В Иваново со своим парашютом

6 марта президент России Владимир Путин приехал в Иваново, где рассказал, почему из Конституции надо обязательно убрать слово «подряд», причем в таких выражениях, каких до сих пор не использовал. К тому же он объяснил, почему не возглавит ни Совет безопасности, ни Госсовет с дополнительными полномочиями. А также — что на борту номер один у него нет личного парашюта. С историческими подробностями из Иваново — специальный корреспондент “Ъ” Андрей Колесников.

В ивановской программе Владимира Путина стояли посещение детской поликлиники и парашютного завода. Особенно многообещающе выглядел парашютный завод. Я осмотрелся. Раскроечный цех, пошивочный цех… Швейные машинки Singer 1967 года выпуска…

— Да, есть у нас и новые машинки,— пожала плечами одна швея, с любовью лишний раз оглядев свой Singer.— Мы их «чих-пых» называем. У них мозги есть, так вот они слишком уж часто набекрень.

— А у вас, я вижу, одни женщины работают? — поинтересовался я у другой швеи.

— Да…— согласилась, подумав, она и вдруг встрепенулась: — А нет, есть один мальчик — швея! На весь коллектив — один! И ведь давно уже с нами!

— Так он 8 Марта, видимо, тоже с вами отмечает? — логично предположил я.— То есть 8 Марта и его профессиональный праздник?

— Конечно! — махнула она рукой.— А куда же он денется?!

Я мальчика-швею потом увидел, но подходить все-таки не стал, просто потому, что слишком хорошо понимал: каждое его слово я обязательно использую против него. А не хотелось бы. В предчувствии такого-то праздника.

Начал Владимир Путин все-таки с детской поликлиники. По признанию главврача Александра Кукушкина, еще полтора года назад поликлиника производила впечатление тюрьмы: настолько тут все было мрачно. Без преувеличения рушились стены (мечта любого тюремного узника). Потом поликлиника попала в одну неплохую федеральную программу — и все, теперь сияет (а иначе вряд ли тут появился бы Владимир Путин). Даже стены и фундамент укрепили.

Как правило, едва завидев народ, Владимир Путин к нему спешит. Так было и на этот раз. И видимо, спешил он не зря: первая же встретившаяся ему девушка попросила его на ней жениться. Она так и сказала:

— Возьмите меня замуж!

Она, без сомнения, полностью подтвердила канонический статус Иваново как города невест, ибо если где-нибудь он и должен был такое услышать, то, конечно, прежде всего здесь.

Между тем Владимир Путин, похоже, растерялся и не нашелся что ответить, а это все-таки бывает редко. То есть он ей, главное, не отказал, и она это очень хорошо усвоила. Настолько хорошо, что передала потом одному из журналистов две свои фотографии лично для Владимира Путина. И, по имеющейся у меня информации, фотографии Юли (она с удовольствием назвала себя, когда президент отошел) дошли до Владимира Путина.

— Это осознанное решение? — спросили ее.

— Да, он давно мне нравится,— призналась Юля.

Из достопримечательностей в детской поликлинике можно было отметить офтальмологический кабинет и кабинет УЗИ, поскольку они казались хорошо оборудованными, а больше ничего отметить нельзя. Владимира Путина, впрочем, заинтересовала машинка по формированию электронной очереди: похоже, он столкнулся с таким впервые.

— Но бумажка пока сохраняется! — можно сказать, торжествующе констатировал Владимир Путин, когда увидел в руках доктора историю чьей-то болезни. Доктор призналась, что да, но констатировала это, в отличие от президента, с сожалением.

Выйдя на улицу, Владимир Путин снова подошел к людям, стоявшим полукругом на расстоянии метров ста от входа. Тут его начали благодарить за все уже совершенное и особенно за то, что он еще успеет совершить, пока не вмешался мужчина лет 45:

— Владимир Владимирович, помогите, умоляю! Я уже десять лет живу на газовой трубе!

Казалось бы, на что может жаловаться человек, который живет на газовой трубе? Оказалось, на то, что в доме нет отопления, например.

— Губернатор в курсе, я много лет пишу ему! — воскликнул мужчина, посмотрев на Станислава Воскресенского.— Одни отписки!

— Наверное, это не он! — воскликнул Владимир Путин, тоже поглядев на губернатора.— Были же и другие!

Владимир Путин, видимо, даже не мог и представить себе, что Станислав Воскресенский, которого он через час несколько раз вслух на встрече с ивановскими женщинами при всех называл Стасом, способен на такое. Господин Воскресенский не отрицал: он не способен. Он обещал разобраться.

На парашютном заводе президента сопровождала директор и совладелица этого завода Юлия Портнова. Господина Путина, без сомнений, заинтересовала продукция: он казался крайне неравнодушным к тому, что происходило даже в раскроечном цехе.

Юлия Портнова показала президенту и реплику первого ранцевого парашюта, который придумал и сделал когда-то русский человек Глеб Котельников после того, как разбился его друг летчик. Впрочем, в России признали работу Котельникова бесперспективной, он поехал во Францию, там получил патент, и теперь Франция с большим основанием считает себя родиной парашютов (тем более что в случае смерти правообладателя патент переходит государству).

Между тем Юлия Портнова считает родиной парашютов все-таки Иваново. Иначе бы у входа на завод не установили бюст Глеба Котельникова.

Юлия Портнова показывала президенту ранцы, расписанные художниками Палеха, и настаивала, что именно это привлекает к их продукции наибольшее внимание на всех выставках.

— Один мой знакомый,— рассказал при этом Владимир Путин,— первый раз прыгнул с парашютом — и он не раскрылся. Первый прыжок — и не раскрылся!

— И что же? — с тревогой задала риторический, как мне казалось, вопрос Юлия Портнова.

— Успел запасной раскрыть,— пояснил Владимир Путин.

Тут уже я спросил президента, о чем давно собирался:

— А у вас есть личный парашют на борту номер один? В вашем самолете?

— Нет,— признался Владимир Путин.— Чего нет, того нет.

И мне кажется, он задумался, почему же его нет.

— Но нужен ведь. Вы-то себе можете позволить.

— Но ведь нет,— пожал плечами президент.— Правда, я прыгал с парашютом.

— Когда? — переспросил я.

— В ходе подготовки в спецшколе,— добавил Владимир Путин.

— И сколько раз?

— Это секретная информация,— не пошел до конца Владимир Путин.— Прыгал!

— Но не один раз?

— Нет, не один.

— А Владимир Владимирович сам может, между прочим, сложить парашют! — с восторгом вдруг выступила Юлия Портнова.— Я уверена, он хорошо помнит, как это делается!

— Сам бы не сложил,— признался президент.— Здесь нужен контроль каждого движения. Делай раз, делай два…

— А потом человек первый раз прыгает, а парашют не раскрывается,— не удержался я.

— Да, это удивительная история…— повторил президент.— И он ведь все правильно делал…

Получалось, что-то не так пошили на единственном в стране парашютном заводе.

— Просто надо соблюдать все правила… Они написаны кровью…— заключил Владимир Путин.

— Золотые слова! — оценила Юлия Портнова.

Здесь же, на заводе, прошла и встреча с дамами. Они были поздравлены с надвигающимся 8 Марта.

— Я смотрю, цветы раскупаются очень активно, просто нарасхват,— заявил президент (единственная возможность увидеть была, строго говоря, из окна машины, пока он ехал из поликлиники на завод. Будем считать, что так и было.— А. К.).— Тем более что сам праздник будет в выходной день, поэтому мужчины на предприятиях, на местах работы уже своих коллег-женщин поздравляют, и я тоже к этому присоединяюсь… Иваново всегда называли городом невест. Сегодня я тоже получил соответствующее предложение здесь. Мне кажется, камеры работали, девушка станет известной теперь на всю страну.

В этом можно было и не сомневаться, тем более что господин Путин, повторю, ни в чем ей не отказывал.

Дамы спрашивали президента в основном о том, когда заработают новые льготы: на детей от четырех до семи лет и многие, многие другие. Радовались поправкам к Конституции. Потом очередь дошла до Валентины Голубевой, знаменитой советской ткачихи, дважды Героя Социалистического Труда. Она попросила Владимира Путина наградить Иваново званием «Город трудовой доблести».

— Это будет в очередной раз подтверждение нашего уважения и благодарности тем, кто работал в годы войны, кто ковал победу на трудовом фронте. Ведь не напрасно говорят о том, что из одного металла льют медаль за бой и медаль за труд! — формулировки были чеканными и тоже советскими, и разве могли быть другими в устах Валентины Голубевой.— Ивановцы тоже приняли очень достойное участие в этой победе. Когда мужчины воевали на фронте, то наши женщины, старики и дети одевали всю Советскую армию! Я хочу подтвердить еще раз это, что всю армию одевали и обували ивановцы!

— Я знаю,— подтвердил президент.— Работали в три смены тогда…

— Наверное, им придавало силы осознание того, что это надо для фронта, для победы, и еще чисто женское чувство от того, что гимнастерка, которая сшита в Иваново, из ивановской ткани сделана эта гимнастерка, согревала бойца! — добавила Валентина Голубева.— Я вспоминаю, женщины-ветераны рассказывали о том, что они часто в кармашек гимнастерки закладывали записку: «Дорогой боец! Мы дарим тебе наше тепло и любовь!» — и обратный адрес и приходили даже обратные письма.

Я поймал себя на том, что могу слушать такие речи бесконечно: они были из такого далекого прошлого и так генетически убаюкивали сознание, что ему было сейчас просто очень даже хорошо.

— Владимир Владимирович,— продолжала Валентина Голубева,— я отлично понимаю, через какое сито надо пройти городу, чтобы получить это звание, но, вы уж извините за вольность, вспоминая слова Святого Евангелия (а вот это была неожиданность: жизнь, похоже, все-таки побила Валентину Голубеву.— А. К.), перефразировав эти слова, я хочу сказать президенту Российской Федерации: «Все возможно!». Это вселяет в нас надежду, и мы будем надеяться!

— Я не думаю, что все возможно,— нашел в себе силы не согласиться Владимир Путин.— Но такие вопросы точно в нашей с вами компетенции.

В общем, будет Иваново не только городом невест, а и городом трудовой доблести.

Казалось, каждая вторая выступавшая признавалась президенту, что она счастливая многодетная мать. У Александры Исмаиловой их трое.

— Мы живем в небольшой деревне Ивановского района,— рассказала она,— и меня собирали всем селом к вам, все догадывались! У дочки сегодня утренник, она говорит: «Мама, можешь не присутствовать, ты идешь к Владимиру Владимировичу. Он живет в Москве, в большом доме». Все, она на меня не обиделась!

— Большим домом в Ленинграде называли здание Управления КГБ СССР,— с удовольствием припомнил Владимир Путин.— Так и называют до сих пор…

Анжелике Литвиновой, маме 14-летнего мастера спорта по плаванию, президент по сути пообещал построить в Иваново 50-метровый бассейн, которого нет.

— Мы бы хотели жить и тренироваться в нашем родном городе, так как у нас профессиональный и талантливый тренер, который готовит и подготовил много чемпионов.

— А где же он готовил, если бассейна нет? — удивился господин Путин.

— У нас маленький бассейн, 25-метровый, который очень ограничен…— пояснила она.

— У нас с водой плохо дело,— пояснил Станислав Воскресенский.— У нас в 14 раз зеркало воды ниже рекомендованной нормы.

— Зеркало воды бассейна!..— подхватил президент.— Меньше, чем…

Он замялся.

— Чем методическими рекомендациями Минспорта установлено,— добавил губернатор.— Поэтому мы просим нас поддержать в строительстве дворца плавательных видов спорта…

И это, видимо, будет.

— Мы даже поддерживаем программу партии и правительства, чтобы как можно больше детей привлекать в спорт,— не удержался кто-то за столом.— А плавание — это наименее травмоопасный вид спорта! Поэтому любой ребенок, любой человек должен уметь держаться на воде!

— А можно вас спросить? — вдруг заинтересовался президент идиомой опять из советского времени.— Вы сказали: «Партии и правительства». Правительство — понятно, а партию какую?

За столом неуверенно засмеялись.

— У нас многопартийная система,— кивнул он.— Шучу.

Но, по-моему, это и так всерьез никто не воспринял.

Ему рассказывали, с каким вниманием все наблюдают за волнительной работой над поправками, а он вспоминал про одного своего знакомого тренера, который сказал, когда Владимир Путин спросил его: «Вы читали это или читали то?..», буквально следующее: «Владимир Владимирович, я сорок лет читаю только "Советский спорт"!».

— Ну люди живут своей жизнью…— пожал плечами президент.

То есть он это все-таки понимает.

Затем он произнес еще одну, видимо, выстраданную фразу:

— Высшего счастья, чем воспитание ребенка, в мире не существует.

И наконец, одна из его собеседниц спросила напрямую:

— В конце прошлого года вы предложили убрать из Конституции оговорку о двух президентских сроках подряд.

— Так…— насторожился Владимир Путин.

— Мы следим за новостями и видим, что неоднократно вас спрашивают: если вы сочтетесь не президентом (формулировка-то была изысканной.— А. К.), то вы можете возглавить какой-то другой орган: Совет безопасности или Госсовет? Мы даже смотрим, что обсуждается вопрос о продлении срока президентских полномочий…

Он кивнул, и уже даже это следовало, может, как-то истолковать.

— И сторонники ваши обсуждают…— продолжила его собеседница.— Ну хотят, чтобы вы дольше оставались у руководства государством! Но вы почему-то категорически отклоняете все эти предложения… И почему?! Вы устали уже от этой работы?

Причем вопрос-то, похоже, был искренним.

— По вам-то не скажешь! — воскликнула девушка под заливистый смех соседок.

— Я прекрасно понимаю и ваш вопрос, и благодарен бесконечно людям, которые озабочены этим…— произнес господин Путин.— Дело не в том, что я устал или хочу куда-то в сторону уйти уже… Дело совершенно не в этом. Я… Вы знаете, любой человек, если бы он оказался в моем положении, уверен, воспринимает это не просто как работу, а как судьбу. И я к этому так и отношусь.

При этом он до сих пор не производил впечатления фаталиста.

— И я бесконечно благодарен людям за то, что они мне доверяют, поддерживают. Без поддержки вообще работать невозможно. Начиная с начала 2000-х годов, самых тяжелых и отчасти кровавых, если бы не было поддержки людей, ничего невозможно было бы сделать.

Владимир Путин сейчас тоже производил впечатление искреннего человека.

— Что сейчас предлагается? Ликвидировать количество сроков, на которые президент может избираться (то есть дать возможность избираться пожизненно, раз уж это судьба.— А. К.). Я помню прекрасно то, что говорил ветеран в Петербурге… Я ведь чего опасаюсь? Почему не хочу?

Да, очень интересно было послушать. Очень.

— Я не себя боюсь,— добавил Владимир Путин.— Я с ума не сойду (это тоже было выстраданное.— А. К.). Но дело не во мне! Мы вносим поправки не на пять и не на десять лет! Минимум лет на тридцать, на пятьдесят! (Нужно ли было быть в этом так уверенным? — А. К.) Поэтому я считаю, что на будущее… Даже не на сейчас… Сейчас действительно, может быть, важнее даже стабильность, спокойное развитие страны…

А вот это при желании можно было уже расценить как заявку на продолжение желания испытывать судьбу — и свою, и страны.

— Но потом, когда мы… Когда страна наберет побольше уверенности в себе, побольше ресурсов…— продолжил он.— Всякого жирка, как называется, себе… Тогда точно совершенно нужно обеспечить сменяемость власти. А сейчас закрепить…

То есть закрепить сменяемость сейчас. А саму сменяемость активировать все-таки попозже?

Все же, надо полагать, он имел в виду после 2024 года.

— Взять и из Конституции убрать обязательно сменяемость?.. Ну как-то не могу… Мне это не нравится…— добавил президент.

Он к тому же рассказал о вреде парламентской республики для страны:

— У нас без сильной президентской власти стране будет плохо. У нас нет устойчивых политических партий, которые в Европе столетиями росли… Но при этом в Бельгии год не могут сформировать правительство… А для нас это просто невозможно, губительно… Наделить Госсовет какими-то особыми полномочиями… И там возглавить этот Госсовет… Что это будет означать? Это будет означать ситуацию двоевластия в стране! Для России абсолютно губительная ситуация… Не то что я не хочу… Нет, мне нравится моя работа… Но для того, чтобы сохранить свои властные полномочия, пойти на какую-то схему во власти, которая будет неприемлема для страны или будет ее разрушать… Вот чего я боюсь. Вот чего не хочу делать.

Надежда Петрова, домохозяйка, перешла к проблеме питания в школе, особенно бесплатного, в начальных классах.

А Иваново может остаться в новейшей истории России городом, в котором он все это только что сказал.

Нет, не про бесплатное питание.

Андрей Колесников, Иваново