулированию»,— написал Козак. Как видно, намерения намерениями, а участие — участием. И это, повторюсь, было бы хорошей новостью, если бы переговоры хоть к чему-то приводили. Однако единственное, о чем, по версии украинской стороны, договорились в Берлине 14 сентября, так это о продлении прекращения огня. Которое вообще-то изначально позиционировалось как бессрочное и в продлении не нуждалось.

Все прочие новости из сферы урегулирования кризиса лучше всего описываются формулой «шаг вперед и два назад». Взять хотя бы один из крупнейших скандалов последних лет: заявление России, ДНР и ЛНР о том, что Украина, мол, по сути заблокировала процесс выполнения Минских соглашений, приняв на уровне Верховной рады постановление о том, что выборы на неподконтрольных территориях могут пройти только после передачи этих территорий и, в частности, границы с Россией под контроль Украины. В то время как пункт 9 Минских соглашений гласит, что восстановление контроля над границей должно начаться в первый день после местных выборов и завершиться после всеобъемлющего политического урегулирования.

Так вот Козак по итогам встречи в Берлине сделал заявление, что Украина вроде как выразила готовность скандальное постановление подкорректировать. В Киеве поспешили с ответным заявлением: мол, ничего такого от лица делегации обещано не было, а фраза, которую подобным образом истолковал руководитель офиса президента Украины Андрей Ермак, является лишь констатацией «факта наличия» таких инициатив в принципе, хотя они не являются мнением украинской власти в целом.

Ситуация, когда «мнение украинского правительства может не совпадать с мнением украинского правительства» наблюдается не впервые. Совсем недавно замглавы украинской делегации на переговорах в Минске Витольд Фокин заявил, что, возможно, для прекращения войны все-таки стоит провести на неподконтрольных территориях местные выборы, объявить амнистию и предоставить особый статус, причем не только «отдельным районам», но и всей территории Донецкой и Луганской областей. И хотя в предложении Фокина нет ничего, что противоречило бы тем же Минским соглашениям (кроме разве что последнего пункта), на Украине поднялся неслабый скандал. И вот уже глава МИД Украины заявляет, что позиция Фокина — его личное дело и делать такие заявления его никто не уполномочивал. Возможно, и не уполномочивал; однако назначение Фокина в украинскую делегацию — решение вполне официальное, принятое, на минуточку, лично президентом Зеленским. Получается, «в товарищах согласья нет»? Интересно, что Зеленский воздержался от комментариев по поводу заявлений Фокина и главы МИДа. Так, как будто не его непосредственных подчиненных это касается.

Еще рельефнее проявилась та же тенденция в ситуации с позициями украинских войск под Горловкой. Еще в конце августа глава непризнанной ДНР Денис Пушилин заявил, что под предлогом перемирия правительственные войска, дескать, обустроили здесь новые, более выгодные позиции, хотя договоренности подобное запрещали. Пушилин потребовал не только уничтожить эти позиции, но и допустить на место, где они были, инспекцию ОБСЕ, которая составит соответствующий акт. В противном же случае пригрозил уничтожить эти позиции силами артиллерии ДНР. Акция была назначена на 7 сентября, а затем на 9-е. Но 9 сентября Украина (в лице пресс-службы Офиса президента) заявила о согласии допустить на спорные позиции инспекцию с участием ОБСЕ и представителей ДНР. В ДНР заявили, что их такой поворот событий вполне устраивает.

Однако в «партии войны» в Киеве реакция была прямо противоположной. Так, близкий к Порошенко журналист, блогер и «лидер мнений» Юрий Бутусов назвал такую инспекцию оскорбительной для правительственных войск и договорился до того, что украинским военным следует по собственной инициативе открыть огонь по участникам миссии — мол, любой настоящий патриот это одобрит. «Такой поступок надежно сорвет вообще все эти опереточные попытки "заглянуть в глаза". Срыв и отмена приказа Главнокомандующего Зеленского — это в данном случае важная задача для сохранения независимости Украины»,— написал он. (В последний момент стало известно об отмене инспекции. По версии украинской стороны, «сепаратисты» выдвинули новые требования, в частности о проведении фотофиксации позиций. Те возражают: новые требования выдвинула как раз Украина. Какая из сторон говорит правду, понять, как всегда, практически невозможно. Впрочем, обещанного обстрела не состоялось. Пока?)

События на Донбассе, словом, развиваются весьма противоречиво. То ли в команде Зеленского вообще нет концепции, что делать с мятежным регионом, то ли, напротив, есть несколько конкурирующих концепций. И то, и другое печально. А еще печальнее, что у Украины назревает новый конфликт, причем там, откуда беды не ждали.

«Несвободные и нечестные»


Протесты против переизбрания Александра Лукашенко президентом Белоруссии с самого начала привлекали к себе живое внимание украинских граждан. Многие вчерашние участники майданов выражали солидарность с белорусскими протестующими и болели за их успех. Украинские власти, впрочем, довольно долго придерживались относительного нейтралитета: осуждая в целом насилие и выражая опасения в связи со слухами о фальсификациях, от резких оценок происходящего официальный Киев предпочитал воздерживаться.

Оно и понятно: когда после событий 2014 года нормальные отношения Украины и России фактически прекратились, именно Белоруссия стала своего рода посредником между ними. Именно на Белоруссию сегодня приходится видная доля поставок таких стратегических товаров, как уголь, бензин и дизельное топливо, и злые языки утверждают, что, по крайней мере в ряде случаев, речь идет о «скрытом импорте» товаров российского происхождения.

Сам Лукашенко не скупился на любезности в отношении Украины и ее руководства. «Надо будет от Беларуси что-то, скажи, мы тебе за сутки все сделаем, что ты попросишь. Все, что президент Украины ни просил, публично говорю, мы всегда все делали. И так будет впредь»,— обещал он экс-президенту Порошенко. Чего уж там, сам факт, что переговоры по Донбассу проходят именно в Минске, является прекрасным примером той роли, которую начала играть Белоруссия в регионе после 2014 года. И у Киева, казалось, не было причин как-то менять это положение дел. Да и Белоруссия имеет определенную зависимость от Украины. Например, во время белорусско-российского нефтяного кризиса было достигнуто соглашение о поставках нефти на белорусские НПЗ из Одессы через территорию Украины, по нефтепроводу Одесса — Броды.

Но после того как вспышки протестов в Белоруссии повлекли за собой очевидное сближение Минска и Москвы, позиция Украины начала ужесточаться. 15 сентября Верховная рада Украины приняла постановление, в котором признала выборы в Белоруссии «несвободными и нечестными».

Правда, до признания Лукашенко нелегитимным президентом дело не дошло (в одной из редакций проекта постановления такая формулировка содержалась, но потом остановились на более мягком варианте).

Однако и этот шаг сложно назвать дружественным, и вряд ли он понравится белорусскому руководству.

Справедливости ради следует отметить, что и белорусское руководство также допускало шаги и высказывания, которые сложно назвать любезными. К примеру, Лукашенко прямо перечисляет Украину в числе стран, раскачивающих ситуацию в республике. «На обстановку в Беларуси в большей мере влияют внешнее вмешательство во внутренние дела страны и управление протестными акциями из-за рубежа. Оно происходит из Польши, Чехии, Литвы и Украины, что нас больше всего настораживает»,— заявил Лукашенко 3 сентября. За этим 11 сентября последовал инцидент с послом Украины в Белоруссии Игорем Кизимом: при пересечении украино-белорусской границы его подвергли досмотру, что, вообще говоря, является серьезным нарушением дипломатического этикета. МИД Украины даже направил белорусским коллегам ноту протеста по этому поводу. Ответили ли на нее что-либо в Минске, не сообщается. Дошло до того, что Владимир Зеленский обсудил 15 сентября с канцлером Австрии Себастьяном Курцем вопрос переноса переговоров по Донбассу из Минска в Вену, правда, пока высказался в том ключе, что такое решение будет преждевременным.

Насколько далеко зайдет ухудшение украино-белорусских отношений, сказать сложно. С одной стороны, обе стороны по вышеописанным причинам заинтересованы в сотрудничестве друг с другом. С другой — в последние годы мы видели уже много примеров того, как эмоции и влияние третьих стран оказываются превыше доводов здравого смысла. И — кто знает? — не решится ли Белоруссия на более серьезные шаги, такие как признание, к примеру, Крыма частью России, на важность чего уже давно намекает российское руководство?

В общем, новостная повестка на Украине остается насыщенной, несмотря на время года. Но разного рода украинские кризисы и вызовы в последнее время редко находят какое-то внятное завершение: чаще всего они просто вытесняются более свежими событиями и оседают в виде подводных камней, на которые то и дело грозит напороться украинское государственное судно, попадающее из одного шторма в другой и не способное зайти в какую-то сколь-нибудь безопасную гавань.

Комментарии
Профиль пользователя