Мысли вслух

Михаил Жванецкий — о том, что волнует всех

В пору, когда всем не просто, наблюдения писателя и философа особенно ценны.

Фото: Иван Коваленко, Коммерсантъ  /  купить фото

Фото: Иван Коваленко, Коммерсантъ  /  купить фото

Михаил Жванецкий

В графе

Я тебе скажу, пацан: каждый должен жить по графе своей.

Дерьмо — в графе «дерьмо». Пусть живет, пусть ест, спит, но в графе «дерьмо».

Женщина — в графе «женщина». Понимаешь, не мужик, не лошадь, не начальник-матюгальник, а женщина. И пусть в этой графе делает все что хочет: рожает, не рожает, ссорится, мирится, целуется. В графе «женщина».

В графе «мужик» — мужик. Не баба, не дите, не трус, не лжец поганый, не иждивенец при семье, а Мужик. Вот пусть там и решает, и руководит, и дела заводит, и деньги зарабатывает, и не прикидывается, что их заработать нельзя в графе «мужик».

А дите — в графе «дите». Пусть живет, как дите, громко и радостно, пока в другую графу не перейдет.

Когда каждый живет в своей графе, они и меньше пересекаются, и живут больше и лучше.

А весь этот список красиво называется «народ», которому тоже не надо свои границы пересекать.

Но об этом — в другой диссертации.

В окружении обмана

Люди бывают несчастные и счастливые.

Тогда у несчастных есть стимул, а у счастливых — опасность.

Сегодня можно рваться к карьере и к деньгам.

Вчера только к карьере.

Карьера делает людей одинаковыми и жестокими.

Богатство делает людей разными и жестокими.

Одно и другое вызывает у остальных зависть и ложь.

Все эти два типа поднявшихся людей пытаются разгадать обман и воровство.

Но всегда попадаются.

И привыкают, выделяют под обман и воровство определенный процент.

Таким образом, возле них кормится этот выделенный ими процент воровского окружения.

Но как это терпеть возле себя?

Хотя в неразгаданном виде они очень удобны.

А жестокость в том и проявляется, чтобы наказать того, кого любишь.

А воровство в том и проявляется, чтобы украсть у того, кого уважаешь.

И никто, никто не меняется из-за любви!

Михаил Жванецкий о стремительных переменах

Смотреть

Особая вежливость

Вот особая вежливость.

Ты просишь редкое лекарство для тяжелобольного.

Человек записал.

Бегал, бегал и достал другое, которого у тебя навалом.

Он очень бегал и устал.

Ты ему благодарен.

Ты ему мягко сказал, что это не то…

Он снова побежал.

И опять достал не то.

Но бегал долго.

Ты ему говоришь: — Спасибо, я вам очень благодарен.

Он устало спрашивает: — Вы ему давали?

— Да, ему уже легче. Он уже не с нами. Он уже с Ним.

И вы оба вежливо кланяетесь друг другу.

— Если что-нибудь еще надо…

— Спасибо, дорогой… Я теперь знаю, можно на вас рассчитывать.

Не торопись

А если просто и твердо сказать себе:

— Заткнись!

На ожидание неприятностей, на сами неприятности и на их предчувствие уходит масса времени, и в результате — вся жизнь.

Но не это главное.

А главное то, что эти неприятности происходят регулярно и точно в назначенное тобой время. Как раз, чтоб ждать следующих.

Это первое.

Второе: немногого стоят попытки предвидеть самое худшее. Здесь вообще не надо много ума.

В этой стране быть пророком несложно. Чуть воображения, легкое расстройство желудка — и можете ждать назначенного самим собой срока. То, что вы кличете, придет обязательно. А с вашим умением предвидеть радость и вызывать счастье вся жизнь будет состоять из ожидания бед и приступов уважения к себе — я все это предвидел.

Да! Ты это все предвидел. Ты предвидел свою старость, ты даже предвидел свою смерть, ахнув от собственной мудрости и перестав смеяться за много лет до этого. И полжизни третировал близких, полжизни отравлял окружающую среду. Вместо того, чтоб как-нибудь однажды просто и твердо сказать себе:

— Заткнись! Все будет хорошо!!!

Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...