Коротко

Новости

Подробно

Рыцарь профессии

Умер российский тележурналист Владимир Кара-Мурза

Газета "Коммерсантъ" от , стр. 5

Умер Владимир Кара-Мурза — один из самых заметных российских журналистов 90-х годов, немного не доживший до своего 60-летия. Наша действительность устроена так, что человек, который когда-то пытался радикально изменить представления о российском телевидении, оказался выдавлен из отечественной журналистики. Уже давно он стал ей ненужным — вместо того чтобы занимать в ней сегодня место авторитета, заработанное честно, по гамбургскому счету. Трудно поверить, но молодое поколение вещающих и пишущих, услышав его имя, без подсказки «Википедии» вряд ли поймет, о ком идет речь.


У Володи остался сын — внешне очень похожий на него, необычайно одаренный журналист, публицист и оппозиционный политик Владимир Кара-Мурза-младший. Тесно работавший с Борисом Немцовым, с начала 2000-х годов Кара-Мурза-младший в большей степени был на виду, чем отец.

В то время как покинувший старое НТВ Владимир Кара-Мурза-старший почти два десятилетия — до самой смерти — жил во внутренней эмиграции.

Его вынужденный уход из российской журналистики произошел в 2001 году, когда после смены власти в стране начался демонтаж всего того, что ассоциировалось с «лихими девяностыми».

Частью той уходящей эпохи, в которой стали искать корень всех бед «встающей с колен» России, была и созданная олигархом и медиамагнатом Владимиром Гусинским могущественная компания «Медиа-Мост». Вместе с НТВ, где Владимир Кара-Мурза-старший вел популярную программу новостей, в «Медиа-Мост» входили ушедшие в историю газета «Сегодня», журнал «Итоги» с Newsweek, а также радиостанция «Эхо Москвы».

После того как олигарх ельцинской эпохи Владимир Гусинский вступил в клинч с командой президента Владимира Путина, «Медиа-Мост» оказался в центре драматичных событий. Одни называли это спором хозяйствующих субъектов, другие — переходом медиаактивов «Гуся» под контроль государства, что предполагало радикальное изменение редакционной политики. В Москве начались митинги в защиту свободы слова, на которых выступали многие известные люди. Людмила Гурченко пела «Подмосковные вечера», а Светлана Мастеркова призывала: «Скандируем громче, нас не слышат в Кремле!» «Медиа-Мост» был крепко сколочен, помимо журналистов в компании работали высококлассные юристы, финансисты, пиарщики, а службу безопасности возглавлял бывший зампред КГБ СССР Филипп Бобков, имевший обширные связи. Благодаря коллективным усилиям переход «Медиа-Моста» под контроль «Газпром-медиа» удалось лишь приостановить. Но судьба НТВ, где в это время работал Владимир Кара-Мурза, была предрешена.

Смена собственника произошла в 2001 году, после потери канала Владимиром Гусинским стали шутить, что НТВ теперь расшифровывается как «Не твое, Володя».

В этой ситуации Владимир Кара-Мурза-старший, как и его коллеги, оказался перед трудным выбором. Вариантов было несколько: уйти в знак протеста в никуда, перейти в другую редакцию или работать на прежнем месте, руководствуясь логикой бывшей коллеги Владимира Кара-Мурзы по старому НТВ Татьяны Митковой, которая тогда в одном из интервью описала ситуацию так: «Нас изнасиловали, но жизнь продолжается».

В отличие от коллег, которые остались на прежнем месте, перешли на другие каналы и благодаря этому остались на плаву, Владимир Кара-Мурза сразу дал понять: с ним «договориться» никак не получится. Какими бы «интересными» ни были условия. Встраиваться в эту новую действительность он не мог — это было для него невозможно, как в математике делить на ноль. Продукция нового НТВ вызывала у него чувство брезгливости.

Он перешел на работу в московскую редакцию радиостанции «Свобода», где вел свою авторскую передачу.

Однажды мы обсуждали у него ситуацию в Турции, и я поймал себя на мысли, что выдавленный из нашего телека, он не стал раздавленным.

Хотя по всему было видно: потрясения эпохи не прошли бесследно. Рискну предположить, что он хотел вернуться к российской аудитории именно в том формате, доступ к которому для него теперь был закрыт навсегда.

Несколько лет назад я встретил его на Тверской. Я сказал ему, что считаю его рыцарем профессии, последним из могикан. У него был грустный вид. Вдруг рядом с нами остановилась немолодая женщина и бросилась к нему: «Вы Владимир Кара-Мурза?!» Володя мгновенно встрепенулся и воспрянул: оказывается, его еще узнают. Еще помнят то, что делали он и его коллеги.

Думаю, будут помнить и дальше. Надеюсь, еще пересмотрят и откроют заново.

Сергей Строкань


Комментарии
Профиль пользователя