Коротко

Новости

Подробно

Кавторанг Жемчужнов: "Я был обязан выполнить приказ"

— План-график на переход отстойных подводных лодок Иоканьгского района базиро

Газета "Коммерсантъ" от , стр. 5


Свое мнение о причинах, приведших к катастрофе лодки К-159, капитан второго ранга СЕРГЕЙ ЖЕМЧУЖНОВ высказал в беседе с корреспондентом Ъ ВЯЧЕСЛАВОМ Ъ-ГУДКОВЫМ.

— После аварии К-159 много говорили о непонятной спешке, с которой буксировали отстойные подлодки из Островного, и о том, что эта спешка стала одной из косвенных предпосылок катастрофы в Баренцевом море...


       — План-график на переход отстойных подводных лодок Иоканьгского района базирования на утилизацию был утвержден командующим Северного флота весной 2003 года. В соответствии с ним за летнюю навигацию с апреля по октябрь мы должны были перегнать из Островного 16 атомных субмарин, выведенных из боевого состава флота. К-159 стала тринадцатой лодкой, которую мы переводили из Островного к месту утилизации.
       — С чем были связаны такие темпы? Ведь лодки стояли в Островном по 15-20 лет. Почему вдруг было решено срочно перевести их на судоремонтные заводы?
       — Думаю, здесь были замешаны немалые деньги, выделенные на утилизацию. Могу предположить, что эти деньги требовалось как можно быстрее освоить, отрапортовав в Москву об очистке баз Северного флота от "ядерного мусора".
       — Правда ли, что АПЛ К-159 изначально не способна была держаться на воде без помощи понтонов?
       — Это домыслы. В 1999 году балластные цистерны К-159 были заполнены вспененным полистиролом — специальным средством, увеличивавшим запас плавучести субмарины. Так что на воде она держалась более или менее уверенно — по крайней мере у причала.
       — У вас как у руководителя буксировки были какие-либо сомнения в готовности К-159 и безопасности буксировки?
       — Сомнения были. Во-первых, устройства, с помощью которых понтоны крепились к лодке, были приварены на проржавевший корпус, прочность которого в некоторых местах была сопоставима с прочностью обыкновенной фольги. Во-вторых, меня с самого начала смущало то, что понтоны-двухсоттонники (ССП-200), поддерживавшие лодку, были не буксировочными, а судоподъемными и, кроме того, очень старыми — постройки 40-х годов. Они постоянно травили воздух, и, чтобы поддерживать заданную плавучесть субмарины, экипажу К-159 предлагалось каждые пять часов поддувать понтоны. Для этого на лодке была установлена специальная поддувочная колонка, шланги от которой тянулись к каждому из четырех понтонов. Причем носовой понтон правого борта вообще выглядел хлипким, его требовалось поддувать еще чаще. Конструкция, созданная из таких деталей, вряд ли может считаться надежной. Но так как я по образованию не являюсь судоводителем, в данном случае я полагался на мнение специалистов, которые готовили проект и осуществляли контроль за подготовкой АПЛ к переходу.
       — Вы не пытались привлечь внимание командования к недостаткам этой конструкции?
       — Знаете, есть такая книга, называется "Воинские уставы". В ней подробно изложены права и обязанности военнослужащих. Я как человек в погонах не имел возможности высказывать свое мнение и обязан был выполнять приказ.
       — Кто разработал проект буксировки?
       — Проект разрабатывал один военный НИИ — его представители теперь участвуют в расследовании уголовного дела в качестве экспертов. Командование дивизиона в обсуждении проекта участия не принимало. Нас просто поставили перед фактом: вы должны тащить лодку таким-то и таким-то способом. Хотя, если бы нас спросили, мы могли бы рассказать, что опыт буксировки свидетельствует не в пользу этой схемы.
       — А что, раньше уже возникали проблемы с понтонами?
       — В сентябре прошлого года мы буксировали на понтонах из Островного на СРЗ "Нерпа" атомную подводную лодку К-21. У входа в Кольский залив внезапно оторвалась кормовая пара понтонов. А никакого шторма тогда и в помине не было.
       — Причины той аварии известны?
       — Мне неизвестны. Тогда, насколько я знаю, никто в этом не разбирался. Лодка дошла до пункта назначения, поэтому происшествие не привлекло внимания командования флота.
       — Как, по-вашему, удалось выжить единственному спасшемуся члену экипажа К-159 старшему лейтенанту Максиму Цибульскому?
       — Цибульского поднял катер с "Памира". Насколько мне известно, он был в гражданской кожаной куртке, заправленной в брюки. Как мне представляется, это его и спасло: возникший внутри толстой куртки воздушный пузырь уменьшил теплоотдачу тела и позволил офицеру выжить до подхода спасателей.
       — По одной из версий, экипаж К-159 непосредственно перед катастрофой просил командование о том, чтобы лодку вытащили на мель, откуда морякам было бы легче спастись...
       — Разговора на эту тему с экипажем у меня не было. Но вообще, здесь надо говорить не о том, просил или нет экипаж вытащить лодку на мель, а о том, что подобный способ спасения в данном случае не был панацеей. Вытащить субмарину на отмель в такой шторм — это огромный риск и для лодки, и для буксира. Причем экипажу субмарины все равно пришлось бы прыгать в воду, и я, если бы мне довелось всерьез рассматривать этот вариант, не видел бы разницы, где собирать людей с поверхности моря — на отмели или на глубине. Да, с точки зрения подъема лодки отмель была бы удобнее, но в момент катастрофы об этом, естественно, никто не думал. Главное на тот момент было спасти людей. А не рассматривал я вариант с отмелью лишь потому, что время на переход от района катастрофы до ближайшей банки было запредельным.
       — Вы не знаете, почему семь из десяти членов экипажа подводной лодки не выполнили приказ эвакуироваться?
       — Я могу об этом только догадываться. Там были опытные подводники, которые должны были адекватно воспринимать ситуацию. Но при этом моряки могли просто замешкаться, недооценив опасность. Сейчас с этим разбирается следствие.
       — Мне известно, что вы встречались с родственниками погибших подводников. О чем они с вами говорили?
       — Возможно, кому-то это покажется странным, но родственники членов экипажа К-159 в большинстве своем отнеслись ко мне очень тепло и оказали большую поддержку. Так же, как и жители Островного, которые помогают мне пережить свалившиеся невзгоды. Но, если уж говорить о чисто человеческой стороне, сам я, конечно, буду всегда винить себя за то, что не смог спасти ребят.

Комментарии
Профиль пользователя