Сегодня в Минатоме заседает правление Союза территорий и предприятий атомной энергетики. Чиновники из Минатома и губернаторы регионов, где расположены ядерные объекты, намерены потребовать от правительства разработать федеральную целевую программу развития атомной энергетики и ядерно-топливного цикла в России на среднесрочную перспективу. От успеха ядерной энергетики внутри страны зависят ее экспортные перспективы. И наоборот, будет у России ядерный экспорт — будут и средства на домашнее строительство.
Уроки франко-немецкого
Сейчас российская атомная энергетика переживает буквально поворотный момент. Слишком многое зависит от того, станет ли российский "Атомстройэкспорт" победителем в тендере на строительство новой АЭС в Финляндии или окончательно проиграет этот тендер. В случае победы российская атомная отрасль может рассчитывать на пополнение своего портфеля экспортных заказов (в ближайшее время тендер на строительство еще двух блоков должен объявить Китай, а в перспективе там предполагается построить как минимум еще два). Проигрыш, фактически уже состоявшийся, может заставить Россию переориентироваться на малые формы атомной энергетики; перспективными, в том числе и для экспорта, считаются, например, плавучие АЭС.Финский тендер для российской атомной энергетики — событие знаковое. Хотя бы уже потому, что впервые со времен чернобыльской катастрофы, затормозившей развитие атомной энергетики более чем на десять лет, одна из стран Европейского союза (да еще и скандинавская страна, где озабоченность экологической чистотой — едва ли не национальное помешательство) отваживается на строительство АЭС. Отвоевать место на самой престижной европейской площадке — это, конечно, дело чести и билет в коммерчески успешное будущее. Однако шансы России невелики — против российских технологий, которые не видоизменялись в течение ряда лет, франко-германский консорциум Framatom-Siemens выставил суперсовременный проект, который пока существует только на бумаге.
Европейцы преподали российским ядерщикам сразу несколько уроков. Первый — и, пожалуй, главный: хватит тешить себя иллюзиями о том, что наш мирный атом схож с маринованными грибами: в любой момент можно открыть старую банку, и гости, то есть импортеры, все съедят с аппетитом. В то время как Россия предлагает реактор ВВЭР в 1 тыс. МВт, практически неизменный с тех пор, когда Советский Союз пытался с переменным успехом экспортировать его же в страны СЭВ, Framatom-Siemens продает финнам пилотный проект — водяной реактор под давлением мощностью 1,6 тыс. МВт. Выигрыш налицо, причем обоюдный. Финны получают реактор с иголочки, поставщики отрабатывают новейшие технологии, французское и немецкое государства фактически берут на себя часть расходов, так как понимают, что это отличный способ поддержать отечественного производителя, перед которым в случае успеха открываются новые перспективы.
Второй урок. Можно по-разному относиться к соотношению концентрация--конкуренция, но российские участники тендера, а это прежде всего компания "Атомстройэкспорт", столкнулись с превосходящими силами конкурентов (см. интервью с главой Минатома Александром Румянцевым и президентом "Атомстройэкспорта" Кахой Бендукидзе на этой же странице). Значит, в российской атомной энергетике можно ждать перемен. Вектор — концентрация ресурсов, то есть возвращение к тому, чем когда-то был силен СССР.
Российская атомная энергетика на перепутье: западные конкуренты либо заставят отрасль шевелиться и модернизировать производство (а заодно и больше вкладывать в новые разработки), либо российская атомная промышленность будет вынуждена сдавать позиции и уходить в более мелкие ниши. В связи с этим заметим, что атомная отрасль — одна из немногих отраслей, не связанных с нефтью или газом, которая пока приносит стране ощутимый валютный доход. И главное — не сырьем, а высокими технологиями. Так, в прошлом году Минатом заработал на экспорте $2,62 млрд (учитывая не только строительство АЭС, но и экспорт ядерного топлива и многое другое), а в этом году, как обещал в начале года министр Румянцев, его ведомство рассчитывает поднять планку экспорта до $3 млрд.
От "миллионников" к "ядерным батарейкам"
Стоимость своих зарубежных контрактов "Атомстройэкспорт" не раскрывает, но известно, что в среднем строительство одного блока АЭС мощностью в 1 тыс. МВт обходится заказчику в $1-1,2 млрд. Сейчас Россия строит пять таких блоков: два в КНР, два в Индии и один в Иране. В любом случае это немалые деньги сами по себе, но помимо этого вслед за строителями новая АЭС, как правило, тянет за собой всю технологическую цепочку — от закупок у страны, построившей станцию, свежего ядерного топлива до возврата ей же отработавшего.Сколько стоит построить станцию в России, сказать трудно, потому что в России новых АЭС давно уже не строят, только достраивают. И все же новые энергоблоки появляются и в России: в 2001 году был пущен первый энергоблок Волгодонской АЭС, в следующем Минатом планирует запустить третий блок Калининской АЭС. Кроме того, за это время был продлен ресурс третьего и четвертого блоков Нововоронежской АЭС. После Калининской АЭС "Росэнергоатом" начнет достраивать пятый блок Курской АЭС, второй блок Волгодонской АЭС и пятый блок Балаковской АЭС. Однако все эти блоки оснащаются одним типом реактора — хорошо зарекомендовавшим себя ВВЭР-1000.
Чтобы удержать сильные позиции на рынке, считают в Минатоме, нужно сначала построить новый реактор у себя дома. Речь идет о реакторе ВВЭР следующего поколения мощностью в 1,5 тыс. МВт. А он, судя по всему, реально может быть построен не ранее 2013 года (если же финский заказ достанется конкурентам-французам, то они смогут демонстрировать преимущества нового реактора мощностью в 1,6 тыс. МВт начиная с 2010 года). Однако опыт финского тендера уже сподвиг российский Минатом на пересмотр тактики привлечения зарубежных клиентов: по словам господина Румянцева, на новый китайский тендер Россия собирается выставить уже доработанный проект ВВЭР-1000 со сроком службы 60 лет вместо нынешних 45. Хотя понятно, что итоги финского тендера повлияют на предпочтения Китая в любом случае.
Выживать на атомном рынке становится все сложнее: число клиентов весьма ограничено, а игроков на рынке слишком много. Так, в Европе (кроме упомянутой Финляндии) никто АЭС не строит, а даже наоборот, часто требуют атомные станции закрывать, особенно в Восточной Европе (так, Евросоюз требует закрытия АЭС от Литвы и Болгарии). В развивающихся странах другие сложности: опасение, что эти государства будут использовать технологии атомной энергетики для разработки ядерного оружия.
Впрочем, именно это обстоятельство Россия может обратить в свою пользу, если быстро наладит производство так называемых "ядерных батареек" — плавучих АЭС малой мощности. Они удобны прежде всего тем, что никакую технологию в этом случае не обладающим ядерными технологиям странам передавать не придется: когда срок службы такой АЭС закончится, баржу с ядерным реактором на борту можно просто отбуксировать обратно к родному причалу. И привлекать местный персонал к обслуживанию таких станций тоже не нужно; сменяя друг друга, их вполне могут обслуживать несколько бригад отечественных специалистов. Но самое главное — плавучие АЭС несравнимо дешевле стационарных гигантов: одна такая баржа будет стоить не миллиард, а несколько сотен миллионов долларов. Только вот чтобы получить такую же прибыль, как от постройки "настоящей" АЭС, их потребуется в несколько раз больше.
АЛЕНА Ъ-КОРНЫШЕВА